Делёжка

На берегу кипучий, грозный вал
О скалы пеной яростно стучал,
Где чайка криком рвёт простор-
Случился у зверей пространный разговор.

Лебедь гордый, белокрылый,
Осанкой царственно-недостижимой
И с шеей тонкой, длинной,
Как ветви у плакучей ивы,
Воздел крыло и речь запряг:
"Море-моё! Я вижу даль-
Не нужен мне маяк,
Подвластна сама мне фам фаталь!"

Барракуда, в тени прибрежной,
Хвостом по дну нетерпеливо бьюще,
Шипела, зубы оскаля:
"Нет, море-моё, не твоё!
Я в глубине его живу,
Знаю каждую в нём мелюзгу.
Кто, как не я, здесь всем правит?"
Она нырнула в тёмный провал:
"Я сама всё измерю"-
Провалилась в моря астрал...
Плыла, считала, сбилась по тьме,
Запуталась в водорослях, на понтах,
Устала, выдохлась, всплыла едва,
Поняв-не взять глубины до конца.

Рак, на песке, чуть в стороне,
Перебирал клешнями, погрязнув
в грызне.
Проворчал, не спеша, с укором:
"Вы оба глупцы, споря хором.
Море-не вещь, не дом, не клад,
Его не делят, не берут в заклад.
Вы лишь шум вокруг него творите,
Оно течёт само по себе,
О чём вы хоть не говорите...
И тот, и другой-слепец,
Я здешний властитель, по морю спец!".

Но те не слушали. В пылу страстей,
Решили мерить глубину скорей.
Лебедь в небо взмыл стрелой:
"Я до дна досмотрю, до ракушки последней,
резной!"
И стал считать он капли с вышины-
Но цифры плыли, сбился со счёта волны.

А рак по дну ползёт вальяжно,
Через слои твёрдые дренажа,
Линейку взял, но всё тщетно:
Дно уходит, склон крут,
Щупальца тянет, путанно, спрут-
Ориентира нету, шаток азимут:
"Ох, не измерить море,...скрадут!"...

Так и остались они втроём-
Один в небе, другой-измеряя дно,
Третий-на берегу и всем шиши...
Море смеётся: "Глупости ваши видны!»
Волна: "Мир- не островок,
Делить не надо, а ценить полученный урок,
Чтоб счастья море подарить себе,
Учись дружить, а не делить его в борьбе,
Когда в деле нет согласья,
Не достичь ни капли счастья."