Любочке

В моём тревожном, одиноком детстве,
Где каждый день, казалось, я сгорю,
Ты вмиг меня снимала с края бездны,
Подобного стальному острию...

Ты приходила — и светлело сразу.
Смолкал мой страх, как загнанный зверёк.
Не громкими словами, не приказом —
Ты отводила беды за порог.

Ты не была богатством или славой,
Не покоряла шумные миры.
Ты просто стала самым главным правом
Моей тревожной, маленькой поры.

Не фея из волшебной детской сказки,
Не ангел с позолоченным крылом, —
Простая женщина в усталой ласке,
Но освещавшая собою дом.

Ты знала, как одним простым объятьем
Вернуть душе потерянный покой.
И счастье становилось так понятным,
Когда ты тихо рядом шла со мной.

Мне не постичь, какой огромной мерой
Был взвешен свет в твоих земных лучах.
Но, видимо, жива такая вера,
Что держит мир на любящих плечах.

Да, есть на свете люди, словно свечи,
Они в себе таят живой родник.
Чтоб не пропасть, а вновь расправить плечи,
Ловя любви благословенный миг.

Года летят... Но память — выше тленья,
В ней всё живёт далёкая весна.
И в час, когда иссякнет на мгновенье,
Мне силы даст незримо вновь она.

И если жизнь потребует когда-то
Назвать того, кто уберёг любя, —
Мне не нужны пространные цитаты,
Я два лишь слога выдохну: «Лю-ба...»

Н. Л. ©