Глава 7. Раздумья

     Ночь прошла на удивление спокойно. Или я попросту спала слишком крепко и на этот раз пропустила явление призраков на опушке и тайные козни местных магов против доверчивых девушек. Даже дневник не заполнила вечером. Зато вот сижу утром над ним и размышляю: почему я так верю Идену на слово? Голос у него что ли волшебный? Какая же ты, Лира, легковерная простушка. И защиты-то у тебя никакой нет. Защиты, защиты… Хоть бы нож метательный раздобыть. Конечно, я не мастер спорта по метанию, но пробовать у меня получалось.  Представила, как на меня нападает (кого бы представить?) ну, скажем, Брэд. И я такая вся стремительная, ловкая достаю свой нож, прицеливаюсь и… и… и ничего. Потому что не представляю себя метающей нож в живое существо, даже если пришлось бы защищаться. Но, по крайней мере, буду чувствовать себя уверенно. Или глупо. Да, скорее, глупо. А если на меня нападает Иден, то… то… то становится интереснее. И еще глупее. Так, хватит себе представления устраивать. А ножик всё-таки не помешает.

     Идена я застала в столовой за любопытным занятием – он что-то говорил прямо в перстень с квадратным черным камнем, ждал секунд двадцать, а затем прислонял перстень к уху.
     – Голосовые пересылаете? – осведомилась я после приветствия. Он меня не понял. – Средство связи?
     – Да. Встретимся с Брэдом завтра, сегодня инспекция приезжает. А завтра расскажем о нашей проблеме и ответим на твои вопросы. Сегодня не получится. Лучше обо всём завтра – замотал он головой, только я собралась задать один малюсенький вопросик, что за инспекция.
     – А сегодня?
     – Сегодня можешь погулять. А можете с Томми в город съездить, он как раз собирался.
     Отлично! – План добывания ножа начал зреть. Поездка в город – это, как говорится, то, что доктор прописал.

     Город, а назывался он, как мы теперь знаем, Вудстоун, был таким же, как и в прошлый раз.  Я сказала, что хочу немного пройтись, Томми не возражал. Городок маленький, заблудиться трудно, а даже если и заблужусь, то все улицы лучами сходятся вместе на площади. Там и договорились встретиться часа через три. Узнать время проблем не составляло, главные часы на упомянутой площади мелодично играли каждую четверть часа, а  сам час полнозвучно и неспешно отбивали, разнося бой по всему городку.
     Я шла по узкой прямой улочке и осматривалась. Так, я заметила, что совсем не слышу смеха, особенно детского, и детской же беготни. Дети иногда попадались навстречу вместе с ведущими их за руку взрослыми, а иногда я видела их за оградами участков или окнами домов. И ни у кого из них не было ни озорства, ни даже просто любопытства во взгляде. Они были отрешенными и потерянными. Впрочем, как и взрослые. Попадались иногда похожие на нормальных людей, в основном владельцы лавок, подозреваю, что это были имевшие магию в разной степени. А обычных людей словно по голове тяжелым стукнули, или в роботов превратили. Не в этом ли их проклятие? За этими размышлениями я чуть не забыла об объекте своих поисков. Но вывески с оружием так и не нашла. Спрашивать было опасно – в маленьком городке, где каждому «не пришибленному» ясно, что я чужачка, это риск. И я рискнула. Отправилась в ювелирную лавку. Поздоровавшись с Юлисом, сказала, что хочу ближе узнать город и местные достопримечательности. Есть ли у них музей или театр, или библиотека, например. Юлис посоветовал посетить  парк в западной части города. А насчет библиотеки сказал, что после королевской самая лучшая у охотника.  Во время разговора он внимательно смотрел на мои руки, и вдруг вздохнул: «Разонравилось колечко…» Я улыбнулась, и вытащила шнурок с кольцом из-за ворота рубашки. После вчерашних открытий не хотелось держать его на руке, но и оставлять в комнате почему-то тоже не хотелось. Юлис повеселел, а я набралась храбрости и честно призналась, что мне нужны ножи для метания. Подходящего для моей руки размера, не тяжелые и с хорошей балансировкой.  Юлис не стал задавать лишних вопросов, объяснил, что в городке такое не продается, но обещал разузнать в ближайшие дни. Я хотела получить информацию, не вызывая лишних вопросов у окружающих, на что Юлис понимающе улыбнулся и пообещал прислать мне в знак расположения «особенные» конфеты.

     Оставшиеся полчаса до встречи с Томми я провела на веранде небольшой закусочной с гордой вывеской «Драконий зуб». На мой вопрос, почему его назвали именно так, мне радостно сообщили, что именно у них на стене висит зуб «того самого дракона». Я не стала расспрашивать дальше, сделала ошарашенное лицо и произнесла «О!». Польщенный хозяин покраснел от удовольствия и положил мне на блюдце пару дополнительных салфеток и лишний кусочек сахара.

     В этот же день по приезде назад я отпросилась в лес. Хотелось побыть и без людей, и на воле.
     Лес встретил меня тишиной. Не шуршали листья на деревьях, не дул ветерок, не скрипели старые сосны и ели. Ни звери, ни птицы не встречались мне на пути. Только фьера опять сидела на моем плече. Я шла и слушала свои быстрые и уверенные шаги. Откуда-то я знала, по каким тропинкам мне надо идти.
Елей и лиственных деревьев становилось все меньше, теперь я шла по сосновому бору. Замедлив шаг, я любовалась мягким зеленым ковром мха, теплыми стволами, освященными янтарными лучами, и высокими кронами на фоне пронзительно синего неба. Светлый и просторный бор казался добрым великаном, пригласившим в гости муравья. Этот гостеприимный хозяин вывел меня на полянку. Когда-то здесь был ручей или родник. Я увидела высохшее русло, усыпанное сухой рыжей хвоей, замшелое бревнышко рядом. А потом нашла в траве старую ржавую кружку. Здесь было спокойно и по-особенному хорошо. И мне вдруг вспомнилось, как бабушка, заходя со мной в лес по ягоды, говорила «Батюшка лес, прими нас с миром, а отпусти с дарами.» Лес увиделся вдруг таким живым и родным, что я пошла обниматься с соснами, гладить стволы, шептать ласковые слова кустам и папоротникам. Присев на бревнышко, решила упорядочить свои невеселые и противоречивые мысли. Долго думала, в конце концов, решила доверять своей интуиции. Лена, моя подруга, часто говорила, что я многое понимаю из того, что другие не видят, хорошо чувствую людей и их настроение. А интуиция шептала, что с Маритой можно подружиться. Господин Советник надежен, хоть и скрытен. Брэд не прост, но на него тоже можно положиться. Томми добряк, ворчит только для вида. Натянутую струну внутри отпустило и захотелось петь. Что-нибудь протяжное, душевное – папину любимую, старинную казачью «Черный ворон». С особенным чувством звучал припев «черный ворон, я не твой», и даже в конце я спела его, а не оригинальный вариант. «Спасибо» – раздался шелест, и я догадалась, что слышу Духа леса, Марина, о котором упоминали и Марита, и Иден. Послышался тоненький свистящий звук и земли робко пробился родник.
     – Благодарю! – услышала я снова голос Марина, и в ответ спросила – А при чем тут я?
     – Ты открыла источник, ты помогла, пусть и немного. Значит, у меня еще есть время.
Настроение стало бодрым, мысли простыми и ясными, и будущее перестало казаться мрачным.