***

Кашпоты

В палате истории — вечный аншлаг,
Там каждый — мессия, герой и варяг.
Там бьются за право быть самым вначале,
Все те, кто на Генезис чуть опоздали.

Мы!
Мы хранители древнейших начал!
Наш предок ковчег за собою таскал!

Нет!
Мы были первыми в центре Земли!
Мы первыми звёзды на небе зажгли!

Мой род восходит к первым страницам,
К истокам времён, к забытым границам.
А мы до богов свои корни нашли,
Мы раньше рассвета стояли в пыли.

О-о-о!
Это вечный спор поколений —
Кто был первым среди творений?

Один — от шумеров, другой — от богов,
У каждого горы пустых ярлыков.
В одной палате Адам и Урарту
Делят по метру потёртую карту.

Санитар глядит на всё это с укором,
Болезнь не берётся никаким разговором.
Тут не раздвоение, тут целый приход,
Где каждый единственный в мире народ.

Тише, господа, не ломайте корни,
У вас горшки из глины и соли.
Вы дерётесь за старость корней,
Не замечая хрупкости стен.

А глина трескается под тяжестью лет,
А новых горшков у истории нет.

Я со стороны на всё это смотрю,
И их кашпотами нежно зову.
Сидят по горшкам, экспонаты в ряду,
Рассада амбиций в античном саду.

В кашпо у них Рим, Вавилон и Эдем,
Цветут среди вечных и скучных проблем.
Кашпоты воюют — чей корень длинней,
Под сенью чужих и заёмных корней.

В саду этом древнем, под сенью времён,
Каждый свой маленький строит престол.
Кто был корнем первым, кто ветвью великой,
Кто ближе к небесам, кто выше отныне.

Но ветер истории листья кружит,
И старый садовник мирно спит.
Меняются вывески, троны, гербы,
А горшки всё те же — и они хрупки.

И в этом саду тишина и покой,
Горшки поменяют — и снова в бой.

@. Ts.B.