Летопись трещин

Мне говорят не писать о боли,
Кому страдания твои нужны?
Вам просто страшно в собственной неволе
Услышать обнаженную суть души.

«У депрессии корни другие, —
Твержу я молча, скрывая ожог, —
Не в греховности, не в стихии,
А там, где нейрон перегорел и смолк».

Мне снова дёргают нитку боли,
Тянут шов, что едва зарос.
Я дышу вопреки их воле,
Ваша святость — никчёмный взнос.
Мои муки — моё очищенье,
А не слепота церковных грёз.
Вы говорите: «Психосоматика —
Прописки дьявола во плоти».

Но вы бы выдержали тот пост,
Где три с половиной года пустыни в пути?
Мы спали по два часа в сутки,
Дьявол сдох ещё в первые дни.
Наши трещины — летопись аскезы
Безвозмездной ночной мольбы.
Наши трещины глубже любых доктрин,
Что спасают себя от влаги.
У скорби есть лицо, она сосуд наполняет кровью,
И мой алтарь закрыт для чертей —
Он обёрнут Всевышней любовью.
Мне предлагают выкинуть скорбь,
Промыть мой сосуд, наполнить радостью.
Но если вылить эту соль,
Он останется лишь слабостью.
Отрезать память? Нет, не могу:
Боль говорит о том, что я живая.
Я понимаю только одну суть:
Когда в наш дом приходят беды,
Не дьявол, а Бог разрушает сосуд,
Чтоб сохранить настоящую веру.
Я трогала смерть своими руками,
Не дьявол дарил мне те дни.
Бог стоял у постели со мной,
Наполняя сосуд для любви.
Моя вера оплакана смертью,
Все молитвы текли из души.
Не ломайте людей израненных,
Их не нужно вере учить.
Они видели Бога живого —
Им о дьяволе лучше не говорить.
                17.07.2026