Земляничный торт для скорбного дяди

Немало шуток думал - между тем,

Где шёл уже, поддавшись от проблем,

Надев свой робкий чувствам - сувенир

Сегодня, может в полдень - будто им

Я буду в том блистать или - внутри

Виной ценить свой оборотень - глаз,

Пока мой призрак будит этот - путь,

Я сам того не знаю как б - моргнуть

Внутри достатка слов или - в отток,

Что сам я стал, как облачность и - то,

Что можно сделать завтра - этим я

Иду вперёд, чтоб создавать - клеймя

Себе ступень тщеславности - увы,

Коль я учусь в той пройме - до весны,

А школа стала мне больной, как снег

Надеждой в пламя сотен игл и - век,

Где каждый должен именем - понять

Кто твой наследник в праведности - дать

Тебе лишь только фокус - между прав,

А может в том и Энцелад - не прав.

Им мы игрались в призраков - тогда,

Была весна, апрель над страхом - дав

Мне новый обруч в резкости - клейма,

Где я могу принять свой сон - едва -

Я сам сатурнианец между - грёз,

И Адлер, как орёл, чтобы - лететь

Туда, где много кромки вылить - яд

Под нож внутри тщеславия - принять

Свой сон ребёнка ежели он - пуст,

А может грустен, чтобы не моргнуть

Туда ещё бы раз, где волен - в путь

Отправить ты свой оборотень - тут,

Но я был в общем милым - сорванцом,

Глотал иголки в сумерках - об пол,

Искал свой пенный юмор, где нельзя

Мне сделать ровный стиль или - искать

Ещё приём космических там - шпор,

Чтоб сделать город в мысленном - огне,

Как Нанси, что приятен нынче - мне,

Но стонет в пропасть будущего - ига.

Я был шпионом мысли, чтобы тьма

Сковала мой подзорный берег - в два

Таких же слов жемчужных - бытия,

Где может школьник думать и - идя

Хранить свой берег мужества - за тем

Кто волен взять тщеславный номер - тел

И выдумать свой пафосный б - приём

Над новой оконцовкой диких - шпор,

Ведь сам любил играться делом - я,

Всё прятался в квартире, где моя

Маман была лишь облаком - туда

В подзорный вечер мудрости и - стиля.

Я ей был должен долго и - чудил

Над новой формой юности, что жил

Я только лишь мальчишкой, а - года

Мои бы стали в тень моей - холеры,

Но был и вровень друга мне - пример,

Мой стильный призрак Генри, чтобы сэр

Хранил немного больше между - нас

На этом сне подвальной боли - мира,

Чтоб сделать волю только - в никуда,

А мне сегодня дать немного - два -

Тщеславных боя личности, чтоб там

Я думал, что опять судьбой - пропал.

Но было мне лишь восемь и - во мне

Ковались прочной оторопью - вне

Формальной ласки странные б - огни,

Где я играю в призрак возле - тени,

А сон ночной мне сладко - говорит,

Что я не болен внутренне, а - грипп

Всё только лишь оценка вдоль - ума

И серый стиль неравномерной - пыли,

Тут поднял я осколок вдаль - за тем

Кто мог бы душу мне сковать - взамен

Моей приметы в будущем - кричать,

Что я могу сегодня выше б - стать,

А может дольше внутренне - прождать

Мой тон иль День рождения, где - мне

Играют точно скорбные б - огни -

Те родственники в численности - лени,

Пришли они сегодня в дар - свечей,

Поставили на стол свой торт - ума

И видят в поле подлинник - под ноль

Стоит и смотрит, как ему - луна,

Быть может гладит имя - между тем,

Что я и не могу поднять там - глаз,

Но вижу, как ребёнок, чтобы вдеть

Свой хитрый берег юности - в приказ.

Я встал и сам под полночь - приказал,

Чтоб оборотень тот покинул - яд,

Поднял мой сон и сам ушёл - теперь,

Где буду только числам - объяснять

Я здешний берег юности - в глазах,

А может гиблый памятник - руин,

Но больше дяде дам я сто - пудов -

Тот облик ветхой пропасти - за ним,

Когда бы торт на привязи - миров

В спокойной воле страха мне - в тупик

Опять на стол поставили - под рок,

Но думу в том приятную, чтоб им

Мне также было трепетно - расти,

А может думать в музыкальном - сне,

Что будущий ребёнок - гитарист,

А может барабанщик - вдоволь лет,

Но вдруг исчезла страсти - пелена,

На стол опять поставили тот - яд,

Точнее земляничный погреб - скал,

Иль торт внутри скабрёзности - угла,

Где я не вижу верх той боли - вдаль,

Что сам я не могу прожить тот - мир

Внутри всеядной пропасти - поддать

Под новый День рождения - в свой пир.

Так Адлер сам стоял и мне - в нутро

Играло что-то стойкое - за торг,

Где я был должен миру и - вот-вот

Схвачусь за шёлк скабрёзности - ума,

Но дядя с постной рожей - набекрень

Мне выпалил, что мал сегодня - я

И он поможет съесть мой торт, увы,

Чтоб близко пламя породить - внутри,

В себе, а может в родственниках, чтоб

Не складно было б в душу им - иметь

Свой серый скол манерности - в углах,

А может смертный оттепелью - снег,

Так я пошёл и в школу, но - бедой -

Был торт лишь земляничный и - его

Глаза в душе корили весь - ответ,

Что снился мне над пропастью - уже,

Где падал снег сатурнианский - вдаль,

А я взрослел и было б что - сказать,

Чтоб ожил в этой матрице - пера,

Наевшись скорбной пропастью - всего.

В тот миг я стал рассеиваться, где

Я вижу - дядя смотрит мне вослед,

Я знаю, что в строптивости - игры

Нет места больше блажи - обрести

Свой День внутри рождения - под яд,

Ту пору совмещённой боли - в ряд,

Что я хочу снести в свой скол - идей,

А может и любви над негой, где

Мне нет теперь избытка - умирать,

Но только земляничный торт - искать

И думать, что вот-вот его - сожму

В руках такой приметы - между мира,

Прошло ещё так лет мне - от полста,

Я был уже никчёмной болью - в страх,

Чтоб дяде говорить, что я - ему

Могу помочь с делами или в - стиль

Купить лишь например ещё - чуток

И торт так земляничный, чтобы он

Не был таким серьёзным, а - внутри

Искал сегодня бдительность - свою,

Чтоб мы могли по Нанси - погулять,

Так взять по пиву, где бы - подрасти

Ещё так лет на сто или - воткнуть

Свой берег чувства времени - под жилу,

Где буду я искать себе - звезду,

Невесту или призрака - под шанс,

Где мы добудем стиль своей - игры

В мечте такой бы встреченной - отныне,

На что мне Людвиг должно - говорил,

Что сам внутри он девушек - любил,

Но вот сегодня постарел, а - я -

Могу ещё придумать много - слов,

Где мой в глазах вопрос, как на игру

Не будет очень скучным - в поле дам,

Но мы туда пройдём и - к одному

Там сможет выпить опыту - задаром,

Но я был опечален этой - тьмой,

Его проблемой зрелости - в годах,

А может старость стала мне - уже,

Как бестия в колючках лезть - и я

Уж сам там не могу узнать - предел

Морали новой в личности - своей,

Вот только вижу берег синий, где

Бы космос лечит мой второй - побег

От личности столь странной, что её

Глаза уже не видят мир - под всплеск

Той наглости испытывать - свой дар,

Где может был и дядя в страхе - вечен,

Беспечен в торт под пальмой - на уме,

Превратен в пользе личности - вокруг,

Где сам я не могу узнать свой - шарм,

А только Нанси тонет - в этот круг.

Вот вижу берег дальний, где семья,

Там вижу много благ и сам - не свой,

Но стиль внутри вопроса - оставлять

Горазд за этой плетью - между мной

И радостью прождать ещё - денёк,

Коль можно внутрь управить - и года,

Где ты мальчишка что ли, а - тебе

Везёт под стать и уровень - угла,

Ведёт манеры подлинный - ответ,

Но ты не можешь выиграть - урок,

Где род твоей свободы был - на тон

Постарше форм инертности - узнать,

Что больше яда нет во рту - любви,

Но есть лишь только старость - впереди,

Где мы идём, уже и мне - полста -

Годов от той капризности - страдать,

Гнести свой ветер грузный - на плече

Оставшихся надежд, где были - все

Приданой ночью в низменность - угла,

А нынче будем измерять тот - шрам

И ночью в осторожности - искать

Свой берег в дар почётного - сукна,

Где я уже рождён в тот дом - отдать

Бы торт из земляники, чтобы - там

Мне было хорошо бы видеть - стиль

Моей приметы годности - в нутро,

Но лишь иду по Нанси и - во мне

Расходятся под счастьем - заодно

Года моей непрошенности - здесь,

Пути внутри отходчивости, где

Я сам бы не могу им дать - отпор,

Но вижу свой мужицкий - приговор.

Он гладит форму времени - вокруг,

Как торт внутри округлости - потуг,

Что сам сегодня думать - не хочу,

А свой серьёзный праздник - промолчу

И буду только внутренне - богат,

Чтоб скорбный дядя думал - невпопад,

Не знал, что сам истёк он - от ума

Такой погодой в личности - святой,

Но деть бы день отшедший - от ума

Он сам не может в призраке - туда,

Где Генри шепчет правильную - явь,

А я не знаю будущего - в страсть,

Но торт стоит и стол накрыт - уже,

Мы все собрались в пламени - вокруг,

По скорбности пройтись или - отнять

Ту форму самобытности - разрухи,

Где было всё степенно или - тьма

Снедала плотный завтрак - от ума,

А я сошёл бы в точке - между тем,

Как клоун в форме строгости - проблем.

Проблему за проблемой вижу - вновь,

Сатурн искрится в памяти - в любовь,

А новый Энцелад ложится, где -

Уж спутник будет говорить - и мне

Ту волю жизни, словно б - между дур

Я мог там выжить или же - ушёл

По разности ступенек - всё под стать

Моей проблемы ревности - страдать,

И нынче вот сижу, чтобы - деталь

Сложилась больше в личности - моей,

Летела между правильных - минут

Туда, где много новых лиц и дней,

Они сегодня ратуют, что - сам

Я стал актёром в разности - минут,

Но дядя недоволен, чтобы - мнить

Свой берег земляничности - в тупик,

В ту роль за смертью боли - между чем

Мы были в прошлом - маленьким зеро,

А нынче только сообщаем - здесь,

Как жизнь прожили на пустом - депо,

Спустившись в тело личности - уже,

Проняв свой вереск встречной - синевы,

Где ты не можешь в торт уже - себе

Ту возраста печать - приобрести,

Ты только хнычешь или же - туда

Вольёшь сегодня обликом - мораль,

Но станешь поднадзорным и - ответ

Не будет твой категоричней - стали.

Мы мило говорили в том - под явь,

А Нанси стал нам мучить тело - в рябь,

И тут, я предложил отпасть - уже

Бы в город Трир, чтоб мучиться - ему,

Пока мы будем отдыхать - в тисках

Той модной страсти или же - лететь

В приятной леди оттепели - в ряд

Отборной боли, чтобы не смотреть

На смысл внутри по осени - в ничью,

На оборотень страха, чтобы - там

Ты мог бы думать, что один - сковал

Свою бы жизнь и вечности - маяк,

А я не буду говорить, что - вновь

Играет лишь в глазах - моя любовь,

Но ищет только тортик и - его

Спокойный боли уровень - на свете.

Мы выдвинулись в Трир, чтобы уже

Мой скорбный дядя стал себе - летать,

Он был беспечен, стар и может - нем,

Чтоб дам потом побольше - охмурять,

Где ветер ночью говорит - свой рок,

А ты ему не шепчешь в поле - тьмой,

Что сам готов узнать бы - этот яд,

Где будешь вровень ловкости - со мной

Ты также бредить отражением - лет,

Играться в полный юмор - набекрень,

Где сложит день маяк и станет - мне

Полегче думать в личности - от цели,

Что жил я просто так и мне - поддать

Уж к праву нелегко свой мир - извне,

Коль сам я в Нанси жизнью - прокутил

И весь остаток мудрости - в судьбе,

Где мой порог тщеславия - мой рок,

Но взять им верх цинизма - не могу,

А буду только дёргаться - в пустяк

Такой же блажи говорить - не так,

Как могут в боли женщины - уже

К своей манере грубости - плести

Интригу за интригой, чтобы - вне

Им быть сегодня королевой - имени,

Строптивой ролью памяти - угла,

Где можно дух космический - учесть

И больше не собрать ту волю - вдаль

Своей коварной муки быть - никем,

Ничем и никогда, чтоб - унывать,

Подняв моральный стержень - наяву,

Но там уже не свойственной - рукой,

А тонким отголоском, где бы - твой

Тюфяк внутри извилин - проскочил

И вывел тон под формулой - зари,

А ты лишь видишь родственников - вне

Такой любви от формулы - звена.

Нельзя же быть занудой, чтобы - я

Не понял, что и с детства - наугад

Я думаю, чтоб мир себе - пригнать,

Но стал я сам задетым - за тюфяк,

За тот портфель иллюзий, где уже

Прошла моя простительная - явь,

И вот, мне пятьдесят, чтобы бежать

За сон внутри искусственный - ему,

Поэтому приехали мы в - Трир,

Зашли там в бар и стали - выбирать

Себе внутри иллюзий, чтобы - ими

Сегодня сдобно в личности - вилять,

Крутить спокойный сон или - кидать

Бильярдный шар по ночи - набекрень,

Что можно бы так провести - на явь

Свой милый, но отсроченный - им день,

Мы пали в той отмеренной - тюрьме

Иллюзий долгих, чтобы - не блюсти

Свой сон внутри инертности - опять,

Но просто отдохнуть как раньше - и

Придать немного свежести - в руках

Той воле символичности, чтоб - мы

Опять устали к жизни б - привыкать,

А только б стали ворошить - круги

Своих идей и прошлого - взамен -

Уже среды поднятой между - тем

Кто может был нам нужен и - всегда

Гонялся там за призраками - в мире.

Но было там всё скучно, чтобы - лишь

Угадывать свой торт и этим - мнить,

Когда же будут в ревности - огни -

Той запертой формальностью - отныне,

Но будет ветер хоронить - врагов

Так резво между прошлым, где у слов

Нет счастья объяснять ещё - шаги

По мукам первозданным или - шире

По надобности врать, чтобы - года

Устали может тортик - подавать

И видеть грустным дядю, если он

Стал просто мрачен, как бы наяву,

А может в прошлом вымученно - сам,

Но я женился в личности - труда

На Инге и попробовать - смогу

Узнать тот кроткий миг, когда и я

Был тем несчастным именем - на сук

Уже плохой приметы - не искать

В себе затрещин сложных, но умом

Скитаться в личность большую - уже,

Как могут делать в дар себе - враги,

А может и друзья, но был бы - вновь

Я маленьким, чтоб выдумать - любовь,

Где скорбный дядя опытом - стоит

И снова задувает торт - любви,

Он был на прошлом меткой - для меня,

Он думал, что пройду уже - и я,

Где сам не буду говорить - свой яд

Для женских рук, а может - выбирать

Там дам плохих, покамест мне - они

Диктуют много правила - прожить

И лгут, чтобы немного - подвести

Под сон внутри ничейный, чтоб расти.

Так рос я много лет, была мне - мель,

Как торт в лице капризности - уметь

Всю душу выворачивать - насквозь

За ветреной от смысла - стороной,

Где там себе топорщится и - ждёт

Плохая занавеска - странный торт,

Плохой совет - ту радости мораль,

А может скорбный уровень - вдали,

Я жил бы этой сказкой, чтобы - там

Искать для Инги много разных - драм,

Но мой там День рождения - в глазах

Сегодня был под надобностью - мне

У скорбной боли дяди, где - порой

Мне легче показать там вывод - лишь,

Он будет говорить, что я - плохой,

Как в детстве или в пропасти - игры,

Но вновь играю сам я - между тем,

Ищу проблемный ужас - возле глаз,

Где мне не легче говорить - мой яд

Под женский возглас, что уже болит

Тот день, тот век и дядя, чтобы он

Не думал странно, где умом - плохой

Я сам - иль может грустный и по мне

Идут в печали робости - по свету.

Так мы гуляли в Трире, чтобы тьма

Спустилась нам на плечи, чтобы - я

Подумал может в ревности - в глазах,

Что жить я должен для одной - любви,

Для страха, что покойнику - везде

Дорога может ближе - набекрень,

Чем мне, когда недавно - видел я

Свой сонный берег личности - и тем

Опять вернулся в детские - года,

Пустил слезу по дяде, чтобы - он

Не думал плохо в личности - пути,

Что торт был земляничный - на груди

Так пуст или не съеден - между нас,

Как между вереницы спелых - лет,

Но плотностью разделен, чтобы ты

Искал там время подлинное - этим.

Так стал я думать личностью - уже,

Что грусть не подле юмора - пришла,

А Нанси хочет вычурностью - ей

Прижаться под уступчивый - ответ

В годах, как может заново - разжать

Фривольный берег мудрости - в уме,

Но думать, что затрещиной - в тени

Я буду только горький яд - тенить,

Настал и мой черёд, я выпил - эль,

Потом и виски, чтобы - не хотеть

Угадывать по звёздам - имена,

В которых дядя может был - никем,

Он был всего лишь мучеником - глаз,

Чтоб там на Энцеладе - пролистать

Мой верх внутри комичности, где я

Уж стал бы космонавтом или - вдаль

Свой берег слов идейный - между нас,

Тот ряд фантомов юности, что - я

Могу упасть под время и - поддать

На тот своей бы зрелости - в ответ,

Но я лечу, чтоб время лишь - по мне

Сочилось между сложенных - углов,

А может дядя был и там - таков,

Чтоб думать нервно над моей - рукой,

Он мне сказал, немного охмелев,

Что можем мы убраться - между тем

И дамы нам придумают - острог,

Чтоб сделать ровный каторги - подвал,

Чтоб Трир на этом деле - был никем,

А я имел любовницу бы - в страсть

Для той моей тщеславной - высоты,

Чтоб можно мне и дядю всё - понять.

Я понял быстро, выпил и - с утра

Я снова познакомился бы - с дамой,

А звали её Кирса, чтобы - впредь

Мне было легче мукой там - иметь

Свой целый шарм скабрёзности, где я

Не буду тот обычный - разбирать,

А только земляничный, чтобы - он

Мелькал мне в пройме мудрости - на стол,

Манил своей капризностью - в углу,

Где ты стоишь и большее - не тут

Всё может разобщить - твои дела,

Но сделает там пафоснее - спину,

А дядя будет скорбным и - года -

Угрюмее, чем в личности - звезда,

Где падает ответ в черте - на кон

Моей приметы в ревности - исконной,

Поэтому я стал менять - под два

Сегодня дружных повода - поддать

И дяде и внутри так смыслу - вдаль,

Чтоб мне там было верно - привыкать

Смыкать свой облик юности - в углу,

Чтоб сон держать и уличную - мглу,

А также видеть и любовниц, где -

Там Кирса сможет уподобить - мне

Свой ритм внутри тщеславия - уже,

Чтоб Трир я взял и выменял - в пример.

Когда приехал сам домой - под взвесь,

То был чернее тучи в скол - завесы

Той маревом окутанной бы - мглы,

Где нет и Дня рождения - на свете,

Где ровный стержень памяти - обвит

Семьёй, что может на руке - привит

Мой оползень красноречивых - черт,

Где сам могу сползать уже бы - я

К чертогам зрелым, чтобы выгибать

Их сладость боли или же - подол,

Ту мерзости проказницу, где - вол

Стоит и ждёт мой оборотень - черт,

Чтоб стал я старше или же - упал

Опять сегодня в детство - между скал,

Где мне пылает восемь лет - на кон

И только торт стоит мне - на столе.

Он смотрит мило между - берегов

На мой предел волшебника, что я

Не очень нынче голоден, но волен

Унять свой берег личности, проняв

Ту жизнь и ту, чтобы - бежать

По плотной боли в каждой - тишине,

По лестнице, откуда - говорить

Мне будет больно, чтобы - не обидеть

Ту гостью счастья или же - беду,

Тот рок в душе возмездия - прильнуть

К примете очевидности близ - лет,

Что чертят свой плохой - автопортрет,

Но сам я Адлер, чтобы - не блистать

Внутри, как мелкий опытный - манер,

А только, как проказник - на объятьях

Своей свободы в дурости - похмелья,

В той воле склочной, чтобы дураком

Мне было легче в Нанси - выживать,

Там стало близко в важности - идти

По скошенной фривольности - пути,

Где ритмы может складываешь - ты,

Но сам не любишь очернять - черты,

А только воздух личности - манишь

На той своей свободе - для любви.

Так мы игрались в принцев и - вели

Тот торт внутри посредственности - лжи,

Ту оторопь, что видит день - изгой,

А после машет в пропасти - покоем,

Где я не буду в жизни - виноват,

Что сам помог бы скорбному - прийти

К фантазии любви, где много - дам,

А больше в жизни личности - войти

В ту степь среди отшельников - труда,

Что хочешь ты избытка - между драм,

Где видишь только горесть - на лице

И торт внутри от надобности - жить,

Он стал тебе последней - мостовой,

Что гложет форму риска, словно ты

Не видишь космос дальний, а - черты

Не водишь в обязательстве - к умам.

Мы много говорили, чтобы - здесь

Все нам в душе любовницы - подпели,

А Инга только думала, что - впредь

Там будет скорбный дядя - всё хотеть

Указывать мне путь в тени - любви,

Где вижу стиль холёный - позади,

Но сам внутри укладываю - ряд

Других сомнений, чтобы поиграть

С претензией от численности - глаз,

Что вижу в общем слове - напоказ,

Где стал уже бы зрелым - дураком,

Но вытянут, как личности - подкова,

Она теперь лежит мне - между дней

И в золоте отлита, чтобы впредь

Я думал, что затравкой - проведу

И в Нанси больший юмор - на виду,

На том ладу, где много мне - иметь

Не нужно в память вечности, а смерть

Не будит зверя в стиле - между мной

И дядей, что увёл уже - мораль

На ту в себе конечность, где ему

Ответил Дьявол, чтобы - между бурь

Не стало схоже в памяти - клеймо

На том любви сознании, что выше

Таится между нашей робой - здесь,

А может вдаль раскинуто - под мель

Уже потёртой привязи - искать

Пропащий плот под внутренними - я.

Иду теперь по Нанси - мне бы в ряд

Искать той дури к личности - в углах,

Где я был молод и беспечен, чтоб

Ронять там форму бдительности - лишь,

Забуду тонкий юмор, как артист,

Но будет мне в последнее - клеймо

Тот юркий столп скабрёзности - ещё,

Чтоб только помнить бытие - по миру,

Я всех любовниц в мысли - заковал,

Подвыпил, слил, под заревом - сбивал

От скуки и всеядности - пустить

Там только зоркий глаз или - печаль,

Что нынче бродит в древности - моей,

Я к ней приблизил образ - вековой,

А там и дядя мучает мой - стиль,

Чтоб сделать плотный уровень - тревог

За мной сегодня - в торт их окунув,

За этой странной исподволь - мечтой,

Где нет цены презреннее - бежать,

Чем можно в душу образом - подать,

А там и дядя скорбный - за кордон

Моей цены отшельника, где - он

Не мучает тот свет и - не брюзжит,

А только светлый порох - ворошит

И взять даёт свой образ - наяву,

Как сам он Людвиг, чтобы не тонуть,

Не рыть себе испорченный - апломб,

А после и манер, где будет - он

Искать свободу внутренне - пускай

За болью поколений - между стен,

Когда построил их не он, а - кто ж

Рукой своей всемирной, что не дашь

Там скорбность в человеческой - поре,

Но вновь увидишь дядю - во дворе.

А там ему ты в стиль - приобретёшь

Свой вид в тени козырный, чтобы им

Не делать сон плохой и - не винить

Там Генри, что он призрак - насовсем,

На той своей отшельнической - тьме,

Где много дум Сатурна, но - они

Не будут баснословными - к тискам

Моей любви семейной, что - вдали

Там можно лишь по скорбности - уже

Привить сегодня обликом - мораль,

Где я взрослел, но думал - отпустить

Заветный берег в пропасти - к углам,

А те углы мне встали, чтобы - в ряд

Сегодня задавать плохой - вопрос,

О том, что можно в душу - угадать,

Когда нет места говорить - потом,

А торт уж на столе и - мне бы хмель,

А может дух тщеславный - на уме,

Чтоб жизнь свою покрепче - объяснить

И вылепить там риск - наедине,

Где ты не водишь облаком - чутьё,

Но сам ты стал посредником - туда,

Чтоб видеть дух семейный и - ему

Улаживать бы целый ряд - проблем.

Так я наладил жизнь и - после всех

И Генри стал мне новенькой - игрой,

Он вечно помогал давать - советы,

Чтоб шла работа в радости - на склон

Такого же ответа - между ран,

Из глав которых ты уже - себе

Приводишь жизнь и общее - труда,

Но внутрь ты ищешь праздника - уют,

А может земляничный торт - и тут

Приходит дядя в скорбности - его

Примятых глаз, где никогда - и он

Не смотрит ровно в облако - труда,

Но видит твой сюжет, чтобы - ещё

Ты смог бы рисковать - за переход

Из рамки вдаль тщеславия - туда,

Где нет вообще восторга, а вот-вот

Придёт победа в грубости - любви,

Но ты не будешь маленьким, а - вновь

Почувствуешь тот ветер - между ран,

Что снова шевелит - твою любовь,

Обрадует тот обликом - портрет,

Где сон в тени идейности - забыл

И повод между встречей, словно я

Не был тогда семейным - наяву,

Но прыгал, словно образы - в руках

По каждой цепи в робости - людей,

Тех взрослых, что и даже - не достать

Уже до них, где Людвик - проведён,

Воспет, но может мученик - в углах

Такой вот спеси храбрости, где я

Могу лишь День рождения - отмечать

По-старому, чтоб больше - не молчать,

Не хныкать, что умею видеть - вдаль

Ту степь людей и право - между слов,

Тот дух закона, чтобы - по любви

Тот дядя приходил и было - мне

Так образом спокойно и - легко,

Что стало и семье моей, где - жил

Один сатурнианский б - переход

В тени такой же жуткой боли - или

Другой пример задетого - руна,

Что быть сегодня семьянином - мне

Так ловко, что и Инга - от угла

Крадётся между пропасти - прилива,

А я всё жду, что скорбностью - в глазах

Я буду может чище или - в пасть

Любви такого ужаса б - молчать,

Что сам живу по средствам - наяву

И мне нелепо говорить в мой - рок,

Что жизнь прошла бы в космосе - ума,

Как гостья, где прощается - поклон,

А нынче начинается бы - смерть,

Но в этой сказке всё же был - ответ,

Мой торт тот земляничный - на беде

Весь вырос между разницей - углов

И стал теперь огромной болью - мира,

Чтоб каждый мог кусочек - откусить,

А может дядя в склочности - увить

От этих лет - мой опыт и ответ,

Что я ему несу, как с детства здесь

И боль не вижу в редкости - плеча,

А ною только в странное, прельщая,

Что внутрь могу я этот берег - вдаль

Опять пересобрать, чтобы - в вуаль

Сегодня б отнести свой новый - яд,

Что сам прожил строением - к нулям

Я много форм идейности, но - жду,

Что мне перепадёт мой рупор - мира

Под вой уже бы редкой формы - вдаль,

Где вижу дядю в страсти, а - вода

Стекает под нелепостью - равнин,

Чтоб сделать образ по игре - любви

Уже бы для людей, а может - им

Придать сегодня счастье и - года,

Что опытом познали сами, где

Не могут выгнуть мир другим - ему,

Не знают, как прощаться - напрямик,

Но звать сегодня дядю в этом - сне,

Чтоб он придумал скорбностью - пари,

А может стал бы умолять - проплыть

Ещё один кордон, где - не прошла -

Вся эта спесь под древностью - углов,

Где были мы семьёй, но всё - не шла

Погода к форме времени - под воем,

А ты не думал личностью - понять,

Что можешь в скорби уморить - уже

Весь белый свет - коль скоро отпустил

Ты сам уже племянника - на волю,

Того мальчишку, чтобы не просить

Задуть те свечи в радости - души

Под вой сирен и старости, где я

Теперь не буду образом - уметь

Тебе уже приглядывать - на смерть

Таинственной программой - роковой,

Но буду только делать сон - в пустяк,

Чтоб ты не отмер над такой - молвой.

Прошла она сегодня, стало - вдруг

Мне так прохладно в личности - от рук,

Что я наверно думать бы - устал,

Но Инга в том пристала - будто жар,

А Нанси стал мне городом - в тупик,

Но всё же дядя скорбный будет - пить

Со мной сегодня и вино - под рок

Уже разбитой зрелости - в тюфяк,

Культурой прикрываясь - между нас,

Как между спеси исподлобья - фраз,

Что может он подспудно - приструнить

Там облако мечтаний всё же - к миру,

А может проворонить день - пустой,

Изжитой боли к личности - простой,

Чтоб дядей мне остаться - навсегда

Внутри под смертью образа - стола,

Где торт я земляничный - наберу,

Найду и буду кушать быстро - я

Тот свежести сироп, а может - яд,

Где в белой ложке будущего - зрят

Шаги, быть может, прошлого и мне

Ту дань внутри отчётливости - сна,

Как детского признания - достичь

Тот форменный пирог, а может дичь,

Где ты не будешь личностью - себе,

А торт из земляники стал - терпеть

Твой сильный страх характера - труда,

Где много должен бы отдать - туда,

Где дядя твой - не образ между тем,

А смысл, в котором ты уже - посмел

Себе бы приструнить свою - беду,

А может торт зефирный - наугад.

И вот, теперь я быстро - поднесу

Тот торт из блага нежности - внутри,

Я буду дяде говорить, что - сам -

Я Адлер между времени - по снам,

Но сплю и вижу, что не прочен - сон,

А мы не можем внутренне - нести

Свой торт по земляничной боли - вдаль,

Чтоб съесть его и больше - не хотеть

Обратно душу ворошить - тогда б,

Где детство в порох ревности - вопит,

А ты не можешь убеждать - шаги,

Что стал манерой в пропасти - внутри,

Где день не твой лишь проводник - ума,

А дядя в скорбной робе - волевой,

Что носит земляничный торт - понять

Бы эту зрелость жизни - за тобой.