Вес настоящего искусства

ВЕС НАСТОЯЩЕГО ИСКУССТВА
                «Изменения — это всего лишь соль удовольствия».
                Ф. Шиллер

   В одном небольшом приморском городке, где жители знают друг друга если не лично, то хотя бы в лицо, произошла однажды удивительная история.
   На улочках городка примостились вокзал, рынок, городская управа, и даже театр, за которым взору открывалась набережная.
   Море штормило. Тяжёлые высокие волны накатывались на берег и с грохотом разбивались о гальку пляжа, заглушая крики чаек немыслимой какофонией.
  Оголтелые чайки носились повсюду и чуть не задевали крыльями человека, который не обращал на них ни малейшего внимания.  Его горящий взгляд был направлен в одну точку, он словно искал кого-то или чего-то высоко в небе прямо над собой.
  Редкие прохожие, могли узнать в человеке режиссёра местного театра.  Режиссёр давно мечтал снять художественный фильм по собственному сценарию. Об этом знали все. С одними режиссёр делился своими планами.  У других искал понимания. А некоторых просил помочь материально. О сценарии со слов режиссёра было известно, что он гениальный. Но почему-то ни одна киностудия до сих пор не взялась представить шедевр публике.
 - Бездари! - Раздражённо восклицал режиссёр: - Им бы только коммерческий успех. О настоящем искусстве они никогда не слышали!
  Как уже, наверное, догадался читатель, собственных средств на съёмку, как и у всякого талантливого человека, у режиссёра не было. Уже были испробованы десятки различных способов раздобыть нужную сумму.  А воз, как говорится, то есть сценарий и ныне там - пылился в папке на полке, аккуратно отпечатанным единственным экземпляром, но уже в довольно потрёпанном состоянии.
 Рукописи не рецензируются и не возвращаются - гласит предупреждение в издательствах. Это же правило действует и на киностудиях. Но именно этот сценарий волшебным образом каждый раз возвращался к автору. Не далее, как вчера, посыльный принёс его обратно от одного богатого мецената, знакомого со множеством продюсеров... Опять не срослось.
 - Бездари! - по привычке произнёс режиссёр, когда его взгляд наткнулся на папку, перед тем, как выйти из дома. Он долго бродил по городку, пока наконец не очутился на том самом пляже, где мы его и обнаружили.
  Его всклокоченная борода колыхалась от ветра, кадык нервно ходил вверх-вниз, а выпученные глаза, казалось-бы видят кого-то там, на самом верху, куда не могли долететь вездесущие чайки, кого не сможет скрыть плотная гряда почерневших туч и кого не затмит даже яркое свечение солнца при хорошей погоде.
 - Боже! - пытаясь перекричать штормящее море, завопил режиссёр: - На тебя уповаю, не дай сгинуть во тьме невежества, помоги рабу своему, дай миллион на съёмку!
  Что-то в этот момент случилось, может чудо, а может самое обыкновенное волшебство, которое периодически случается с честными людьми, но видимо, слова просящего вместе с его мыслями о настоящем искусстве, достигли адресата. В ту же минуту небо разверзлось и сквозь тучи пробились золотые лучи небесного светила, а с неба, прямо к ногам режиссёра, упал мешок.
  Довольно тяжёлый, килограммов сорок, не меньше - определил он, когда попробовал приподнять его. Чуть помешкав, наш герой решительно развязал узел.
   Мешок оказался доверху набит пачками купюр, перетянутых крест-накрест широкими лентами фабричной упаковки.
   - Вот это, да! - Радостно вскрикнул режиссёр: - Да здесь на всё хватит! И фильм сниму, и на пряники с маслом останется!
И только приглядевшись внимательней, он понял, что купюры, хоть и настоящие, но все советского образца.
   То ли в тот день шум моря был настолько сильным, что просьбу не смогли расслышать как подобает, то ли у Верховного в силу весьма почтенного возраста было уже довольно туговато со слухом, но случилось всё именно так. Мы же можем сказать уверенно только одно, на всё воля божья.
 - Тьфу!!! - В сердцах плюнул режиссёр, а затем привычно изрёк: - Бездари!
И уныло побрёл прочь.