Суд Пугачёва по картине Перова

К стиху сначала сделаю вступленье
Пред тем, как к описанью приступить,
Оно имеет важное значенье,
Суровая оттуда взята нить.

Великая страна детей Даждбога*
Из памяти и карты стёрта в пыль.
Локально взорванные города, дороги
Наводят спор в сплывающую быль.

Царя Тартарии назвали Пугачёвым
И имя ему дали – Емельян.
К войне не применяли это слово,
А было лишь восстание крестьян.

Тартария и христианство – бредни,
А поп с крестом здесь лишний персонаж.
Московия его нажива и обедня,
Рабам господним в церкви инструктаж.

За городом далёкие зарницы,
А город серый, серый, не живой.
К царю все вопрошающие лица
Хотят услышать приговор, какой.

Сидит склоняясь, со взглядом отрешённым,
Крыльцо импровизированный трон,
Считает ли он суд свой завершённым
Или в раздумьях о пощаде он.

Правая рука его свисает,
А левая заточена в кулак.
Возможно рядом Салават Юлаев,
Преданный соратник и казак.

Кто склонился пред царём в поклоне,
Кто упал, а кто стоит пред ним.
Где тут правда, ложь наговорённа,
Вряд ли в этой сцене разглядим.

В чём вина богатого мужчины,
Матери и плачущей жены.
Иль привели преступника с повинной,
Где связанные руки со спины.

А вот седой мужчина на коленях,
Принёс на выкуп злата он ларец,
Но царь тартарский не охоч до денег,
И видимо, преступнику конец.

Закончу описание сюжета,
Осталась я сама под впечатлением.
А в тексте, как вопросы, так ответы,
Вызваны моим предположением.

Пришёл финал сего повествования,
Но не хватает общего итога.
История не терпит оправдания,
А потому печальна и жестока.

Арест царя в Бударинском форпосте,
Для власть имущих было ликованием.
Суворов конвоировал его не в гости,
В железной клетке на четвертование…

*(дети Даждбога – Тарх и Тара)

 Гибель Московской Тартарии в результате войны России под предводительством Суворова с последним царем Тартарии, названным Емельяном Пугачевым, в 1773-1775 годах.
Знаменитый полководец Александр Суворов, принимавший участие в разгроме Пугачёва и лично отконвоировавший его в Москву. Только офицер с высшим чином может конвоировать царя!
В столице его приковали к стене на Монетном дворе — и каждый день в узкой клетке, где можно было только стоять, его выставляли на обозрение.
Суд постановил: «Емельку Пугачёва четвертовать, голову воткнуть на кол, части тела разнести по четырём частям города и положить на колёса, а после на тех местах сжечь».
Информация из Интернета.