37. Зигзаг 1996-97

Отрывки из поэмы:
"Жизнь моя же..."

На Ниве Род летал недолго
И через пару лет продать
Надумал, вспомнив вдруг про Волгу,
Совсем утратившую стать:
Газ чёрный, купленный в "Берёзке",
Эксплуатировался жёстко --
Отец им мало дорожил,
Движок потёк и кузов сгнил.
Почти шестнадцать лет машине,
На ней не ездили уже,
Храня в железном гараже,
Скопился конденсат в бензине...
Короче, тачку Род забрал,
А шустрый "вездеход" продал. 

Волжанке кузов подварили
И перебрали ей мотор,
Покрасили, чуть обновили,
Не отвести от лайбы взор!
Отец обрадовался очень,
Но был немного озабочен
В ней не признав своё старьё:
- Не подменил ли кто её?
Он, на авто не претендуя,
Дал сыну от себя "добро",
Не думая, что то "ведро"
Его так сильно очарует:
- К линкольнам можно парковать,
Нет повода комплексовать.

Семью подкармливала Волга,
А как-то раз один француз
Ловил такси у бара долго,
Попав в неведомый конфуз.
Пока доехали до дома,
Клиент Купцову стал знакомым,
Возник в дороге разговор -
Шёл в фирме у него набор.
На собеседование вскоре
К Стефану прибыл Родион --
В Компанию был принят он,
Но с испытанием в договоре...
Теперь, на Лансер пересев,
Рулил Род, куда скажет шеф.

В те времена Москва Лужкова
В распоряженье басурман
Попала, растворяясь в "новом"
И превращалась в балаган.
РФ была ко всем лояльна,
А иностранцы моментально
Впились, не различая вкус,
В неисчерпаемый ресурс.
Клыки и щупальца вонзали
Лаская, жалили назквозь
Все скопом, иногда поврозь
Сок выжимая, плоть терзали.
Курс на конверсию, на мир,
В меню ж заказ: "Кровавый пир"...

Мутили воду толстосумы,
Всё дозволялось им тогда,
Да невозможно и подумать,
Что зачинается беда...
А населению планеты
Лет двадцать будет незаметно,
Какой готовился "банкет" --
У глобализма правды нет.
"Совместный" бизнес на подъёме,
Москва вся "зеленью цвела",
У иностранцев шли дела,
Но не было порядка в Доме.
Рубль вырос аж до трёх нолей,
Но всё же с ним - повеселей!

Теперь тыл снова обеспечен,
Есть запись в книжке трудовой
И бутерброд намазать есть чем,
И угостить друзей порой...
Катаясь с шефом по объектам,
Род понял - Предприятие это
Обслуживает фирмачей,
Всё расписав до мелочей.
Грёб Запад под себя заводы,
Вступив с Россией в компромисс,
Имея выгодный чек-лист,
Маржу гнал за рубеж в те годы.
Потёк и углеводород...
Кормился поодаль народ.

Род из шофёра вырос быстро...
Профклининга в России нет,
На фабрике должно быть чисто
И тут нашёлся вдруг ответ:
Большой кондитерский объект
Стефану подписал проект.
Полсотни тыщ квадратных метров,
Задача - их "освоить" к лету;
Дела сдал Роду Жиль Фужье,
Уборщиц подобрав уже.
Дам разделили на бригады -
В сто пятьдесят душ персонал
Начало "эры" предвкушал -
Всех обучить "работе" надо.
Приняв пилотности аспект,
Дал Иоффе землякам респект.

Дух большевизма тихо сгинул,
Уже здесь года два Данон...
Через неделю Жиль покинул
Франко-советский мастодонт.
Род вспомнил, как на ленинградке
Проник в троллейбус запах сладкий:
"Откуда он?" - узнать хотел,
Но "Большевик" не разглядел.
Ваниль таинственно вдыхая,
Смотрел в окошко сквозь кусты
На ветви, пёстрые листы,
Ромэн-театр проезжая.
Вернувшись будто в седьмой класс,
Он в прошлом очутился враз!
Промчалось два десятка лет,
Вновь повторяется сюжет...

Июль, 2026

Продолжение следует.