Как всегда, о детстве

Как так вышло, не знаю, но я оказался одним из лучших учеников своей школы –восьмилетки.   Почему-то   меня пришел фотографировать непонятный человек. Усадили на стул,  причесала меня учительница, классная руководительница, Клавдия  Ивановна, и вот оно, через неделю мне дают фотокарточку, шесть на восемь, на ней  я,  серъезный мальчишка с внимательным взглдом. Моя первая в жизни фотография. Оказывается, я  лучший ученик школы,  вот я чего не знал.  Что бвло, то было В городском клубе  решили оргнизовать стенд, лучшие  ученики  городских  школ, и я оказался на стенде со своей физиономией. Мама была счастлива, она надела свое самое нарядное платье и пошла в клуб, где она  никогда, кажется, не была, чтобы взглянуть  там на меня, четырнадцаттнего мальчишку. Вернулась  счастливая.  Принесла мне плитку шоколада в  подарок.
   - Там двадцать фотокарточек. Учись, Коленька. Может, человеком хорошим станешь.

Ч мать спросил:- Мам, а из чего шоколад делают?  Она сразу ответила:  –Как из чего? Из  шоколада. Потом вдруг посмотрела на меня и задумалась: - А вправлу, из чего?  Ну, ты и умник, Клавдию Михайловну спроси. Она скажет.
Вышла,  вернулась: ,  -  Галина сказала,  не знает,  А дядя Вася сказал,  из бобов, у нас они не растут. В Африке растут.
 Если бы росли, я бы в огороде целую гряду засеял, и теплой водой из избы бы  поливал.


        Я и без этого собирался стать хорошим человеком. Мне примером  были мои учителя. Непонятные люди. В обыденной моей жизни они были соседи,  у них , все как у нас. Нет, у нас хуже,  чем у них. У них дом лучше, палисадник под окнами. Я не аонимал, что такое сад, лаже  у соседа  черемуха росла, огромное дерево, и они собирали черемуху не в лесу, а у себя дома. Я знал смородину, и редкую  ягоду крыжовник, я  его до  школы попробовал впервые,   меня угостил недогадлиавй сосед.  он сорвал две ягоды, когда я спросил его, что это такое. Я тогда же узнал и не поверил  своим глазам, когда увидел садовую землянику,  ягоду размером почти в половину моего кулака. Чего это она не растет в лесу такая? Увидеть-то увидел, но не попробовал.   Ее увидал я  в больничной палате, несколько штук их, с непередаваемым ароматом лета  принесли девчонке, и никто в нашей детской палате  естественно не попробовал эту редкость. Не было яблонь, и самих садов, но перед окнами  росла ,малина, что не  редкость, видимо, принесли из леса,  редкие  ягодки рдеют наа кусте.
 
      И вот моя фотография, и наказ, учись.  Мать как-то не интересовалась  моими школьными делами,  а тут стала спрашивать, что я учу: - Расскажи мне сынок, я ведь только четыре класса закончила, я ведь  в четырнадцатом  году в школе пошла.  Война была , потом    революция, гражданская, было не до учебы. Валенок не было, в школу-то, сын, в чем  ходить. Двое валенок на всю семью.
     - Мам,-  спросил я, - а почему у нас под окнами ничего не растет.  Вон у соседа сколько.   У нас почему  этого нет?
- А ты смотри, какими красивыми дощечками   палисадник огорожен, где их взять... таких нет. Так и остался стоять дом без сада. Посадить куст смородины сбоку от дома, принести из леса, нельзя. Зачем добрую землю занимать, тут хорошо  картошка растет.
  Такие вот проблемы. В доме ни животины,  ни собачей конуры.

     Вспоминаю это , и не верю себе. И вдруг фотокарточка. Без этого признания собственной значимости я, наверное, так бы  не нашел собственной дороги. Закончу  школу, поеду в город, учиться. В общежитии буллу жить. Так оно и вышло.
      Вот что такое бедняцкая семья тех лет. Ни хорошей одежды, ни обуви, ни доброй пищи на столе, хоть бы стакан молока. Не то, что сейчас. Наверно,  есть и теперь в заброшенных деревнях такое.
   Быть может,  думаете, давлю на жалость, расчет на слезу, невольно покатившуся из глаз. Ничуть. У других не лучше .У меня плохо, потому что в семье трое, бабущка, мама и я, а работает только мать.  Бабушка добрым словом помянула Хрущева, когда старикам по свидетельским показаниям стали давать пенсию. Она работала на заводе, ее знал сам директор, Павел Иванович  Ватлин  знал и помнил, хотя она не была активисткой, и  ей дали  пенсию по старости, триста рублей, нормальные деньги  для пожилого человека. Документов в заводоуправлении за эти годы почему-то не сохранилось, как это вышло, не знаю.

Это был страшный год. Я тогда чуть не потерял  маму.  Она подучила ужасное отравление на производстве. Она работала травильщицей в посудном цехе,  то техологии штампованную посуду обрабатывали серной, а тут  пришлось азотной кислотой протравливать.  Что-то попало в ванну по недогляду, стала выделяться окись азота. Мать, работая, получила  отравление, ее с работы увезли без сознания в больницу. Там дали кислородную подушку,  она пришла в себя. Слабая надежда была, и она выжила. Начальник химлаборатории, незнакомая женщина,  низкий поклон ей и каждому, у кого доброе сердце, дала совет, надо пить куриный белок. Зима, бабушка ходила  по всему поселку и находила одно-два куриных яйца. Мать говорила, что после этого шла отрыжка  тем самым газом. По-вилимому,это была двуокись азота, опасная, но не самая страшная вещь.

    В больницу  меня не пускали. Я сидел за партой, и думал о ней, и надеялся, что она не умрет. И однажды убежал из школы.после первого же урока. Моя учительница пришла сразу домой. - Что случилось? -Маму выпишут из больницы. Она подошла ко мне и обняла вдруг как сынишку. А я уже плакал. Это было счастье.  Разговариввая с ней через много лет услышал, как она сказала, случись что, я бы взяла тебя к себе.  - Я уже мужу сказала тогда об этом.
    Вот такие они люди,  человеки.  Я вырос, остался жить в городе, мать жила  со мной, подняла на ноги троих моих детей,  внучат, но об этом не здесь.