Тамара

По небу полосы синели,
Той синевой багрец кроя, 
В цветах черемухи, сирени
Скрывалась милая моя.

На ней невзрачные колготки,
Не знаю, чьей была вина,
Сжимал в руке я с зоны четки,
Прошла, закончилась война.

Двух лебедей мы были пара,
Вмиг ранив сердце сотней жал,
Она себя звала Тамара,
Меня обычный криминал.

Была то правда ли, мечта ли,
Мы из двоих слились в одно,
А камыши, как мы, мечтали
Пробить реке поганой дно.

Я свято помню эту встречу,
Кусты и праздничный закат,
Тамару если снова встречу,
Скажу, что я не виноват.

Она меня и нагрузила.
Сказала: — Надо брать грузина!
А я ответил твердо ей:
— Сам только что из лагерей…

Закрыв измученные веки,
Тот миг прошедший берегу,
О, если б с Томой нам навеки
Стоять на том же берегу.

Скажу секрет, на сердце рана,
Времен прошедших зова пасть,
Еще б мне раз дала Тамара,
Могли бы с ней мы ниже пасть.

В реке времен из вечной стали
Струится за струей струя,
О, если б мы встречаться стали,
Мы б спали, милая моя!

Да, ночью с летнюю зарею
Соприкасается заря,
Я бы любил тебя, не скрою,
Тамара, ты б была моя.

Обычный ход из детства в зрелость
Ненужный ход другим, себе,
Тебя всегда бы мне хотелось
В колготках или даже без.

Громада замыслов, какой я,
Коньяк в граненых хрусталях,
А, знаешь, как мне б было больно,
С другим увидев я тебя?!

Успехов острые отравы
И смелость буйная, и страх,
Ведь я любил тебя, Тамара,
И ждал той встречи в лагерях.

Смириться разве? Непристойно
И жаль себя, и сил былых,
Лишь слезы горькие достойны
Оплакать жертв в могилах их.

В дремоте тягостной, я снами
И, чужд грядущему, заснул,
И видел, Вельзельвул с ворами
Вгребли в горящий саксаул.

Хотел и я писать этюды,
Брать верно краски и тона,
А мне судья, херак, паскудно
Десятку кинул задарма.

Я часто детство вспоминаю,
Очки, улыбка в пол-лица,
Я не радел тогда ни рая
И ни Садового кольца.

Вокруг Тамары были стены,
Взлетали, опадая вновь,
Передо мной белее пены
Моя великая любовь.

Я слышал зов, мне ангел плакал:
— Мне верь, тебя не обману,
Все журналисты из журфака
В конце концов пошли ко дну.

Как спят безответные дали,
Молчат многоцветные травы,
Одетый холодным сияньем,
Сияет мой почерк корявый.

Конец! Отзвучали прощанья,
В душе ни печали, ни страсти,
В ней спят безответные дали,
Молчат многоцветные травы.

Презираю тебя,
Ненавижу тебя,
Я другую люблю,
Умираю, любя.