Сурок. Глава 13. Конрад и Бобр возвращаются

(перевод с немецкого, Клеменс Брентано*)

Как-то под вечер Сурок отправилась гулять на берег Рейна в одиночестве, и пряла на своей Прялке, и думала о своём брате. Вдруг на противоположной стороне реки появился рыцарь и верхом на своём белом коне ринулся в воду.

Сурок бросилась ему навстречу с распростёртыми объятьями и закричала:
— Ах! Конрад! Конрад! Ты везёшь моего Бобра?

Только Бобр не стал дожидаться — ведь конь Конрада двигался в воде очень медленно — и сам поплыл к Сурок.

Он припал к ногам ликующей принцессы, более не желавшей скрывать своих чувств. Сурок прикоснулась к Бобру своим Букетом, и в тот же миг у её ног оказался красивый молодой рыбак.

— Милостивая принцесса! — воскликнул он. — Ах, было целиком в вашей власти оставить Бобра одного! Бобр был предназначен исключительно для вашего благополучия — он бедный, простой рыбак, слишком низкого происхождения для Вашего Высочества.

— Эй, что за Высочество? — вскричала Сурок и обняла Бобра. — Ты для меня самый любимый на свете!

Тут на берег вышел и Конрад на своём коне. Он обнял сестру и спросил:
— Постой! А где же бобр?
— Он здесь, — сказала Сурок, — вот этот рыбак: я вновь сделала его человеком.

Конрад дал волю словам и рассказал, как он искал Бобра по всему свету, а потом, наконец, нашёл его в Биберихе на Рейне.

— Да, — сказал Бобр, — когда Сурок уехала, мне больше не хотелось оставаться в тех землях и я покинул их. После этого я долго скитался, бродил в тщетных поисках, а под конец начал новое строительство в окрестностях Майнца, где три дня назад меня и нашли.

Все вместе они направились в замок, поскольку Конрад пожаловался, что совершенно продрог в ледяной воде, переплывая Рейн. Конрада сразу отнесли в его спальню и уложили в постель, и рыбак Бобр остался с ним.

Ночью в спальню Сурок постучали.
— Кто там? — крикнула она.
— Скорей, скорей, любимая принцесса! — воскликнул Бобр. — Идите к вашему брату.

Закутавшись в свой золотой халат, Сурок поспешила в комнату Конрада, но смерть была уже близко.

— Ах! Любимая сестра! — сказал ей Конрад. — Я промёрз вчера в Рейне после неустанной скачки и теперь должен умереть.

Сурок разрыдалась, но Конрад взял её руку, положил её в руку рыбака и сказал:
— Я дарю вас друг другу, будьте счастливы и правьте страной!

С этими словами Конрад умер у них на руках. Его похоронили рядом с матерью; они оба были убиты радостью.

Следующим утром Сурок распорядилась дать рыбаку роскошное платье, собрала народ и оповестила всех о своём счастье и несчастье. Все принесли ей свои поздравления и соболезнования; фрау Виркс и Муркса тоже преподнесли Сурок свои лицемерные пожелания.

Как только миновало время траура, были объявлены приготовления к свадьбе, и совсем скоро наступил вечер свадьбы.

Сурок сказала своему супругу:
— Милый Бобр! Сегодня мы не пойдём в свадебные покои — я хочу, чтобы в эту ночь каждый из нас помолился в своей комнате.
— Да, — ответил Бобр, — и они оба направились в свои комнаты.

Тем временем фрау Виркс скрыла под вуалью безобразное лицо Мурксы и втайне от всех уложила её в свадебную постель. Она намеревалась убить бедную Сурок с помощью колдовских свечей и сделать свою уродливую дочь королевой.

Пока фрау Виркс это делала, Сурок стояла, преклонив колени, у своей скамьи для молитвы.

Внезапно она заметила, что её Букет из драгоценных камней разом померк и увял. Ей тотчас вспомнились слова Мельника. Сурок побежала и принесла свечи, которые дал ей Мельник. После этого она направилась в комнату фрау Виркс, где увидела точно такие же свечи, уже стоявшие в подсвечнике. Сурок подменила обе свечи и вернулась к своей скамье для молитвы. Там она увидела, что её цветы снова стали свежими и здоровыми, за что она искренне поблагодарила Бога.

Уложив отвратительную Мурксу в свадебную постель, фрау Виркс подожгла колдовские свечи и сама легла в кровать.

Во сне она услышала голос:

Боль! Боль! Что со мной?
Боль! Умираю,
я погибаю,
страдаю в ночи,
сгораю, как пламя свечи.

Фрау Виркс проснулась. Она увидела, что колдовские свечи ещё горят, и проговорила:
— Очень хорошо, очень хорошо! Скоро это будет происходить с сурком.

После чего она уснула, а спустя час услышала снова:

Боль! Боль! Что со мной?
Боль! Умираю,
я погибаю,
сердце кричит
в огне колдовской свечи.

Тогда фрау Виркс снова проснулась. Увидев, что колдовские свечи прогорели дотла, она вскочила, бросила остатки на землю и растоптала их со словами:

Свет умри,
сердце замри,
пробил час,
никто не отменит указ.

Теперь она была уверена, что Сурок мертва, и весь остаток ночи спала беспробудно, храпя, как крыса.

Утром при королевском дворе было объявлено большое собрание, чтобы приветствовать супружескую чету.

Как Главный распорядитель королевского двора, фрау Виркс должна была руководить. Поскольку она находилась в самом большом из известных ей государств, она с гордым выражением лица вступила в зал королевских приёмов, твёрдо убеждённая, что уже совсем скоро увидит свою дочь, выступающей как королева.

Все были в сборе, и двери открылись.

По обычаю страны Бобр вёл свою жену под покрывалом, и Главный распорядитель королевского двора Виркс должна была при всех снять с неё завесу. Фрау Виркс направилась к супругам с торжествующим видом, уверенная наверняка, что через миг представит свою дочь как королеву. Она подняла покрывало — и издала громкий крик, поскольку увидела Сурок целой и невредимой.

Рассвирепев, фрау Виркс бросилась в свадебные покои, распахнула полог свадебного ложа и увидела там свою дочь — чёрную, как головешка.

Фрау Виркс сама призналась в своём ужасном поступке, обнаружив его перед королевским собранием, наблюдавшим за ней всё это время. Не дожидаясь, пока её схватят, в неистовом отчаянии, фрау Виркс подбежала к окнам замка и прыгнула с высоты в воды Рейна.

А король и королева, и вся огромная дворцовая свита, проследовали в церковь, дабы вознести благодарность Богу за избавление от опасности, и после этого мирно правили своим народом в течение года.

Однако спокойствие длилось недолго.

Один из соседних королей не пожелал признавать Бобра в качестве полноправного правителя Бургундии и вошёл со своим огромным войском в страну, где он имел значительную поддержку в кругах знати.

Мятеж сделался общим, и Бобр сказал Сурок:
— Если бы не ты, я бы знал наверняка, как мне поступить.
— И что бы ты сделал?
— Знаешь, — ответил Бобр, — я бы тогда сказал бестолковому народу: пусть вами правят, как вам заблагорассудится; а сам отправился бы в путь и снова стал рыбаком, как прежде.
— Скажу от всего сердца, меня это радует, — ответила Сурок и обняла его.

Она взяла свою Прялку, и свой Пастуший посох, и чёрного Дрозда в детской ванночке, и всё, чего ей кроме того хотелось, а потом вышла со своим рыбаком к народу и сказала:
— Прощайте, мои любимые подданные! Пусть вами правят, как вы сами того пожелаете!

После этого Сурок покинула страну вместе с Бобром.

Сначала они построили свой рыбацкий домик на Рейне — в том месте, где Бобр был найден; они назвали это место Биберих — Страна Бобров. А затем они перебрались поближе к Майнцу и жили счастливо; небеса подарили им дочурку, которую они назвали Амелихен.


*Клеменс Брентано. Сурок. Из сборника «Сказки Рейна». Перевод с немецкого и адаптация текста: Елена Лазарева.

Литературный первоисточник: Clemens Brentano (1778–1842) «Das M;rchen vom Murmeltier»: «Rheinm;rchen» («Die M;hrchen vom Rhein»), 1846. «Сказки Рейна» были написаны в период с 1806 по 1812 годы, но публикация сборника состоялась после смерти автора — в числе его других неизданных рукописей. В сборнике четыре сказки, объединённые общей темой: их рассказывают богу Рейна, чтобы тот вернул похищенных им детей.