Муравей и бабочка

В густом ковре июльских трав,
Терпя несносный бабий нрав,

Рабочий муравей тащил
Из всех своих последних сил
Ночную бабочку в свой дом:

— Ещё чуть-чуть, за тем холмом,
Под старым пнем, меж мёртвых сот,
Скрыт в муравейник тайных ход.

— Любезный, можно подобрей —
Несёшь не труп, держи нежней.
Мир болью полон без тебя,
Но ты же с самого утра
Решил добавить, привнести.
Ай, больно! Хватит так трясти!
О жизнь, отринь, покинь меня,
Всё пыль, всё тлен, всё суета.

— Ещё чуть-чуть, за тем холмом,
И будет дверь, там ждёт нас дом.

*

Он с солнцем ранним вышел в рейд,
Разведчик чёткий вывел след,

Но от тропы чуть в стороне
Поймал он странное в себе:

Желание свернуть с пути,
Так удалось её найти.

Она — крылата, велика,
Сложила лапки не дыша,

В её фассетчатых глазах
Дробился мир, и в каждом страх.

— Вот так улов, — подумал он, —
Как будто жадность видит сон.

— Опять, — подумала она, —
Чтобы страдать я рождена!?

Так бабочка и муравей
Сплелись историей своей.

*

Только вчера увидев свет,
Их гонят в мир, что мочи нет,

Одну — инстинкт, другого — долг.
С надеждой, может, выйдет прок.

Его — искать. Её — найти.
Оставить знаки на пути.

Ему — кормить. А ей — вскормить,
Чтоб жизнь не прекращала быть.

Без счастья, радости и грёз
Всё здесь взаправду и всерьёз.

И он бежит, она ж летит.
Но новый день не удивит.

Вот крылья бабочка сложив,
Поджала лапки и лежит.

*

— Зачем? К чему манящий свет?
Без подчинения и нет
Меня, а в подчинение подавно,
Лишь энтамологу я ценна и приятна.
А есть ли я, не стадией и формой,
Не пищей, не привычной нормой,
Не паразитом поедающим сады,
Букашкой опыляющей цветы
Бездумно. Что под обложкой?
Могу ли "нет!" сказать и топнуть ножкой?
Нет, не могу,
Ну что ж, вот лягу здесь и здесь умру.

На этой ноте муравей
Нашёл её среди стеблей.

*

Нашёл, на спину взгромоздил
И даже думать позабыл,

Что с обозначенной тропы
Сошёл без цели и нужды.

— Приход такой покроет долг
и хорошо, что не урок —
любой урок всегда лишь боль.

— Ты что бурчишь там сам с собой?
Зачем нашёл, зачем несёшь?
Ты врядли мной себя спасёшь.
Твой путь как мой, но чуть длинней.
Приляг со мной среди ветвей.
Проходит день, пройдёт и ночь.
Нет цели! Воду не столочь.
Отдайся миру — он вина.
Вот я зачем тебе нужна?

— Ещё чуть-чуть, за тем холмом...

— Я это слышала — твой дом.
А дальше что и есть ли смысл?
Мир не меняет просто мысль.
Каков твой план на день на два?
О чём мечтает голова?
Кем хочешь стать, куда пойти,
Что хочешь встретить на пути?
Неужто лишь еда и сон
Твой интерес. Да ты смешон!
Вокруг, смотри, огромный мир:
Пустых желаний, смерти пир.
Я осознала свою суть,
Отфильтровала красок муть,
И не желаю больше я
Играть по нотам бытия.

*

И в этот миг упала тень,
В ночь превращая этот день.

Схватила ношу муравья
И вместе с ним их понесла

Куда-то вверх, а следом вбок,
Потом вираж и кувырок.

Рвануло, клюнуло, трясло,
Вот что-то вдруг оторвало.

И муравей в траву летит,
Всё приближается, кружит.

Он держит что есть сил крыла.

— Она могла, смогу и я!

Расправил их, поймал поток —
Не муравей, не мотылёк,

Но и не падает уже,
Земля не тянет так к себе.

Глядит вокруг: поля, луга,
В бескрайнем небе облака.

— Там лес. Пугает чернотой.
Ручей с коварною водой,
И солнце падает в закат.
Я своей малой роли рад.
Вон пень знакомый и тот холм.
А там, средь мёртвых сот, мой дом.