Июль макушка лета!

О, этот зной! Раскалена стихия,
Земля – как горн, где плавится эфир.
Июль, венец, вершина лета в мире,
Вращает ось – и пьян, и слеп, и сир.

Деревья – сломлены в зелёном плене,
Лист поникает, ждёт ночной росы.
Но тщетно ждёт: мгновенья, как ступени,
Ведут туда, где нет живой красы.

И день длинней. Он кажется без края,
Где солнце – взгляд, вперённый в тишину.
В нём каждый миг – как чаша неживая,
Пьёт свет, истомой полнит глубину.

А ночь – как вздох, прерывистый и краткий,
Не свет, не тень – лишь размыканье вежд.
В ней неба купол – сизой липкой ватой,
Без звёзд, без тайн, без отдыха надежд.

Но есть в полях! Там хлебный дух – как вера
В грядущий хлеб, в незыблемый закон.
Здесь время замедляет бег без меры –
В колосьях дремлет тихий, мудрый звон.

Там воздух густ, он дышит изобильем,
Стекает вниз, как медленный янтарь.
И в этом зное, с признаком бессилья,
Земли обет, её святой алтарь.

Не календарь, а вечности объятья,
Макушка лета! У тебя свой срок.
Грозит иссохнуть, но дарует платье,
Июльский полдень – ярый, как пророк.

И хлебный запах – как грядущий праздник,
Из света, злата, знойной тишины.
Но кто поймёт, что этот миг – проказник?
Мы все – рабы твоей, природа, мглы.

Всю жуткую и сладкую стихию,
Он обнажит пред нами бытия.
То в мнимую впадает летаргию,
А то горит. И нет в нём забытья.

14.07.2026