***

Был заперт в теле юный чародей,
Искавший на Земле родную душу.
Не выделялся внешностью своей,
Был смел и добр, приветлив и послушен.

Он жил как все, и молод и шутлив,
С большою жаждой к постижению знаний,
Пленённый книгами, написанных стихами, -
Он видел мир сквозь хрупкий объектив.

Вы спросите: каков был его дар?
Откуда знаю я, что это был волшебник?
Чем удивительным таким он обладал?
И каких трав прописывал лечебных?!

В глазах его всегда горел огонь,
Больным и нищим подавая руку,
Менял на смех их горести и скуку,
И забирал с собой чужую боль.

Он обнимал, как обнимала мать,
Любого странника проникновенно слушал,
Хранитель тайн, он так умел молчать,
Что данных клятв ни разу не нарушил.

И никогда не осуждал других,
За скудность знаний, за холОдность сердца:
Он говорил: что все хотят согреться
В печали дней безжалостно пустых.

Никто не мог так, только чародей,
В кромешной тьме он видел выход к свету,
Если любил, то сразу всю планету
Не разделяя, взрослых и детей.

Но время шло, его не пощадив,
И юный маг, целитель душ и нервов,
Укрывшись снегом лет, покрытый пеплом
Сам канул в вечность, нас опередив.

Теперь над крышами в безмолвной тишине
О былом чуде нам напоминая
Восходит ночь, такая же седая,
А он нас ждёт, чуть позже, на Луне.