огонь для прирученных кораблей

Чашка в её пальцах
выглядит как ультиматум
она смотрит в неё так пристально
будто топит в молочной пене
все его измены и прошлогодние признания
а заодно – пару городов
где она придумала их вместе

он сидит на подоконнике
слишком спокойно и тихо
для того, кто обещал разбить её сердце
о первый встречный угол
качает носком модной туфли
пытаясь поймать ритм
с которым она хлопает
сильно накрашенными ресницами
заставляя снег осыпаться

на ней этот серый варёный свитер
он ей велик
примерно на размер его ладони

она знает, что он смотрит
он знает, что она знает

– вы сегодня молчаливый.

говорит она, не глядя на него

–погода или новая кукла ?

– ваша привычка раздевать меня.

отвечает он

она поднимает взгляд
в её глазах больная музыка
и порох этого города
который только и ждёт
пока кто-нибудь чиркнет спичкой

он улыбается
одной стороной красиво очерченных губ
слишком иронично
почти по-настоящему

эта ироничность
могла бы его защитить
но на этот раз он забыл все маски дома

между ними - экран
подоконник
заваленные старыми ссорами
и черновиками будущей жизни
– единственная граница
которую они оба так старательно уважают
[или делают вид]

он протягивает руку
к её остывающей страсти
пальцы касаются желания
на долю секунды
конечно, случайно
но этого хватает, чтобы в голове 
стало громко
слишком громко
ещё громче

– вы играете, – говорит он.

– это же ваш театр, – отзывается она
подливая кипящей ревности в чашку.

– но не мой сценарий.

она делает глоток
улыбаясь одними уголками
красиво очерченных губ
слишком трагично
почти по-настоящему

на краю чашки остаётся
едва заметный след малиновой помады

он смотрит на этот след
как на клеймо преступника
или подпись судьи
на собственном приговоре

– а если я уйду сейчас ? – спрашивает он.

– вы не уйдёте

она берёт его ладонь
и ставит на неё обжигающую чашку

– вы слишком любите..
неприлично драматичные финалы

она права
он пропал

как все самоуверенные мальчики
которые однажды решили
что способны приручить женщину
с глазами раненой лисы

если бы он построил маяк
на самом краю ночи
только для них двоих
они пили бы зелёный улун
со свежим имбирём
и цукатами из ранних звёзд
читали друг другу вслух свои сказки
спорили, кто кого любит больше
а кто идёт разжигать огонь
для прирученных кораблей

хотя на самом деле огонь
уже давно горит внутри них
мешая дышать
и заставляя смеяться невпопад
когда от нежности хочется плакать