Наивные. Глава 1 - Нью-йоркский порт

НЬЮ-ЙОРКСКИЙ ПОРТ (глава 1)

– Всё будет в ромашках и одуванчиках.
(Ю. Бондарев «Тишина»)

Читатель узнаёт двух главных героев и цель их прибытия в Североамериканские штаты. То, что возвращаться женщинам к мужчинам предпочтительнее целиком, чем по частям и другом, не менее интересном, читатель узнает от нью-йоркских разносчиков газет. Знакомство Мартина Челзвита с редактором газеты «Скандалист» Драйвером.



Два молодых англичанина,             
Тошнотный проделав маршрут,               
Спустились по трапу в Нью-Йорке               
Привычно качаясь чуть-чуть.
               
Задача стоит перед ними               
Солиднее репы парной:
По-быстрому сбить капиталец               
И тут же убраться домой.               

Один из них – это Марк Те́пли;               
Другой – это Ма́ртин Челзви́т.               
Добряк и трудяга Марк Тепли,               
Напарник надменно молчит.
               
Нетрудно теперь догадаться,               
Кто выбран меж ними слугой:
Конечно же – это Марк Тепли,
Скажет, помыслив, любой.               

Че́лзвит в сетях Габриэ́ли.               
Невесту его так зовут;
Она то его и сподвигнула
На дальний от родины труд.

У Марка свои тараканы –               
Смеётся, когда не смешно,               
Со знанием дела охотно               
Идёт он к несчастьям давно.               

Как ветер гуляя по свету,               
Он признавался не раз:
«Превратностей уз Гименея
Мне не хватает подчас.

Что двигатель нашего счастья?
Трудности, что говорить…
Когда их становится мало
Мне хочется волком завыть».

Занятный, конечно, малый,
Этакий он весельчак;
Любимец оставленных женщин –
Просмоленный холостяк.

По порту шныряют газетчики –               
Агенты различных газет;
По возрасту все шпингалеты,
От силы тринадцати лет.               

Названия самые разные,               
Буквально – со всех здесь сторон:               
– Сорока-воровка! – Шестёрка!         
– Оракул! – Помойка! – Шпион!

– Грабитель! – Душитель! – Спаситель!      
– Нью-Йоркский связной! – Скандалист! –
И более что ли потребное:
– Отчаявшийся моралист!               

Новости им соответствуют:
– Виги раскатаны в прах!               
– Пожар каланчи в Алаба ́ме!               
– В Канзасе дуэль на серпах!
               
– Индеец (1) от всех резерваций
Засажен за пару бобров!
Ошибка! Большая ошибка!
Ему не набрать (2) голосов!               

– Забавнейшие приключения
Из жизни забывчивых дам!
– Вопль рогоносца в пустыне:
Вернёшься, Соль, вся, – не задам!

– Драка рабочих с полицией!
Разбитых голов не счесть!
– Штрейкбрехеров топят в Гудзоне!
Крики о помощи! Жесть! –

Не многие бы попадались
На свеже-спечённый бред,
Если бы он не вонзался
С силой пикард и ракет,

Запущенных детской рукою:
Рассудок похож ведь на свет
Известный своей простатою –
По клавише щёлкнул – и нет.

Скакать я готов был и дальше,   
Да чувствую, нет, не в себе:
Меня удивил муж красотки,
Слетевшей с гнезда налегке,

Тем, что со всеми частями,               
Кудряшками и волосами               
Делает главной в дому.               
Как же – вернулась к нему               

Шлюха из шлюх, – прости грешного,               
Если не то что сказал, –               
Пока ещё сила есть в чреслах               
Лучше сходил б на вокзал,
               
Лучше вдовице за ласку
Снял краску с фасада ершом,
Завёртыш сменил на калитке
И в печь заглянул вечерком,

Полил загрустивший подсолнух,
Заметил морковку в цвету (3),
Заросший мокрицею кустик
И… грабельками по нему…

В конце концов, бросив сомненья,
По новой женился, – а что? –
На бесприданнице сирой... (4) 
Вон сколько их в мире ещё.

– Этим эффектным приёмам               
Мы обучалися в Риме,               
У памятника Августина (5),
На «Папиком» снятой квартире, –
               
Сказал незнакомец негромко;             
Сказал, словно, ни для кого:               
– Простите, я что-то не понял, –               
Челзвит посмотрел на него.               

– Пред вами опора Свободы, –
Джентльмен показал кивком
На ближнего к ним шпингалета
С немытым ни разу лицом:

– Этот предмет из притонов,
Рождён лишь затем, что готов               
Был сходу без титьки и соски               
Решиться на пару шагов;
               
Упасть, чтобы сразу подняться,               
Подняться, чтоб тут же упасть               
И, выкрикнув пару глаголов,               
В себе ощутить ипостась! (6) –               

Он поиграл своей тростью.
Железный и острый конец
Её подкреплял набалдашник,
Где маялся чистый свинец.

Малец же кричал без продыху
И в руки Челзвиту совал
Толи «Предвестник свободы»,
Толи «Свободный отвал»:

– Не слышу… Вы что-то сказали               
По поводу нашей страны?               
И что же тогда вас сподобило
С милой так вам стороны?   

Вы тащите в наши пенаты               
Груз бедствий и нищеты,               
Отсюда – патроны, пистоны,               
Счет в банке, «техасы», холсты
               
С каньонами, с лавой мустангов,
С индейцами племени Си (7),
Но как это всё рисовалось
Ни разу никто не спросил.

Только один, с подковыркой:
«Сколько на рынке душа?..»
На что я ему хладнокровно:
«Узнайте почём лебеда;

Взвесьте, прикиньте, подумайте,               
Представьте голодный год,               
И дистанцируйтесь правильно,               
Не задом же наперёд…»               

Что ни по́падя, самое глупое,               
В софистику завернёшь, –               
Смотришь, поплыл озадаченный…               
Год был – ума ни на грош!               

Невежеством и беззаконием               
Наносите в спину удар,               
Мы же вам – независимость,
И просвещение в дар.
               
Где ещё есть, подскажите,
Такой благонравный народ?
Впрочем, простите за пафос:
Какой вам идёт сейчас год?               

Имя? Куда направляетесь?
Полезность бы вашу понять…               
Ответьте мне, если желаете,
Пока расположен я знать.

– Мартин Челзвит. Архитектор:
Эскизы, проекты к домам…
Пункт назначенья не знаю:
Найду через вестник реклам, –

Так Мартин джентльмену ответил
И стал выжидательно ждать;
Недолго… как раз незнакомец
Стал руку «клещами» сжимать:
               
– Полковник. Фамилия Драйвер:
Редактор, поэт, публицист;
Рупор нью-йоркской знати –
Орган свобод «Скандалист».

– Имеются знатные люди?! –
Мартин аж весь просиял, –
И кто же их здесь составляет?
– Да разум, – полковник сказал, –

Разум и свод добродетелей, –
Добавил торжественно он, –
Усадьба с цветущей лужайкой,
И чеков хотя б с миллион. –

Челзвит под гипнозом редактора,
Знавшего всё здесь о всём,    
Себя уже видел в ансамбле            
С широким по фронту крыльцом:

«С моими глубокими знаньями
И роем кипучих идей
Я быстро собью капиталец,
А с Марком так вдвое быстрей».      

Тут лёгкой и быстрой походкой
К ним – командир корабля;
Белозубо сверкала улыбка
И пела душа моряка.

– Как шли, капитан? – На отлично!
Отправлен матрос уже к вам               
Со списком участников рейса.
Представьте, – "Помойка" уж там! –

Он указал им на судно,       
Где в лучшей каюте сидел
Редактор бульварной «Помойки»
И молча на них же смотрел:               

Бутылка валялась под стойкой;
Вторую он только начал:               
«К чёрту! Схожу-ка к Шарлотте.               
Давно я её не тискал»      

Что же случилось с «корветом»?
В нём тот же редактор сидел
И песню ямайских пиратов
Уже во все лёгкие пел.

Последовал режущий свист,
Грозное, пьяное: – Выкуси! –               
И вдруг волосатый кулак,
В оконце, как солнце, выглянул.

Драйвер, отметив концовку,
Сплюнул в сердцах на певца:
– Ну что с этим дурнем поделаешь:
Рос, говорит, без отца.

Нальётся по самые гланды.
Любит напиться один...
Юнга, надеюсь, бывалый
Доставит нам дюжину вин?

Живём мы по разному… там же;
С закуской… хреново у нас,
Ни грамма хрустальной посуды,
И кончился вилок запас.

Шли, говорите, отлично?
– Да-да, – капитан закивал,
И элегантно простившись,
Курс на корабль сразу взял:

«Надо отправить «Шампани»,
Закуски, сервизный комплект…
Милостью бога, известно,
Добудешь лишь пару монет.

Важнее разбойника милость
Из борзописных жуков:
Всего за полгода он за́ борт
Выбросил двух удальцов.

Сойдём на причал всей командой,
Когда разлучат со «старьём»,
А там суд бабёхи с весами,
И я под тюремным винтом.

Будет, штормить на просторе,
Волны вдогонку бежать,
Не будет лишь там пакетбота (8),
Собравшего всех нас, как мать».


   ПРИМЕЧАНИЯ

1) Индеец от всех резерваций
    Засажен за пару бобров!

«В 2013 году депутат Госдумы Николай Валуев опубликовал в своём Twitter фотографии с охоты в Архангельской области, на которых был снят с убитыми животными – медведем, уткой и бобром. 
Местные журналисты написали письмо на имя спикера Госдумы Сергея Нарышкина и обратились в прокуратуру, указав, что весной в регионе разрешено отстреливать только птиц. 
Валуев заявил, что охота проходила на законных основаниях и у него были разрешения на отстрел медведя и утки. На вопрос о бобре он сказал, что не знает, что с ним произошло, возможно, животное придавило льдом. 
Следственный комитет по Архангельской области и Ненецкому автономному округу отказался возбуждать уголовное дело о незаконной охоте Валуева. По мнению следствия, «добыча бобра не причиняет крупного ущерба животному миру Архангельской области». 
Валуев удалил опубликованные фотографии». (Алиса)

2) Ему не набрать голосов!

Здесь речь идёт о необходимом количестве собранных подписей избирателей, готовых голосовать за кандидата, после которого тот будет допущен к Выборам.

3) Заметил морковку в цвету…

«Цветение моркови в первый год после посева — это аномалия, которая называется стрелкованием или цветушностью. При воздействии стрессовых факторов растение может перейти к цветению раньше времени, за один сезон». (Алиса)

4) Сирая, оставшаяся сиротой, осиротевшая.

5) Августин, Августин Блаженный (354 – 430 н. э.) христианский теолог и церковный деятель, развил учение о благодати и предопределении; подготовил своей деятельностью теоретическую базу для раскола христианской вселенской церкви в середине XI века. Со своей теорией, повторяющей иудейскую, о предопределенности человеческих судеб, являлся, в той или иной мере, идейным вдохновителем для создания, как минимум, двух агрессивных, фашистских цивилизаций – североамериканской, находящейся между Мексикой и Канадой, и гитлеровской, реанимированной и возвращённой из ада на наших с вами глазах.

6) Ипостась, богословский термин, обозначающий конкретное лицо (личность), индивидуум, предмет, в котором действительным и конкретным образом осуществляется сущность. (Азбука веры – энциклопедия)

7) С индейцами племени Си.

Так Драйвер назвал индейцев племени Сиу, в недалёком прошлом заселявших большие территории североамериканских прерий

8) Пакетбот, двухмачтовое судно, оборудованное каютами и специальными помещениями, с помощью которого перевозили почту и пассажиров в некоторых странах в XVIII—XIX веках.

На фото: Николай Валуев на охоте в Архангельских лесах.

На картине неизвестного художника: автор предполагает, что художник изобразил индейцев племени Сиу, вытесненных колонистами на верную гибель в резервацию – на бесплодные каменистые почвы, не пригодные ни к землепользованию, ни к охоте, ни к рыбной ловле. Картине же подходит название «Выстрел»