все не вечно

Мой свет, что сокрыт под покровом бессонницы,
Как хрупкий хрусталь, что в горсти затаял, —
Я прячу в себе, чтоб никто не догадывался,
Что этот пожар — мой подземный сакрал.

Мы рядышком бредём по избитым дорогам,
Смеёмся, как прежде, над шуткой пустой,
Но сердце — колодец, заваленный острогом,
Где эхо твоё замуровано стеной.

Боюсь я не взглядов, боюсь я не сплетен, —
Боюсь, что дыхание треснет, как лёд,
Когда твоя тень, словно вязкая вьюга,
Ладонь мою выжжет до самых жил-вод.

Пусть лучше молчанье, как каменный панцирь,
Окутает нас, чем пошлый допрос.
Я буду слепой, словно выжженный манускрипт,
Чтоб кто-то случайно твой лик не унёс.

Ведь если признаюсь — порвётся всё тонкое,
Как паутина меж двух берегов,
И станет игрушкой для чуждого звонкого
Базара пустых, лицемерных шагов.

Я вычерпать море могла бы ресницами,
Чтоб только коснуться твоей тишины,
Но вместо признания — пепел страницы,
Где мы лишь «друзья», а не явь или сны.

Mais pour l'instant, nous ne sommes qu'amis,
Rien de plus qu'un souffle ; peine permis.