Монолог Жака обновлённый

Весь мир – подмостки.
Люди все – актёры.
У каждого свой выход и суфлёры,
и каждый не одну играет роль...
Семь актов в пьесе жизни. Это факт!
Сперва младенцами пускаем пузыри.
Коль сыты, срыгиваем няньке на передник...
Чуть погодя, с румянцем на лице,
в усердье слизняка или улитки
ползём с котомкой в школу…
И вскоре – юноши, что сердце – то пожар,
поющие, как барды-менестрели,
о вскинутых бровях прекрасных глаз…
Ещё чуть-чуть, и мы уже солдаты,
с бородкой птичьей, забияки чести,
готовые убиться в жерле пушки,
задиристые, верные присяге, –
чья речь в бою проклятьями полна…
Кто выживет, тот станет
беспристрастно судить о том о сём,
смущая взглядом строгим
над аккуратно стриженной щетиной,
съедая запросто на ужин каплуна!
Похож он на копилку наставлений
или сундук премудростей известных…
Не за горами очередь шестая.
Здесь твой герой в штиблетах, панталонах,
с очками на носу, кошёлка сбоку,
чулки, что в юности носил,
висят мешком на голени усохшей,
А голос, бывший чистым и крикливым,
вдруг тяготеет к детскому discantus,
и присвист в пенье слышится убогий...
Впадаешь в детство на седьмом отрезке ты –
в беспамятство – без зрения, без слуха,
без ощущенья вкуса – без всего…
И растворяется чудесный сон
прошедшей жизни...