Настоящие

В век скоростей, пластмассы и экранов,
Где каждый жест отточен и измерян,
Где прячут шрамы за стеклом обманов,
И каждый шаг как будто преднамерен,
Мы ловим блики в суете неонов,
Спешим примерить новые личины,
Среди чужих условностей, законов,
Теряя суть без видимой причины.

Мы строим зАмки из пустых иллюзий,
Считаем мненья, рейтинги, охваты,
И застреваем в лабиринте узком,
Где сами пред собою виноваты.
Оценит мир фасад и позолоту,
Заплещет зал, восторженно немея...
Но кто разделит горькую заботу,
Когда зима ворвётся, леденея?

И вот приходят те, кто настоящие —
Без лишних слов, без масок и прикрас.
У них глаза — глубокие, горящие,
Они глядят без фальши прямо в нас.
Они не ищут выгоды и славы,
Не собирают шумные трибуны,
Среди людской обманчивой оравы
Они звучат как трепетные стрУны.

Их узнаЮт по теплоте ладоней,
По тишине, что рядом разлилась.
В безумном беге одичавших коней
Они хранят с живою жизнью связь.
Они умеют слушать, не судя,
Прощать грехи без лишних обвинений,
И раны смыть, как каплями дождя,
Без громких слов и ложных утешений.

Они живут не прошлым, не грядущим,
А в этот миг — единственный и чистый.
Позволив плыть дорогам и живущим,
Они хранят свой компас лучистый.
Для них рассвет — великое событье,
А капля ливня — чистая прохлада,
В простом глотке — духовное открытье,
В улыбке друга — высшая награда.

Они умеют радоваться малому:
Куску насущно сломанного хлеба,
Листу осеннему, костру усталому
И лоскутку темнеющего неба.
В них нет гранита, ледяного камня,
Они живые — из тепла и боли.
Но если грянет вьюга ледяная,
Они не купят облегченья доли.

Они не побоятся быть смешными,
И плачут навзрыд, когда невыносимо.
Не спорят с дураками и слепыми,
И гордость их не ходит важно мимо.
Они не предадут. Не ради злата,
Не ради страха, собственной услады.
Их верность — это не статья возврата,
И за нее они не ждут награды.

Они не ищут в ближних совершенства,
И принимают мир со всеми швами.
Для них любить — не высшее блаженство,
А тихий труд, не скрытый за словами.
Их шрамы — не обуза, а примета
Того, что их ломали, сокрушали,
Но посреди бушующего лета
Они святую душу удержали.

Как мало их... Порой берёт тревога,
Что этот вид исчезнет, испарится,
Что мы забудем, где к себе дорога,
И перестанем к чистоте стремиться.
Но каждый раз, когда сдают порывы,
И кажется, что всё вокруг — подделка,
Мы видим вдруг, как подлинно они живы,
И рушится фальшивая та сделка.

Так будь же настоящим. Без оглядки
На то, что скажет ветреная стая.
Пусть жизнь играет с нами в эти прятки,
Свои законы жёсткие листая —
Храни свой свет. Не позволяй цинизму
Разрушить то, что свято и невинно.
И сквозь годов безжалостную призму
Пусть имя Человека будет длинно.

Ведь в самый горький, в самый крайний час,
Когда падут поддельные мишени,
Лишь то, что было истинным у нас,
Спасёт весь мир от вековых падений.
Лишь настоящие... Они бессмертны в главном:
В любви, что отдавали без остатка.
И в этом мире — яростном и славном —
Их тихий след — великая загадка.