Идеальная Барбаросса План с учётом послезнания

Идеальная «Барбаросса»: План с учётом послезнания.

Учитывая то, что мы знаем сегодня, победа Третьего рейха над СССР в 1941–1942 годах была не только возможной — она была почти неизбежной при грамотном планировании. Основные ошибки немецкого командования были не техническими, а стратегическими. И вот как могла бы выглядеть идеальная кампания:
Начало операции — октябрь 1940 года
Гитлер действительно хотел начать войну с СССР уже осенью 1940 года, сразу после победы над Францией. Его генералы, однако, убедили его отложить операцию до весны 1941-го, мотивируя это необходимостью времени на подготовку. Это стало роковой ошибкой.
Если бы вторжение началось в октябре 1940 года, к моменту наступления зимы немецкие войска уже находились бы глубоко на советской территории — но не в состоянии хаотичного преследования, а в контролируемом продвижении. Зима, вопреки распространённому мнению, не была непреодолимым препятствием для Вермахта. Наоборот: немцы имели значительный опыт зимней войны (Финская кампания, хотя и не их собственная, дала ценные уроки), а также располагали зимним обмундированием и снаряжением. Главное — они были готовы к холодам лучше, чем Красная армия, особенно в первые месяцы войны.
Кроме того, замёрзшая земля позволяла свободно передвигать тяжёлую технику, чего нельзя было сказать о весенней и осенней распутице. Логистика, столь критичная для успеха, работала бы эффективнее.
Главный удар — на Москву, без отвлечений
Одной из самых спорных решений Гитлера в 1941 году стало перенаправление танковых групп с направления на Москву на юг — под Киев. Хотя эта операция завершилась крупнейшим в истории окружением, она стоила Вермахту драгоценных недель. К тому времени, когда немцы возобновили наступление на столицу, началась распутица, а затем — лютая зима.
В «идеальной Барбароссе» Москва должна быть единственной целью. Почему? Потому что в 1941 году в Москве и её окрестностях было сосредоточено около 30% всей советской промышленности, включая ключевые заводы оборонного комплекса. Это был не просто административный центр — это был сердечный клапан советской экономики и военной машины.
Захват Москвы до ноября 1941 года означал бы:
• Уничтожение или парализацию трети советского ВПК;
• Колоссальный моральный удар по населению и армии;
• Перерыв железнодорожных артерий, связывающих запад и восток СССР;
• Возможность установить прочную линию обороны вдоль реки Оки или даже дальше — к востоку от Москвы.
Ленинград и южные регионы можно было бы временно игнорировать. Ленинград — блокировать, перерезав железные дороги. Без подвоза продовольствия и сырья город быстро потерял бы стратегическое значение. Промышленность Ленинграда, отрезанная от остальной страны, со временем пришла бы в упадок.
Лето 1941: Консолидация и поворот на юг
После захвата Москвы и создания прочной оборонительной линии к востоку от неё, немецкие силы могли бы перегруппироваться. Весной и летом 1941 года основной задачей стало бы уничтожение остатков Красной армии на южном направлении и захват Кавказа.
Нефть Кавказа — это то, что реально могло бы сломить СССР. Без неё советская армия потеряла бы мобильность, авиация — топливо, промышленность — энергоресурсы. При этом, имея Москву под контролем, Германия могла бы использовать её как логистический хаб для снабжения южной группировки.
К концу 1941 года, при таком сценарии, Советский Союз оказался бы в состоянии системного коллапса: без столицы, без ключевой промышленности, без нефти и с разрушенной транспортной сетью. Даже эвакуация заводов на Урал и в Сибирь не спасла бы ситуацию — без топлива и связи эти предприятия оказались бы бесполезны.
Разведка — ключ к победе
Главная причина провала «Барбароссы» — не технологическое отставание, не численное превосходство СССР, а полное непонимание противника. Немецкая разведка, в лице Абвера, не смогла оценить ни масштабы советской промышленности, ни боеспособность Красной армии, ни способность СССР мобилизоваться. Гитлер действовал вслепую, опираясь на предвзятые и устаревшие данные.
Если бы Канарис и его агенты предоставили точную информацию — например, о том, что Москва — не просто символ, а экономический центр, — стратегия Вермахта была бы иной. Гитлер, несмотря на все свои странности, был прагматиком в военных вопросах. Он бы сменил приоритеты.
Заключение
Идеальная «Барбаросса» — это не фантазия, а логическая реконструкция на основе доступных исторических данных. Она показывает, что поражение Германии в войне с СССР было не предопределено, а стало результатом череды стратегических просчётов, главным из которых стала недооценка противника.
Если бы Третий рейх начал операцию раньше, сосредоточился на Москве, использовал зиму как союзника, а не врага, и правильно оценил экономическую карту СССР — исход войны мог быть иным. История не терпит сослагательного наклонения, но именно такие «что, если бы…» помогают нам понять, насколько хрупкой бывает грань между победой и катастрофой.


Адмирал Канарис: человек, который воевал с фашизмом изнутри
История редко бывает чёрно-белой. Особенно история ХХ века, где люди нередко оказывались зажаты между долгом, страхом и совестью. Вильгельм Канарис — одна из самых загадочных фигур Второй мировой войны, человек, которого одни называли верным слугой рейха, а другие — тайным противником Гитлера. Его судьба — это история скрытого сопротивления, двойной игры и трагического выбора.
 
Моряк, ставший разведчиком
Канарис был кадровым морским офицером старой школы. Он принадлежал к тому поколению германских военных, для которых честь, дисциплина и служение государству стояли выше партийных лозунгов. Первая мировая война закалила его характер, научила действовать скрытно, рассчитывать ходы на несколько шагов вперёд. Именно тогда он понял, что информация и обман иногда решают больше, чем пушки.
К середине 1930-х годов Канарис оказался во главе военной разведки Германии — Абвера. Формально он стал одним из ключевых людей в системе Третьего рейха. Неформально же — человеком, который всё меньше верил в будущее, которое Гитлер готовил Германии и миру.
Абвер как остров инакомыслия
Под руководством Канариса Абвер стал своеобразным «островом» в нацистском государстве. Здесь служили люди, которые не принимали расовую истерию, безумную жестокость и планы тотальной войны. Канарис не выступал с громкими речами и не писал манифестов. Его метод был иным — тормозить, искажать, саботировать, затягивать.
Он передавал наверх разведданные в смягчённом виде, преувеличивал силы противника, занижал шансы на молниеносные победы. Он прикрывал офицеров, заподозренных в нелояльности режиму. Под его покровительством возникли тайные связи между военными, которые понимали: путь, по которому идёт Германия, ведёт к катастрофе.
Тайный противник Гитлера
Канарис всё яснее осознавал, что фашизм — это не просто политическая система, а машина саморазрушения. Массовые расстрелы, лагеря, уничтожение целых народов вызывали у него отвращение. Он помогал людям, которым грозила гибель, использовал возможности разведки для спасения тех, кого ещё можно было спасти.
Со временем Канарис оказался втянут в круг заговорщиков, мечтавших устранить Гитлера и остановить войну. Он не был фанатиком сопротивления, не носил бомбу в портфеле, но именно такие люди, как он, создавали почву для заговора — передавали информацию, связывали людей, внушали мысль, что фюрер не всесилен.
Падение
Нацистская система не прощала сомнений. После неудачного покушения на Гитлера в июле 1944 года круг подозреваемых стремительно расширился. Архивы Абвера, личные дневники, доносы — всё это обернулось против Канариса. Его арестовали, лишили званий и бросили в тюрьму, а затем в концлагерь.
Весной 1945 года, когда до конца войны оставались считаные недели, Канариса казнили. Без суда, без шанса оправдаться. Его смерть была жестом отчаяния режима, который уничтожает даже тех, кто когда-то служил ему верой и правдой.
Спаситель или соучастник?
Можно ли назвать Канариса спасителем мира от фашизма? Наверное, это слишком громкое слово. Он не остановил войну, не сверг Гитлера и не разрушил нацистскую систему. Но он был тем, кто мешал, кто замедлял ход катастрофы, кто пытался сохранить человечность там, где она считалась слабостью.
Канарис — это не герой плаката и не злодей. Это человек трагической эпохи, который сделал всё, что считал возможным, оставаясь внутри враждебной системы. Его жизнь — напоминание о том, что сопротивление не всегда выглядит как открытый бой. Иногда оно происходит в тишине кабинетов, в недосказанных докладах и в риске, о котором никто не узнает.
Эпилог
История Канариса неудобна. Она разрушает простые схемы «свои — чужие», «добро — зло». Но именно такие истории помогают понять, насколько сложен был выбор людей, оказавшихся внутри нацистской машины. И, возможно, именно в этом — главный урок его судьбы. Адмирал Канарис: человек, который воевал с фашизмом изнутри


Что если бы немцы остановили Вторую мировую войну после завоевания континентальной Европы и попытались заключить мир?
•
Во-первых, сам факт начала войны вовсе не означает, что у одной из сторон есть реальная возможность остановить её, достигнув определённых целей, решив, что «мы довольны — давайте будем друзьями». Так история не работает.
Однако в определённом смысле именно этого пытался добиться Гитлер после капитуляции Франции в июне 1940 года. Он стремился заключить мирное соглашение с Великобританией, согласно которому обе стороны прекратили бы боевые действия: Германия признавала бы право Британии управлять своей глобальной империей так, как она это делала веками, а Британия, в свою очередь, приняла бы доминирование Германии на континентальной Европе.
 
dzen.ru
Вторая Мировая Война | Альтернативная история | Дзен
По какой-то причине Гитлер никогда всерьёз не стремился к осуществлению вторжения на Британские острова — операции под кодовым названием «Морской лев». Уже 22 июня 1940 года, сразу после капитуляции Франции, он протянул британцам руку примирения, надеясь, что пережитое ими унизительное поражение станет достаточным стимулом для начала переговоров. Когда этого не произошло, Гитлер фактически начал дорогостоящий блеф: он одобрил первый этап операции «Морской лев», целью которого было установление господства в воздухе над южной частью Британии. Гитлер полагал, что британцам просто нужно больше убеждений, и передал инициативу Люфтваффе под командованием Геринга.
На самом деле «Морской лев» никогда не был приоритетом Гитлера. Великобритания не входила в его стратегическое видение Германии как безусловной господствующей силы в Европе и мире. Более того, Гитлер глубоко уважал Британию — её традиции, историю и империю.
Одной из причин его нежелания оккупировать острова был вопрос о судьбе британской колониальной империи. Германия не располагала ни ресурсами, ни флотом, чтобы эффективно контролировать обширные заморские владения. При этом Гитлера пугала перспектива, что такие богатые территории, как Индия, могут достаться Советскому Союзу или Японии. Не устраивала его и мысль, что Италия — обладательница мощного флота — окажется в выгодном положении для захвата британских африканских колоний (хотя и это было бы непростой задачей).
По мнению Гитлера, наилучшим исходом было бы добиться мирного соглашения посредством переговоров, причём максимально выгодного и безболезненного для Британии.
Вторжение в Британию не было реалистичной военной задачей для Вермахта. Надводный флот Кригсмарине, и без того слабый, к лету 1940 года почти полностью утратил боеспособность: значительная часть кораблей была уничтожена в ходе операций в Норвегии и теперь лежала на дне норвежских фьордов. Оставшийся оперативный флот был абсолютно неспособен поддержать масштабную десантную операцию.
Тем не менее, Германия начала активную подготовку к «Морскому льву»: от переоборудования речных барж для переброски войск через Ла-Манш до разработки специализированных транспортных самолётов, таких как «Мессершмитт Me 323 „Гигант“». Всё это было частью блефа — демонстрацией решимости, призванной вынудить Лондон к переговорам.
Энергетический кризис в Германии
Практически с самого начала войны Гитлер оказался перед растущей дилеммой в отношении Британии. Не имея реальных возможностей для вторжения, он остро нуждался в том, чтобы заставить британское правительство пойти на мир — главным образом ради прекращения военно-морской блокады, введённой Королевским флотом против немецкого торгового судоходства.
Ключевой проблемой для Германии была её хроническая зависимость от импорта сырой нефти. Нефть — жизненная основа любой промышленной державы. Уже 1 сентября 1939 года, вторгшись в Польшу, Германия потеряла доступ к международным нефтяным рынкам, включая Венесуэлу, откуда поступала значительная часть её нефти.
Советский Союз поставлял нефть в рамках пакта Молотова — Риббентропа, но этих объёмов было явно недостаточно для нужд Вермахта, немецкой экономики, союзников по Оси и даже недавно оккупированных территорий, которые, как часто забывают, также оказались отрезаны от мировой торговли.
Германия страдала от структуральной энергетической зависимости. Нехватку нефти невозможно переоценить — она напрямую влияла на стратегические решения Гитлера и определяла ход всей войны.
Вермахт неоднократно оказывался скован нехваткой топлива в критические моменты:
— почти на всём протяжении кампании в Северной Африке,
— во второй половине кампании 1941 года на Восточном фронте,
— в июне 1942 года, когда 6-я армия Паулюса не имела горючего, чтобы развить успех и захватить практически беззащитный Сталинград,
— при наступлении группы армий «А» на Кавказ, которое постоянно прерывалось из-за острой нехватки бензина и дизельного топлива.
Отсутствие у Германии этого стратегического ресурса в большей степени, чем любые военные преграды, предопределило её поражение во Второй мировой войне.
Гитлер, возможно, упустил мощный козырь, который мог бы склонить Британию к миру. Речь идёт о Дюнкерке: в июне 1940 года благодаря его приказу о приостановке наступления 199 553 британских солдата сумели эвакуироваться. Остаётся открытым вопрос: изменило бы наличие ещё 200 тысяч британских пленных ход переговоров? (К концу французской кампании Германия захватила около 60 000 британских военнослужащих.)
Но главное — пока Британия продолжала войну, Королевский флот не прекращал блокаду, и, следовательно, Германия навсегда теряла доступ к венесуэльской нефти.
После падения Франции и Нидерландов потребность Гитлера в нефти возросла более чем вчетверо. Германия и её союзники были отрезаны от мировых нефтяных рынков — ситуация, которая грозила немедленным экономическим коллапсом не только метрополии, но и недавно присоединённых территорий. Это, в свою очередь, затрудняло как мобилизацию военного потенциала, так и управление оккупированными регионами, где росло недовольство из-за экономического упадка.
Помимо поставок из СССР (всегда недостаточных) и румынских месторождений в Плоешти (тоже явно не покрывавших потребности рейха), в Европе оставались лишь силезские месторождения. Ирония в том, что львиная доля этих запасов, согласно секретным протоколам пакта Молотова — Риббентропа, досталась именно Советскому Союзу.
Операция «Морской лев» была блефом
Когда стало ясно, что Британия не пойдёт на мир, Гитлеру срочно требовался жизнеспособный источник нефти для своего расширенного рейха. Некоторые генералы, включая Роммеля, настаивали на захвате Ближнего Востока — региона с подтверждёнными запасами нефти. Однако Гитлер отвергал эту стратегию, считая её логистически нереалистичной: чтобы победить британцев в Египте, оккупировать Левант и обеспечить доставку нефти в Германию, потребовался бы десант, в десятки раз превосходящий по масштабу Африканский корпус.
План операции «Морской лев»
Для Гитлера ответ лежал на востоке — в необъятных просторах Советского Союза. Этот замысел он вынашивал с начала 1930-х годов, о чём писал в «Майн кампф». Он был уверен, что, учитывая сталинские репрессии в Красной армии и её позорное выступление в Зимней войне с Финляндией (1939–1940), СССР рухнет под натиском грандиозного блицкрига, который Гитлер начал планировать уже в декабре 1940 года.
По его замыслу, в первую очередь немцы захватят северные нефтяные месторождения у Майкопа и построенный трубопровод будет доставлять нефть к восточному побережью Чёрного моря — относительно небольшого и контролируемого водоёма, куда не смогут проникнуть союзные военно-морские силы. Оттуда танкеры по Дунаю доставят топливо прямо в Германию. Затем последует захват месторождений под Грозным и, наконец, в Баку.
Беспроигрышный сценарий, не правда ли?
Нефтяные месторождения Ближнего Востока и возможные маршруты вторжения для обеспечения доступа к ним
Могла ли Германия ограничиться империей, включающей только Великую Германию, Польшу, Францию, Нидерланды, Данию и Норвегию?
Скорее всего, нет — пока Британия не согласится на мир. Иначе блокада продолжится, венесуэльская нефть исчезнет навсегда, и Гитлеру обязательно потребуется новый источник топлива — либо на Ближнем Востоке, либо в СССР.
Ретроспективно, Ближний Восток выглядел бы более разумной стратегией. Без огромного Восточного фронта, требовавшего 3,5 миллиона немецких и 750 тысяч союзных солдат, высадка 6–7 танковых и столько же моторизованных дивизий в Триполи могла бы стать реальным инструментом для вытеснения британцев из Египта, Леванта, Ирака и Ирана.
Да, это был бы логистический кошмар — но по сравнению с операцией «Барбаросса» — задача значительно более выполнимая.
Ирония в том, что страны Оси фактически располагали колоссальными запасами нефти: в Ливии, находившейся под контролем Италии, залегало около 48 миллиардов баррелей высококачественной малосернистой нефти — более чем достаточно для покрытия всех военных и экономических нужд Оси. Однако итальянцы, хотя и подозревали о наличии нефти, так и не провели полноценную геологическую разведку. Лишь в 1956 году, уже после утраты Ливии, они осознали, каким «золотым рудником» владели.
Если у Германии и был шанс успешно вторгнуться и оккупировать Советский Союз, то 1941 год был для этого последней возможностью. К 1942 году Красная армия уже начала восстанавливаться и значительно укрепила свою боеспособность.
Тем не менее, я вижу единственный путь, по которому Германия могла бы добиться краха СССР: отказ от расистской идеологии на Востоке. Но нацисты были к этому совершенно не способны.
Власть Сталина держалась на институционализированном терроре, превратившем страну в ад. Захватнической державе, предложившей населению хотя бы минимальные улучшения — даже под иностранным руководством — было бы несложно заручиться поддержкой значительной части местного населения.
Однако нацисты, особенно СС, ничем не маскировали своих истинных намерений: массовые депортации, уничтожение, этнические чистки — всё это осуществлялось без тени моральных колебаний. Вместо того чтобы эксплуатировать недовольство сталинским режимом, они усилили лояльность к нему, превратив оккупацию в борьбу за выживание.
Именно это сделало «Барбароссу» стратегическим тупиком — и предопределило поражение Третьего рейха.
14 держав против Советов: интервенция, которой не было
 
Как так получилось, что Советский Союз, имея за плечами две пятилетки, создав мощную армию, наладив военную промышленность, имея союзников и ленд-лиз от них, еле устоял против гитлеровской Германии? А в 1918–1920 годах босая и голодная Советская Россия в одиночку раскидала не только белых, но и весь враждебный мир в придачу?
Ответ есть, и звучит он коротко, и, быть может, для кого-то неожиданно: потому что не было никакого враждебного мира, как и не было интервенции 14 государств, взявших Россию в «огненное кольцо врагов».
В кольце врагов
И в самом деле, про «поход 14 держав против молодой Советской республики» каждый житель СССР слышал со школьных лет. Но кто сейчас назовет эти государства? Британия, Франция, США, Япония — понятно. Эрудированные вспомнят о греках и румынах. А остальные восемь? В их состав советская пропаганда включила Канаду (500 человек в составе британского контингента); Финляндию, чье участие в интервенции свелось к тому, что она провозгласила независимость. А еще Сербию (добровольцы действовали частным порядком); парадоксальным образом Германию, которая вообще-то была союзником большевиков и Китай, оказавшийся в этом списке из-за добровольцев, воевавших на стороне атамана Семенова.
Вкупе с Австралией, Италией, Индией и Польшей получалась вполне определенная картина враждебных сил и внешней агрессии, которая вошла в историю как «иностранная военная интервенция 1918–1920 годов».
А теперь давайте разберемся, что это была за интервенция. Сразу стоит сделать существенную оговорку — статья не отрицает интервенцию как явление, в конце концов любое присутствие иностранной армии на территории другой страны уже можно считать интервенцией. Англичане, японцы, американцы и французы в России были, и даже частично участвовали в боевых действиях. Однако масштабы иностранного вмешательства в дела Советской России сильно преувеличены.
Вот и Ленин в 1920 году, выступая на заседании Коминтерна, проговорился:
Нет сомнения, что самого ничтожного напряжения сил этих трех держав [Британии, Франции и Японии] было бы вполне достаточно, чтобы в несколько месяцев, если не несколько недель, одержать победу над нами.
Ленин В. ПСС. М. 5-е изд. Т. 42. С. 22–23
Советская карикатура «Псы Антанты»
Военный театр
Сначала кратко остановимся на целях иностранных держав. Задушить революцию, свергнуть власть большевиков? Вздор. 3 декабря 1917 года в Париже собралась конференция Антанты, которая решала, что же делать на Восточном фронте, когда пришедшие к власти большевики на каждом углу кричат о «мире без аннексий и контрибуций». Было очевидно, что в случае заключения мира (да и даже ослабления накала боевых действий) Германия начнет переброску своих сил на Западный фронт. Допустить этого было никак нельзя. А еще стоило предупредить захват немцами крупных складов вооружений (в 1916–1917 годах союзники отправили в Россию около миллиона тонн грузов на сумму в 2,5 миллиарда дореволюционных рублей).
Логистика тут была простой. На юге Турция (союзник Германии) блокировала доступ в Черное море, восточный путь (по Транссибу) был длинным и долгим. Поэтому оставался лишь Север — Мурманск и Архангельск. Вот туда-то и направились первые европейские войска.
Север
Британский военный парад в Архангельске, август 1919 года
Цель — не допустить вторжения немцев со стороны Финляндии, при необходимости восстановить Восточный фронт, на котором воевать помимо (а если потребуется — то и против) воли большевиков. В марте 1918-го в Мурманск входит британский крейсер «Глория», следом за ним прибывает десант в количестве 2000 человек. И высаживаются англичане на российский берег не просто так, а по прямому разрешению Троцкого, который направил соответствующую директиву Мурманскому совету.
В Архангельске англичане появляются в августе 1918 года. И входят в порт не Советской России, а «независимой» Северной области, чье правительство свергло накануне власть большевиков и приветствовало приход британцев. Командовал войсками нового политического образования царский генерал Евгений Миллер, и именно против него и воевали большевики, ведя боевые действия на Севере.
Разумеется, британцы не сидели в стороне, а отряжали команды добровольцев для участия в антипартизанских рейдах. Но красочней всего их причастность к боевым действиям характеризует число потерь: из 25 тысячного контингента они потеряли 327 человек.
В августе 1919 года британское правительство заявило о выводе своих войск из Архангельска и Мурманска. Эвакуация завершилась 27 сентября. Причиной стало недоверие к англичанам со стороны правительства Северной области и отказ Германии от экспансии на север.
Причерноморье
Французские патрули охраняют французскую зону Одессы
По Брестскому миру часть Новороссии и Малороссии отошли к формально независимой Украине. А она быстро превратила бывшие царские губернии в кипящий котел, где друг с другом боролись красные, белые, петлюровцы и «батьки», самыми известными из которых были Махно и Григорьев. И высадившиеся в декабре 1918 года в Одессе и Севастополе французы, воевали вовсе не с красными, а именно что с войсками атамана Григорьева.
Ничем вразумительным военные действия не закончились: в марте 1919-го выступив на север из Одессы, французы получили обидный щелчок по носу от григорьевцев и вернулись назад. А уже через месяц они покинули Одессу и 30 апреля оставили Крым.
Деникину они, к слову, не помогли, хотя и Франция устами своего командующего контингентом генерала Бертело обещала 12 дивизий, чтобы «уничтожить русский большевизм». Эти дивизии впоследствии регулярно упоминались в советской литературе, хотя на самом деле их никогда не было.
Кавказ
Британские войска на пути в Баку, 1918 год
Этот регион был сферой интересов англичан. В августе 1918 года они направили в Баку тысячный контингент с артбатареей, тремя броневиками и двумя аэропланами. Но вовсе не для борьбы с большевиками, а для защиты региона от наступавшей с юга Кавказской исламской армии, финансируемой Турцией. Да и не было в тот момент в Баку никаких большевиков — накануне их свергли меньшевики и эсеры, образовав Диктатуру Центрокаспия.
Соответственно, воевали британцы против турок и азербайджанских добровольцев, потеряв 189 человек убитыми. Их силы были несравненно меньше турецких, поэтому в сентябре 1918-го британцы эвакуировались морем в иранский порт Энзели. Следом Кавказская армия заняла Баку, свергла Центрокаспий и объявила Азербайджан независимым государством.
Что интересно, новые власти пригласили к себе недавних врагов, и уже в ноябре англичане вернулись в Баку. Однако воевать им было не с кем, и пробыв в республике до августа 1919 года, они покинули Азербайджан. Красная Армия вошла в него спустя восемь месяцев.
Туркестан
Англо-индусский контингент в Туркестане
Здесь в июле 1918 года власть перешла в руки эсеров во главе с паровозным машинистом Фунтиковым. Для защиты от наступавших на Ашхабад красных он решил пригласить вездесущих англичан, кои не преминули явиться. Англо-индийский контингент численностью 1,2 тысячи человек вступил в бой с красными, разгромил их около станции Душлак, но преследовать не стал (хотя мог), а ограничился контролем над железной дорогой Ашхабад — Красноводск.
В январе 1919 года начался вывод английских войск, который закончился 5 апреля.
Дальний Восток
В этом регионе отметилось больше всего иностранных государств и их контингентов. Цель у 7500 американцев, 2000 итальянцев, 1500 англичан и 1000 французов была одна и вполне чёткая: обеспечить продвижение чехословацкого корпуса по Транссибу во Владивосток и далее морем на Западный фронт против Германии. Но кто им мешал? Большевики и мешали, которые по просьбе Германии вставляли палки в колеса продвижению чехословаков. Собственно, весь сыр-бор с ними и начался из-за нежелания Советской России выпускать боеспособных чехословаков из страны.
Вот поэтому Антанта и решила взять под контроль Транссиб, но ее вмешательство не сильно-то и понадобилось, ибо чехословаки справлялись сами и довольно успешно. Что касается боевых действий Антанты против советской власти, то их не было. Вон, даже БСЭ признает, что союзники, «кроме японских войск, не были способны к наступательным операциям».
На этой карте хорошо видно, как чехословацкий корпус взял контроль над Транссибом
Теперь что касается Японии. Этот союзник Антанты был заинтересован лишь в экономической эксплуатации Дальнего Востока и «покорять большевистскую Россию» вовсе не собирался. Империя высадила десант во Владивостоке 5 апреля 1918 г., увеличив его в июле до 70 тысяч.
При этом Колчаку японцы не помогали, предпочитая поддерживать лишь местных атаманов: Семенова и Калмыкова. И когда РККА разбила «верховного правителя» и пошла дальше на восток, перед Японией встала дилемма: воевать напрямую с большевиками или убираться с Востока. Москва, в свою очередь, понимала, что японцев разбить она не в силах, поэтому предложила создать буферное государство — Дальневосточную Республику (ДВР) со столицей в Чите.
Японии такой финт был только на руку — она намеревалась приобрести в новом государстве влияние. Не вышло, и вопрос войны с Россией вновь встал во главе угла. А тут еще собственный парламент назвал присутствие японских войск на российском Дальнем Востоке дорогостоящей авантюрой. В общем, в сентябре-октябре 1922 года японцы, не вступая в соприкосновение с наступающими частями Блюхера, оставили занимаемые ими города Приморья, а затем и Владивосток.
Запад за большевиков
Подведем итог. Заголовок статьи не совсем корректный: интервенция действительно имела место. Вот только она не ставила своей целью свержение советской власти, как утверждали учебники.
Карта из старого советского учебника истории. На ней к интервентам отнесены даже германские войска, невесть каким образом оказавшиеся в Закавказье
Да и Белое движение интервенты не сильно-то и жаловали — это второй миф пропаганды. Иначе бы Колчак не платил Антанте золотом за военные поставки. А те не отправляли бы ему тяжелые и устаревшие пулеметы Сен-Этьена вместо прекрасно зарекомендовавших себя пулеметов Кольта. Юденичу Антанта поставила 20 танков, из которых лишь один был полностью исправен, остальные требовали ремонта. С аэропланами та же история.
А Врангель? Его-то что мешало Антанте поддержать? Проливы открыты, снабжай не хочу. Да если бы Британия сделала для Врангеля то, что США в 1949 году сделали для Чан Кайши, то есть ввела флот в Черное море и взяла Перекоп под прицел корабельных орудий, не было бы ни российского, ни украинского Крыма.
Нет, интервенты не хотели свергать большевиков. Зачем им это было нужно — вместо того, чтобы направлять военные и материальные ресурсы на войну против Германии, поддерживать в смутной растерзанной бывшей царской империи армии Деникина и Колчака? Наоборот, Запад в 1919 году пытался даже помирить красных с белыми. Но вначале отказались белые (генерал Кутепов заявил, что план «неприемлем по моральным соображениям, поскольку большевики — продажные предатели»). А вторую попытку в 1920 году заблокировали уже красные, ибо были близки к полной победе.
В противовес мирным усилиям на Западе царила и другая точка зрения. Пусть большевики победят, нам еще лучше, ибо крестьяне и кухарки у руля государства неизбежно загонят Россию в нищету и отсталость.
Ну а какой вышла реальность, рассказывать нет смысла.
Как нет смысла лишний раз утверждать, что одной из причин Гражданской войны в России являлся заключенный большевиками «похабный», но неизбежный в тех условиях мир ;:
Что если бы операция «Немыслимое» всё же состоялась. Неожиданный результат для её инициаторов
Весной 1945 года, когда Европа ещё праздновала победу над нацизмом, в штабах западных союзников рождался план, который мог навсегда изменить ход истории. Операция «Немыслимое» (Operation Unthinkable) — кодовое название секретного военного плана, разработанного по личному распоряжению премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля в мае 1945 года. Его цель формулировалась предельно чётко: «навязать России волю Соединённых Штатов и Британской империи», причём под «волей» подразумевалось прежде всего «справедливое решение польского вопроса», хотя военные понимали, что это не ограничивает масштаб возможного конфликта.
План предполагал внезапный удар по советским войскам, дислоцированным в Германии, с началом 1 июля 1945 года. Для наступления планировалось задействовать до 47 британских и американских дивизий в районе Дрездена, а также польские формирования и, что особенно примечательно, до 10 дивизий из числа бывших военнослужащих вермахта, мобилизованных из лагерей для военнопленных. Соотношение сил, по оценкам британских штабистов, складывалось не в пользу атакующих: пехотные дивизии — 1:2,85 в пользу СССР, бронетанковые — 1:1,57, тактическая авиация — 1:1,95. Единственным преимуществом союзников оставалась стратегическая авиация.
Несмотря на амбициозные замыслы, план встретил жёсткую критику со стороны собственного военного руководства. Начальники штабов предупредили Черчилля: «Было бы не в наших силах одержать быструю, но ограниченную победу; мы оказались бы втянуты в затяжную войну в условиях тяжёлого превосходства противника». Отсутствие поддержки со стороны США, скептицизм относительно лояльности бывших нацистских солдат и осознание колоссальной численности Красной Армии (около 7 миллионов человек, из них 6 миллионов на западном театре) привели к тому, что операция так и осталась на бумаге. После победы лейбористов на выборах в июле 1945 года и прихода к власти Клемента Эттли проект был окончательно похоронен.
Однако что, если бы история пошла иным путём? Что, если бы Черчилль настоял на своём, и 1 июля 1945 года над Европой вместо салютов победы прогремели бы первые залпы Третьей Мировой войны?
Июль 1945: Искра, разжёгшая континент
В альтернативной хронологии, представленной на карте 1965 года, недоверие между западными союзниками и Советским Союзом достигло точки кипения сразу после капитуляции Германии. Британское руководство, не дожидаясь окончательного урегулирования с Москвой, санкционировало операцию «Немыслимое», превратив секретный план в реальность. Удар наносился из оккупированной Германии, с расчётом на то, что истощённая четырёхлетней войной Красная Армия не выдержит внезапного натиска.
Но произошло обратное. Советское командование, вопреки ожиданиям западных стратегов, продемонстрировало феноменальную способность к реорганизации. Военная промышленность, эвакуированная на восток в 1941–1942 годах, продолжала функционировать бесперебойно, обеспечивая фронт техникой и боеприпасами. Более того, антифашистские настроения, охватившие Европу в годы войны, резко сменили вектор: многие мирные жители, недавно приветствовавшие советских солдат как освободителей, теперь восприняли западное наступление как попытку отменить плоды освобождения и восстановить старый порядок.
Неожиданный поворот: Когда план обернулся против инициаторов
Советское контрнаступление, начавшееся уже в августе 1945 года, стало полной неожиданностью для англо-американского командования. Используя опыт последних лет Великой Отечественной войны, Красная Армия не просто остановила продвижение союзников, но и перешла в решительное наступление. Линии фронта в Центральной Европе были прорваны, а логистические цепочки западных войск — нарушены.
Одновременно с военными действиями активизировались социалистические движения сопротивления во Франции, Италии, Бельгии и Нидерландах. Подпольные группы, ранее боровшиеся с нацизмом, теперь саботировали транспортные сети, организовывали забастовки на заводах, поставлявших снаряжение для западных армий, и подрывали авторитет оккупационных властей. В Париже и Риме начались массовые демонстрации с требованием прекращения «империалистической войны против народа».
К началу 1946 года стратегическая ситуация радикально изменилась: части Красной Армии достигли атлантического побережья Франции. Великобритания, оказавшаяся под угрозой изоляции, выжила лишь благодаря подавляющему превосходству Королевского флота и масштабной американской логистической поддержке через Атлантику. Однако даже это не могло переломить ход войны на континенте.
1946: Красная Армия у Атлантики — и новый курс Москвы
Достигнув Ла-Манша, советское командование остановилось. Вопреки опасениям западных аналитиков, Москва не стала предпринимать попыток прямой аннексии Западной Европы или высадки на Британские острова. Вместо имперской экспансии советское руководство выдвинуло доктрину «братского социалистического суверенитета». Её суть заключалась в убеждении, что социализм окажется сильнее не через прямое подчинение, а через добровольную континентальную федерацию равноправных государств.
Этот поворот стал ключевым моментом истории в этом мире. Вместо создания жёстко централизованной империи под эгидой Кремля, в Европе начал формироваться децентрализованный блок — Европейский социалистический союз (ЕСС). В его состав вошли независимые социалистические государства: Украина, Грузия, балтийские республики (Эстония, Латвия, Литва), а также Югославия, которая предпочла присоединиться к общеевропейскому социалистическому проекту, а не оставаться под прямым советским федеральным правлением.
Флаг Европейский социалистический союз (ЕСС)
Включение в состав ЕСС бывших республик СССР самый спорный момент данной АИ но автор так решил. Так что уважаем авторский произвол. Моё мнение что такого бы не произошло никогда.
Глобальная трансформация: Деколонизация и новые союзы
Победа социалистического блока в Европе оказала колоссальное влияние на весь мир. В 1950-е годы крах колониальных империй ускорился многократно: престиж социалистической победы вдохновил освободительные движения в Азии, Африке, Латинской Америке и арабском мире. Европейские державы — Великобритания, Франция, Нидерланды, Бельгия — экономически разорённые и политически дискредитированные поражением в Третьей мировой войне, больше не могли подавлять антиколониальные революции.
На карте мира начали возникать новые региональные союзы, построенные по образцу европейской модели:
• Азиатский социалистический союз — децентрализованный альянс, объединивший социалистические государства Восточной и Юго-Восточной Азии;
• Испано-американский социалистический союз (HASU) — централизованная федерация полуавтономных республик, охватившая большую часть Латинской Америки;
• Арабская социалистическая лига — политическая структура, консолидировавшая Северную Африку и Ближний Восток на принципах совместного использования энергетических ресурсов;
• Африканский союз за социализм — координационный орган постколониального развития для стран Африки к югу от Сахары, сохраняющий местный суверенитет.
Все эти объединения были связаны с европейским ядром через Социалистический договор о защите — глобальный альянс, обеспечивающий коллективную оборону и ядерное сдерживание.
Мир 1965 года: Две системы, один баланс
К середине 1960-х годов мировая карта стабилизировалась в виде двух конкурирующих систем. Обширная социалистическая сфера охватывала большую часть Евразии, Африки и Латинской Америки, образуя единое идеологическое и экономическое пространство. Советский Союз, отказавшись от роли оккупационной империи, стал идеологическим центром мирового социалистического порядка, построенного на принципах федерализма, деколонизации и скоординированного экономического планирования.
С другой стороны Атлантики сформировался сокращённый, но технологически продвинутый блок во главе с Соединёнными Штатами, Канадой и Великобританией. Этот «Атлантический альянс» опирался на военно-морское превосходство, ядерный арсенал и сеть заморских баз.
Провальная операция «Немыслимое» в этой хронологии запомнилась не как упущенная возможность, а как момент необратимого краха старой имперской системы — системы, в которой великие державы решали судьбы малых народов без их участия.
Затяжные конфликты: Третья мировая, которая не закончилась
Несмотря на кажущуюся стабилизацию границ, Третья мировая война к 1965 году фактически не завершилась, а распалась на серию затяжных региональных конфликтов.
На территории бывшей Британской Индии и в соседней Мьянме продолжалась война между поддерживаемыми США и Великобританией администрациями и революционными силами, координируемыми Социалистическим договором о защите. Особую роль играла Коммунистическая партия Индии и союзные социалистические ополчения.
В Индонезии поддерживаемые НАТО правительства контролировали крупные порты, в то время как сельские и промышленные регионы оставались под влиянием социалистического повстанческого движения.
В Ирландии упорная кампания антибританского сопротивления переросла в длительное повстанческое движение, направленное на полное прекращение британского влияния на острове.
В Северной Америки напряжённость достигла критической отметки после неудачной попытки США свергнуть мексиканское правительство, лояльное Испано-американскому социалистическому союзу. Когда переворот провалился, американские войска вторглись в северные регионы Мексики, создав изнурительный континентальный фронт, простирающийся до южных штатов США.
В Арктике советские стратегические наступления продвинулись на Аляску, превратив полярный регион в милитаризированный театр военных действий с ракетными базами и военно-морскими группировками.
Тем временем такие острова, как Гренландия, Исландия, Филиппины, Япония, Тайвань и Ямайка, оставались под оккупацией НАТО или управлялись лояльными Атлантике режимами, образуя всемирную цепь военно-морских форпостов и зон сдерживания, которые препятствовали достижению социалистическими силами полного морского господства.
Техническое оснащение сторон (ТТХ ключевых образцов)
Советские образцы (середина 1960-х в альтернативной хронологии):
• Танк Т-62: масса 37 т, вооружение — 115-мм гладкоствольная пушка У-5ТС, броня — до 242 мм, скорость — до 50 км/ч, экипаж — 4 человека.
• Истребитель МиГ-21: максимальная скорость — 2 175 км/ч, потолок — 17 800 м, вооружение — 23-мм пушка ГШ-23, ракеты «воздух-воздух» Р-3С.
• Баллистическая ракета Р-12 (СС-4): дальность — 2 000 км, мощность боеголовки — до 1 Мт, время подготовки к пуску — 1–2 часа.
Танки Т-62
Образцы Атлантического блока:
• Танк M60 Patton: масса 52 т, вооружение — 105-мм нарезная пушка M68, броня — до 230 мм, скорость — до 48 км/ч, экипаж — 4 человека.
• Истребитель F-4 Phantom II: максимальная скорость — 2 370 км/ч, потолок — 18 300 м, вооружение — 20-мм пушка M61 Vulcan, ракеты AIM-7 Sparrow, AIM-9 Sidewinder.
• Баллистическая ракета UGM-27 Polaris: дальность — 2 200 км (модель A-2), мощность боеголовки — 200 кт, запуск с подводных лодок.
F-4 Phantom II
Заключение: Наследие «Немыслимого»
В этом мире 1965 года операция «Немыслимое» осталась в истории не как упущенный шанс Запада, а как роковая ошибка, ускорившая крах колониальной системы и способствовавшая формированию многополярного социалистического порядка. Парадоксальным образом, попытка силой навязать свою волю привела к обратному результату: вместо сдерживания коммунизма Запад спровоцировал его глобальную консолидацию.
Этот сценарий напоминает нам, что в геополитике нет «простых решений». План, казавшийся в 1945 году смелым и решительным, в ретроспективе альтернативной истории выглядит как классический пример стратегической близорукости. История, как известно, не терпит сослагательного наклонения — но именно возможность представить «что если» помогает нам лучше понять хрупкость мира, в котором мы живём, и ценность дипломатии перед лицом искушения силой.
Примечание: Реальный план операции «Немыслимое» был рассекречен Национальным архивом Великобритании лишь в 1998 году
Подписаться
Единственный из верхушки III рейха, кто умер своей смертью и жил на свободе
3 августа 2025
22,6 тыс
6 мин
 
В ставшем культовым на многие десятилетия культовом сериале Вальтер Шеленберг предстал очень обаятельным, умным и хитрым главой внешней разведки Германии. Его роль Олег Табаков сыграл настолько талантливо и с точным попаданием в образ, что даже получил благодарственное письмо от племянницы настоящего Шеленберга.
Действительно, реальный Шеленберг был довольно нетипичной для высших руководителей Рейха и заметно выделялся на их фоне. Он совершенно не был похож на фанатика, преданного нацистской идеологии и лично Гитлеру. Мундиру с генеральскими погонами (бригадефюрер СС) предпочитал безукоризненные элегантные костюмы, мог очаровать собеседника несомненным обаянием и хорошими манерами, обладал аналитическим гибким умом и прекрасной памятью. Гитлеровец, выглядел так, как и положено профессиональному шпиону.
*Все руководство партии НСДАП признано военными преступниками международным трибуналом. Автор осуждает их действия, и нацизм в целом. Статья носит исключительно информационный характер*
Несмотря на то, что никаких спецшкол, где обучают разведывательной и оперативной работе не заканчивал, сделал стремительную карьеру, поднявшись на самый верх. В юности выбрал гражданскую службу. Сначала поступил на медицинский факультет Боннского университета, потом по настоянию отца перевелся на юридический, который и закончил.
После его окончания сразу вступил в НСДАП и СС, но не по убеждениям, а, чтобы успешно сделать карьеру. Старт у него получился. Его доклады на тему законодательства понравились главе имперской безопасности Гейдриху, который и перетащил его в своё ведомство. Удалось войти в доверие и к рейхсфюреру СС Гимлеру у которого он был офицером для поручений в Польскую компанию.
Молодой и перспективный человек быстро завоевал репутацию отличного исполнителя. Он был пунктуален, аккуратен и предусмотрителен. Умел налаживать хорошие отношения с сотрудниками других ведомств и убедительно отчитаться перед своим начальством. В меру инициативен, причем вперед никогда не лез, умел вовремя отойти на второй, а то и третий план и держался в тени непосредственного начальства. Прозвище «хитрый лис» закрепилось за ним вполне заслуженно.
С его именем связывают все самые громкие и крупнейшие разведоперации Рейха. Он не только разрабатывал, а потом руководил ими, но и во многих принимал личное участие.
О многих из них он потом написал в своих мемуарах. Вряд ли их стоит принимать на веру, свою роль в истории он явно не собирался преуменьшать. Он пишет о подготовленной им провокации против Тухачевского, послужившей началом репрессий в РККА, организации «дела Зорге», когда в Японии было арестовано четыре десятка советских разведчиков и многие другие.
Вальтер Шеленбег. Фото в открытом доступе.
Однако его роль в ликвидации «Красной тройки» (часть «Красной капеллы» в Швейцарии) отрицать не имеет смысла.
Несмотря на настойчивые просьбы Шеленберга (действовать в нейтральной стране он не мог) и переданные швейцарской полиции пеленгаторы, швейцарцы ловить разведчиков не торопились. Тогда Шеленберг организовал издание приказа о переброске в Швейцарию горнострелкового корпуса Дитля и имитировал выдвижение воинских соединений к границам этой страны. Этого оказалось достаточно, чтобы напугать нейтралов, полиция активизировалась и к концу сорок третьего года «Красная тройка» прекратила существование.
В начале мая сорок пятого Шеленберг при посредстве одного из руководителей «Красного креста» посетил сначала Копенгаген, а затем и Стокгольм, имея официальные полномочия для ведения переговоров о мире. Однако британцы предложение отклонили, и миссия сорвалась. Шеленберг остался в Швеции, однако через месяц союзники добились его выдачи, и он попал в Нюрнберг в качестве обвиняемого. Тем не менее все окончилось для него вполне благополучно.
Все обвинения в военных преступлениях были с него сняты, его осудили только за принадлежность к преступной организации СС. В сорок девятом году ему вынесли относительно мягкий приговор, всего шесть лет, и через год выпустили по состоянию здоровья. Впрочем, к этому времени он провел в тюрьме около пяти лет. Шеленберг успел написать полторы тысячи страниц мемуаров, но свободу в полной мере ощутить не успел, в пятьдесят втором в возрасте сорок два года умер от рака.
Примечательно, что все время пока он сидел в тюрьме с ним переписывалась Коко Шанель, потом поддерживала его деньгами и даже похоронила его за свой счет. Что же связывало королеву парфюма и законодательницу мод с главой разведки Рейха?
Коко Шанель. Фото в открытом доступе.
Дело в том, что она была главным действующим лицом одной из разработанных им операций под названием «Модная шляпка».
Коко Шанель сразу после начала войны закрыла свой дом мод со всеми мастерскими и магазинами. А летом сорокового года вступила в связь с высокопоставленным нацистом атташе германского посольства (а, следовательно, и сотрудником абвера) бароном фон Динклаге, став одновременно его любовницей и агентом.
Называют три возможные причины такого поступка. Первая, которой придерживалась сама Шанель, романтическая. Она, которой было под шестьдесят влюбилась в человека, который был моложе ее на пятнадцать лет и не смогла, как истинная француженка отказаться от красивого любовника, может, последнего шанса в ее жизни.
Вторая меркантильная. Перед войной Шанель довольно неудачно продала эксклюзивные права на парфюмерию «Шанель» братьям Вертхаймер и подозревала, что ее обманывают. Когда как евреи они были вынуждены бежать из Парижа, она решилась на сотрудничество с нацистами, чтобы вернуть себе утраченное.
Из этой затеи ничего не получилось, перед отъездом братья успели все переоформить на чистокровного француза. Справедливости ради, надо сказать, что возможно у мадам были все основания подозревать братьев. Во всяком случае, когда после освобождения Франции они опять вступили во владение правами, чтобы избежать суда с Шанель выплатили ей почти полмиллиона долларов компенсации и 2% роялти за использование бренда.
Третья вынужденная. В сороковом году был арестован ее племянник Андре Палас. Шанель была готова на все, ради его освобождения. Помог его вытащить по просьбе Динклаге как раз Шеленберг. Дело в том, что у Шеленберга были свои планы на Шанель.
Герцог Вестминстерский, Коко Шанель и Уинстон Черчилль. Фото в открытом доступе.
По его рассказам, сразу после начала войны с Советским Союзом, он начал искать варианты сепаратного мира с англичанами и американцами. Как хитрый человек он понимал, что войну на два фронта Германии не выдержать и видел выход только в заключении мира с союзниками и создания с ними впоследствии военного блока против Советского Союза.
Шанель была одним из вариантов выхода на Черчилля, который он не мог найти. Шанель была знакома с британским премьером еще с конца двадцатых годов и отношения у их были неплохими. Во всяком случае, до войны Черчилль довольно часто бывал в Париже и обязательно созванивался, а иногда и ужинал с Шанель.
По замыслу Шеленберга, она должна была встретиться с Черчиллем в Мадриде, где он делал остановку, возвращаясь с Тегеранской конференции и передать ему письмо с предложением начать тайные переговоры. Шанель получила визу и отправилась в Испанию на деньги Рейха.
Как известно, встреча не состоялась. Черчилль заболел и никого не принимал, вдобавок ее подруга Вера, которую Шанель вытребовала себе в помощь (она тоже знала Черчилля и по слухам он был к ней неравнодушен) сообщила в английском посольстве, что они германские шпионы. Операция провалилась. Шанель сумела передать через посольство только свое письмо личного содержания.
После освобождения Франции Шанель припомнили связи с нацистами. Ее арестовали как коллаборационисту и выпустили только после вмешательства Черчилля, правда из Франции выслали. Почти десять лет она жила в Швейцарии.

Ликвидация Гейдриха: операция ценой в тысячи жизней
 «Мы надеялись, что казнь Гейдриха всколыхнет чешский народ и он, сомкнув свои ряды, действительно стихийно восстанет против нацистского террора», — писал генерал Моравец в своих воспоминаниях. Это полный вздор, ибо кому как не начальнику военной разведки чешского правительства в изгнании Франтишеку Моравецу знать, что никакого сопротивления нацистам в Чехии нет, «колыхать» там некого и некому, а уж про восстание — это вообще из области наглого цинизма.
В итоге за ликвидацию одного высокопоставленного нациста Чехия получила невиданную доселе для нее карательную операцию, жертвами которой стали свыше пяти тысяч человек. И что же, поднял вал репрессий волну народного гнева? Так «поднял», что чехи даже в мае 1945-го продолжали добросовестно выпускать военную продукцию для фактически уже поверженной Германии, и остановили их только советские солдаты в цехах.
Сама же ликвидация Гейдриха, вошедшая в историю как операция «Антропоид», ни в малейшей степени не напоминала профессионально спланированную диверсионную акцию, а скорее вышла результатом причудливого стечения обстоятельств. Вот как это было.
Кадр из фильма «Лидице», 2011 год
Кнутом и пряником
Рейнхард Гейдрих — обергруппенфюрер СС (условный генерал-полковник в координатах званий Советской Армии), руководитель Главного управления имперской безопасности и правая рука шефа СС Гиммлера. Была у него и еще одна должность — рейхспротектор Богемии и Моравии.
Тут требуется небольшое пояснение. Исторические регионы Богемия и Моравия ныне составляют основу Чешской Республики. После оккупации Чехословакии в 1939 году эта страна была разделена на две части: Словакия превратилась в марионеточное государство с профашистским режимом, а Чехию Гитлер просто включил в состав Рейха, назвав ее «протекторатом Богемия и Моравия». Для управления ею он ввел должность рейхспротектора. Сначала им был бывший министр иностранных дел Германии фон Нейрат, а потом его сменил Рейнхард Гейдрих, совмещая эту должность с основной работой в РСХА.
Смена гражданского чиновника Нейрата на второго в табеле о рангах эсэсовца Третьего Рейха произошла не случайно. При Нейрате чехи даже не заметили, что в их жизни что-то изменилось. Осталось правительство, работали школы, больницы, банки, жители по-прежнему ходили на работу. Вот только вместо кастрюль и машин на своих заводах они стали клепать танки и самоходки для Германии. Все было хорошо, однако не всех в Рейхе устраивала мягкость Нейрата и его показное невмешательство в дела протектората. После очередного доноса на рейхспротектора Гитлер вызвал Гейдриха и затребовал у него отчет о реальном положении дел. Тот доложил о тайных связях чешского правительства с Москвой и Лондоном. Вот Гитлер и послал главу управления имперской безопасности навести в Чехии порядок.
Рейнхард Гейдрих
Гейдрих стал действовать классическим методом «кнута и пряника». Сначала он взялся за чешское Сопротивление, которое и так было немногочисленно и заторможено (а зачем им бороться, если жизнь в Чехии с приходом гитлеровцев не поменялась совершенно). За две-три недели новый протектор полностью вычистил чешское подполье, казнив 207 человек. А потом Гейдрих достал «пряник»: резко сократил террор и повысил нормы снабжения для чешских рабочих.
Было там много всякого по «мелочам», включая повышение зарплат, улучшение системы социального обеспечения, национализацию домов отдыха и курортов и превращение их в дома отдыха для рабочих. Привело это к тому, что народ к новому «правителю» проникся, и его популярность резко возросла. Вот поэтому Гейдрих чувствовал себя в Праге как в родном Берлине и мог не опасаться за собственную жизнь.
«Отчаяние чехов»
Такая идиллия сильно нервировала чехословацкое правительство в изгнании, которое базировалось в Лондоне. Его президент Эдвард Бенеш не находил себе места — страна-то живет едва ли не лучше прежнего, агрессора за врага не считает, ни о каком Сопротивлении по образцу французского нет и речи. Так в чем тогда смысл существования правительства в изгнании?
Второй президент Чехословакии и лидер Сопротивления за границей Эдвард Бенеш
И вот с целью поднятия собственного престижа Бенеш и задумал «всколыхнуть» Чехию, организовав ликвидацию рейхспротектора Гейдриха. Вернее, задумал операцию начальник разведки генерал Моравец, а Бенеш одобрил ее, заявив, что «этот акт может быть расценен как стихийное проявление отчаяния чехов».
Идеальным выходом казалось найти исполнителя в самой Чехии, но подполье было чрезвычайно слабым и разрозненным, и справиться с ролью организатора не могло. Тогда Моравец решил готовить кадры в Британии, благо недостатка в кандидатах не было. Операцию решили назвать «Антропоид» (человекоподобное существо). Позже пропаганда объясняла это тем, что Гейдрих в Праге потерял всякое человеческое лицо, стал «кровавым тираном» и мучителем чешского народа.
Но разве палачи, учинившие вакханалию массового террора и опасающиеся за свою жизнь, передвигаются по городу в машине с открытым верхом и совершенно без охраны? Конечно, нет. Но зато это обстоятельство заметно облегчило организацию покушения. Облегчило, но превратило его в какой-то трагический фарс с погоней и перестрелками на людной улице в духе американских вестернов.
Диверсанты из народа
Ян Кубиш и Йозеф Габчик
Начать стоит с личности диверсантов. Чех Ян Кубиш и словак Йозеф Габчик прошли подготовку в британском тренировочном лагере. Но что это за подготовка — в их активе были десятки парашютных прыжков, сотни часов на стрельбищах, и только. Ни Кубиш, ни Габчик не были профессионалами, более того, до покушения им вообще не приходилось стрелять в людей с близкого расстояния. Разумеется, парням было элементарно страшно, а тут еще и само покушение пошло не по плану с первой минуты.
Диверсантов сбросили с парашютами в декабре 1941-го. Во время приземления Габчик сильно повредил ногу, поэтому пришлось отложить начало операции, дожидаясь выздоровления в доме сочувствующего местного жителя (что было большой редкостью для Чехии — предыдущие диверсионные группы проваливались именно из-за выдачи их рядовыми чехами). К выполнению задания Кубиш и Габчик смогли приступить лишь в мае 1942-го. Так как Гейдрих передвигался в кабриолете и без сопровождения, было решено устроить засаду на пути его автомобиля. На маршруте находился крутой поворот — Кобылисский спуск. Диверсанты организовали засаду прямо на изгибе, а подать им сигнал о приближении цели должен был третий соучастник лучом карманного зеркальца.
Кобылисский поворот в Праге сразу после покушения 27 мая 1942 года
Триллер на Кобылисском спуске
И вот день «Х» — 27 мая 1942 года. Утро, черный кабриолет «Мерседес-Бенц» 320С несется по улицам Праги в Чернинский дворец — официальную резиденцию рейхспротектора. Сигнал зеркальцем, и Кубиш с Габчиком занимают исходную позицию по обе стороны от проезжей части. Через мгновение они видят автомобиль и Гейдриха, беспечно сидящего рядом с водителем.
Кадр из фильма «Мозг Гиммлера зовется Гейдрихом», 2017 год
Йозеф Габчик достает из-под полы куртки английский пистолет-пулемет Sten без приклада и нажимает на спусковой крючок. Он целится в голову Гейдриха, между ними всего лишь три метра и лобовое стекло «Мерседеса». Но тут случается неожиданное — вместо очереди Sten издает лишь сухой щелчок. Осечка!
Английский Sten печально известен своей капризной ненадежностью и неточным боем, но тут ничего не поделаешь, какое оружие выдали, тем и пришлось работать. Хотя какая тут «работа» — бросив пистолет-пулемет, Габчик разворачивается и бросается прочь от места. У него был еще пистолет, но диверсант, видимо, про него забыл.
Британский пистолет-пулемёт STEN
Вот и вся ликвидация. Так можно было бы написать, не соверши Гейдрих глупый поступок. Он сделал почти как Александр II в роковое для себя седьмое покушение. Император тогда вышел из кареты и направился к народовольцу, где и получил вторую бомбу под ноги. А Гейдрих вместо того, чтобы гнать во весь опор, приказал водителю остановиться, намереваясь пуститься в погоню за Габчиком. Лично, пешком!
И пока он поднимается в полный рост, стоящий на другой стороне улицы Кубиш бросает в Гейдриха гранату. Но промахивается, и она вместо салона ударяется о крыло, закатывается под заднее колесо «Мерседеса», где и взрывается. Успевший выскочить в погоню за Габчиком водитель получает касательное ранение, а вот самому Гейдриху везет меньше: один единственный малюсенький осколок даже не гранаты, а обшивки машины попадает ему в селезенку.
Кадр из фильма «Антропоид», 2016 г.
Впрочем, рейхспротектор не чувствует боли. На кураже и адреналине он бросается в погоню за Кубишем, доставая на ходу пистолет. Но тот не заряжен — в обойме ни одного патрона. Кубиш же быстро бежит. Он тоже получил ранение от разорвавшейся гранаты, но это не мешает ему добраться до спрятанного в кустах велосипеда, выстрелить (и промахнуться) в оказавшегося на пути полицейского и благополучно скрыться с места покушения.
К слову, никакого плана отхода у диверсантов нет и в помине — они просто бегут куда глаза глядят. У Габчика глаза глядели на ближайшую мясную лавку, где он рассчитывал найти убежище. Но куда там! Владелец магазина, как только в него заскочил диверсант, выбежал на улицу и криком привлек внимание догонявшего Габчика эсэсовца-водителя. Шофер забегает в лавку и тут Габчик вспоминает про свой пистолет. Дважды выстрелив в преследователя и ранив его в ногу, он благополучно скрывается ... на трамвае.
Пражский мемориал, установленный в 2011 году в память операции «Антропоид»
Что касается главного действующего лица этого триллера, то Гейдрих в погоне за бомбометателем пробегает всего десяток метров и падает на мостовую, истекая кровью. Чешские полицейские оперативно доставляют его в больницу, рейхспротектору проводят операцию, он вроде идет на поправку, но через день впадает в кому и умирает.
Предательство
Вот такое покушение, которое сегодня выглядит как неумелая самодеятельность. Ну а его последствия известны хорошо — более грандиозной полицейской облавы мировая история, возможно, не знает. По немецким источникам, в карательной операции было задействовано 450 тысяч человек — полицейских, жандармов, солдат вермахта и частей СС. В первые же дни немцы казнили 1330 человек, а арестовали около 15 тысяч чехов.
Сотни следователей Рейха рыли землю в поисках диверсантов. А те догадались выйти на связь с Лондоном по рации на третий день после покушения. Рацию, разумеется, запеленговали — она выходила из деревни Лежаки. Её и поселок Лидицу стерли с лица земли, расстреляв всех мужчин старше 15 лет, женщин отправив в концлагерь Равенсбрюк, а детей определив в немецкие семьи для «онемечивания».
Памятник в Лидице, Чехия
Но нашли Кубиша и Габчика не благодаря пеленгу. Их выдал свой же — парашютист-диверсант Карел Чурда, не принимавший участие в операции. Он явился в пражское гестапо, выдал известные ему конспиративные квартиры, по ним устроили облавы и вычислили последнюю базу диверсантов. Ею оказался православный собор святых Кирилла и Мефодия. Был приказ взять всех живыми, но Кубиш, Габчик и их соратники, когда патроны были на исходе, покончили с собой.
Провокация вместо операции
А что же жители Чехии, ради восстания которых и затевалась эта операция? Они действительно восстали, проведя многотысячный митинг. Только вот не за солидарность с освободительным движением, а против него. Эта фотография облетела все мировые СМИ — на Вацлавской площади Праги собралось 200 000 жителей Чехии, чтобы выразить свою лояльность Третьему Рейху. Их никто не сгонял — такую толпу сложно организовать заранее, поэтому сомневаться в искренности порывов тех, кого хотели освободить от «гитлеровского гнета» и «рабского труда», не приходится.
Демонстрация в Праге на Вацлавской площади Праги в знак поддержки режима, 3 июля 1942 года
Операция «Антропоид» ничего, кроме несчастий, Чехии не принесла. Некоторые историки называют Гейдриха «третьим человеком Рейха», часто цитируя слова Шелленберга, называвшего своего шефа «невидимым стержнем, вокруг которого вращался нацистский режим». Но стержень в тоталитарной Германии был один, и его фамилия всем хорошо известна. Все остальные, включая Гейдриха и даже Гиммлера, были рядовыми функционерами, очень даже заменимыми. И это хорошо заметно по истории оккупированной Чехии — машина протектората без сбоев работала даже после того, как Кейтель в Карлсхорсте подписал Акт о капитуляции.
Маловероятно, что Бенеш в Лондоне питал насчет «волны народного гнева» какие-то иллюзии. Уж ему-то точно было известно, что судьба послевоенной Чехии зависит не от удачно проведенной ликвидации гитлеровского чиновника, а от веса и роли правительства в изгнании, которое он возглавлял. Что ж, операция «Антропоид» действительно подняла престиж Бенеша в глазах союзников. Только на нормальном языке санкционированное им покушение именуется не операцией, а провокацией. А как еще назвать акцию, спровоцировавшую массовый террор населения? Не подвигом же, в самом деле.
Диверсии и диверсанты бывают разными. Можно долго готовиться и потом растеряться, когда все идет не по плану. А можно просто гордиться итогом, когда задуманная операция сворачивает не туда ;: