Последний бой

В рации — лишь тишина, не слышен голос твой,
Лишь эхо бьётся о скалу, храня секрет живой.
Ты уходил в рассветный час, где пули рвут покой,
Сквозь дым и мглу, сквозь боль и страх — навстречу небесам.

Зелимхан, твой путь непрост — остёр, как лезвие клинка,
Из горной тверди высечен порывом ветра навсегда.
Ты имя, словно клятву, завещал нам сквозь года,
Чтоб помнили: не ради славы, а ради тех, кто ждёт всегда.

И кто готов без страха на краю стоять,
Где вечность шепчет имена ушедших в бой ребят.
В горах, где каждый камень — страж, а небо близится к окопу,
Твой позывной звучит, как гром, средь каменных дворцов.

«Шустрый» — не случайный звук, не просто позывной в эфире,
А знак, что дух бойца силён, не сломлен, не повержен.
Ты шёл вперёд, когда земля горела под ногою,
Сквозь все преграды, сквозь огонь — прямой и непреклонный.

Ты нёс в себе не злобу, нет, а тишину святую,
Что выше криков и обид, что лечит боль без слов.
И так уходят в звёздный путь, в даль бесконечную, святую,
Не оставляя писем, чтоб не потревожить кров.

Радиопомехи гонят прочь осколки фраз,
Как будто горы шепчут: «Он не ушёл от нас».
Та самая вершина, что приняла его, как сына,
Хранит в гранитах голос тот, что стал легендою навек.

И если ветер вдруг вздохнёт над перевалом где-то,
И ты услышишь в шквале том знакомый, твёрдый шаг,
Не плачьте, братья: он не сгинул в серой мгле рассвета —
Он встал в дозор, где небо — щит, а звёзды — верный знак.

Сложил он крылья у стены из камня и гранита,
Но дух его летит вперёд, сквозь грозы и года.
Там, где рассвет встаёт стеной, где Родина открыта,
Осталась память лишь о нём — как вечная звезда.

И если радио когда-нибудь вздохнёт
Помехами, как стоном из-под снега,
То знайте: это он, кто не уйдёт,
Кто выбрал путь прямой, без фальши и без света.

Зелимхан, твой позывной — рассвет,
Что светит тем, кто ищет в тьме ночлега.
Так пусть же в рации царит покой,
Мы не услышим голос твой, но знаем:

Пусть реет гордо флаг над вечною землёю,
Единый, сильный, наш родной — его не разорвать.
Ты стал звездой над тишиной, над мирною волною,
Герой, что будет вечно жить, чтоб Родину спасать.