Глава 4 Мятные облака

... Эй, Мух, постой. Мы прём к ним отнюдь не на встречу.
— Гор, тише, мне след на земле скажет больше, чем ты.
Идут на восток, и не прячут побега хвосты.
Тут Карл вступил : "Взвалив наших души на плечи..."
А Эйранд лишь мягко отрезал: "Спокойно, бойцы".
Всегда контролирует он настроение наше,
и пульс ощущает сквозь воздуха вязкий поток.
"Слизень, Муха, вперёд, мы устроим привал на часок,
ну а вы проследите, чтобы враг не ушёл от нас в чаще.
Метки ставьте, ведь память — безумно опасный дружок".

Всего сутки прошли, даже небо ещё не остыло,
не зажили все шрамы от стрел на седых облаках.
Зеленеют они, наглотавшись колючего дыма,
и врагам доставляют животный, томительный страх...
Нам в бою посчастливилось Контем сломить в фланг атакой,
а Хезитат и вовсе ушёл без известных причин.
Дождь усилился, молния с вспышкою яркой
прямо в кучу врагов приземлила разительный клин.
Почва вздыбилась, искры вокруг заметались.
Воздух гарью и хладным металлом до нитки пропах.
Ну а люди, как свечи, в дыму догорали,
Знаменуя в сердцах соплеменников храбрости крах.
Враг бежал и скрывается в пуще Оленда.(3)
И сейчас наш малютка-отряд в авангарде идёт,
Нас уже стало меньше на два человека—
это Даррен и Рен завершили военный поход.
Рен — молчун, не любил он пустых разговоров.
И особо не жаловал шум, душных мест суету.
Был надёжен и крепок, как мрамор колонны,
и таким он остался навечно. Навечно в строю.
Даррен спас жизнь мою, но погиб всего через мгновение.
И вина изъедает мне голову гнусным червём.
Отплатить не могу, оттого ненавижу сильнее
тех, кто судьбы кромсает без жалости алым мечом.
Вдруг за правым плечом: "Гор, гляди, как прекрасно!"—
Ланы голос раздался, порвав мысли нить.
Обернулся, гляжу — небу яркие краски
щедро дарит огромнейший солнечный диск.
Он сквозь леса верхушки, палитру на нас опрокинув,
каждый листик усердно покрасил на собственный лад.
Облака превращает в воздушную мятную пену,
они над моей головою, как мысли, висят.
Вдруг запахло едою — то Эйранд усердно готовит.
Карл у него под рукою жужжит, как пчела,
в котелке своей ложкой он что-то уверенно ловит,
всю брань "полевого маэстро" берёт на себя.
—Как ты, Гор? — Лана снова вмешалась в ход мысли. —
Всем сейчас не легко, но я вижу — ты вовсе не здесь...
—Лана, брось. Лишь усталость от прожитой жизни.
Только высплюсь и снова польётся прекрасная песнь.
—Ты же знаешь, можешь со мной поделиться
и болью своей, что терзает тебя каждый день.
—Боюсь, мне для этого надо напиться.
Ведь только тогда вам откроется грузная тень.
Вечер день поменял, протолкнув его по горизонту.
Скоро снова поступит приказ выдвигаться вперёд.
Заточил меч себе, подготовил все сумки к походу,
и присел у костра, но покоя душа не даёт.
Я тревогу сквозь кости свои пропускаю,
Она в каждой песчинке, в каждом движении листа.
Выдох-вдох... будто тело своё убеждаю,
что не чувствую близкой угрозы в дрожащих кустах.
Где-то там раздаётся треск коростели,
а в высокой траве — громких сверчков перезвон...
Сзади шорох, искры костра разлетелись.
В затылок удар, тишина. Затуманенный сон.


3.Пуща Оленда - крупный лесной массив к северо-востоку от поля битвы, назван в честь героя Оленда, который победил Геркона хитростью и заточил его в мире мёртвых.