Волки

Моей любимой жене Райсе

Давным-давно, когда мир был юн,
Человек сидел у костра.
Из вечного мрака на свет огня
вышли два сильных и гордых зверя.
Одному Человек дал место у костра —
так Он обрел Друга.
Другого прогнал —
так Он обрел Волка.

***

Говорят, человек — гуманоид,
Он один одарен даром речи.
Почему, когда волки воют,
Голос у них — человечий?

Где поэт, что найдет себе силы
Из застенков души людской
Вылить в строки, — как кровь из жилы,
Этот волчий тревожный вой?

Воет волк, хоть вся ночь — его дом,
От разъевшего нутро голода;
Не согретый подруги теплом
От саднящего душу холода.

Воет в ярости волк на Луну,
Ибо, что бы ни приключилось,
На морщину ни на одну
Не изменит свой лик светило.

Мерно льется тоска, не спеша,
Заливая ночную стужу,
— Это рвется вслепую душа
Сквозь матерую глотку наружу.

Чтоб тоской перегретый мозг
Не разнес бы лобастый череп,
Чтобы сердце не взорвалось —
Воют люди, и воют звери.

Воют волки, но звезд огни
Так же призрачны и далеки.
Воют волки, всю жизнь они
Неприкаянны и одиноки.

Но от страха земля задрожит,
Если, углями глаз мерцая,
Серой бурей над ней пролетит
Беспощадная волчья стая.

Финиш поэту всегда далекий,
Как россыпи звездной пыли:
Сделать, чтоб выли одни лишь волки,
А души людей — не выли.

1989, 1991