Намеренно бездарно

Я буду писать о тебе намеренно бездарно.
Я вспомню все твои факапы, шрамы, трещинки и поры на лице.
Чтобы никто не подумал, что я описываю Идею или Маску.
В тебе нет ничего универсального. Ты никогда не конвейер. Ты рукопись, а не Гуттенберг.
В моих стихах о тебе нет пользы.
Идеально непереносимый опыт. Идеально черное тело.
Читатель поперхнется и скажет: Дьявол в деталях.
Я изображу тебя так подробно, что Сатана позеленеет от зависти.
Это макро, ты под микроскопом. Софиты нещадно высвечивают твою седину и морщины.
Наш роман не уместить в романы. Мы никогда не будем глянцем.
Между нами так много мата и шероховатостей, что безличному языку стыдно.
Любая строгая форма - сонет, хокку, баллада - как детская ванночка для Голиафа.
Ты настолько не помешаешься в слова, что все мои строки можно отдать в Кунсткамеру. Там, между сиамскими близнецами и детьми-русалками лежит моя память.
Лежит и никому не принадлежит. Даже великой литературе.
Я защищу тебя от штампов, я прикрою тебя многословием, я спрячу тебя в бездарных текстах.
Так, чтобы потомки читали и говорили: Она так плохо писала, что точно была влюблена.