Русалочка. Точка Немо

Океан беспощаден к слабости — на том до сих пор и стоит.
На дне похоронены старые корабли, где золото спит под илом.
Рёбра и черепа' служат домами для странных рыб.
И всё это смотрится фантастически. Не сказать чтоб уныло.

Звёздная пропасть, открывши пасть, смачно плюнула влагой —
и всё, что томилось на глубине, с какой-то дурной отвагой
рвануло к Богу, выйдя за рамки всех матриц, 3D-систем.
И тот, кто был сверху, теперь низвергнут: в стихии он был никем.

Ничто… Былое величие имело вектор — покинуть планету.
Шутка ли: полсотни узлов, как щепку, его мотали
от одного ничто к другому. Сгинуть без повода — так нелепо —
было торжественно, хоть и бессмысленно. Здесь нет никакой морали.

О таких, как он, ходили слухи: мол, жестокие существа.
У них — ноги, больное эго и ворох иных «вещиц».
Подобный взгляд на квинтэссенцию двуногого божества
я относила к разряду затасканных сказок и небылиц.

И вот мы вдвоём дышим в заброшенной точке Немо:
у человека — торг со смертью в попытке уйти живым.
Моё чутьё волновалось, молило отринуть чужое бремя:
отдай его водам, глупая! Брось его!
Брось — или умри!

Но…

В толще убийственных атмосфер, под гнётом отца-царя,
где ни сло’ва сказать нельзя и сердце живое стонет,
я… О-о, я так хотела любви, познать хоть немного огня!..
И вот он плывёт ко мне на обломках.
Плывёт и не тонет.