Вкус вечности Хроники шоколадных контрабандистов

Глава 8. Севильские сети  и шоколадный заговор.

Севилья встретила путешественников удушливым зноем, звоном колоколов Хиральды и парадным блеском, за которым скрывалась нищета портовых улочек. Едва «Святая Эльза» коснулась причала Торре-дель-Оро, как на палубу поднялась портовая таможня, ведомая самим Домином де ла Крусом — Главным смотрителем Священной Канцелярии в Севилье. Этот доминиканец, чье лицо напоминало пергамент, вымоченный в уксусе, славился тем, что чуял тайное зелье и контрабанду на расстоянии полета стрелы.— Что в этих тюках, дон Себастьян? — ледяным тоном спросил Главный смотритель, указывая костлявым пальцем на мешки, которые Фрай Педро и Усико де Гама уже приготовили к выгрузке.— Лекарственные коренья из Новой Испании, святой отче, — благочестиво соврал капитан корабля, смиренно опустив глаза. Домин де ла Крус подошел к ближайшему мешку, распорол его кинжалом и достал горсть темных бобов. Он поднес их к носу, и его брови гневно взметнулись вверх: — Слишком приторно для лекарства. Слишком искушающе для невинного плода. Это черное зелье пахнет грехом, неповиновением и тайными культами ацтеков! Я объявляю этот груз проклятым. Изъять, конфисковать и уничтожить в пламени костра на площади Сан-Франциско! Человечество замерло в шаге от вечной потери шоколада. Но Главный смотритель не учел, что Севилья давно принадлежала не только королю, но и темной империи барона Грызло. Пока стражники Канцелярии грузили конфискованные мешки на телеги, в подземельях портовых кварталов закипела работа. Кошачий разум и крысиная исполнительность слились в безупречный механизм.— Мои парни знают каждый дренажный ход от порта до подвалов самого Алькасара, — хрипел Грызло, разворачивая перед доном Мурчелло карту городских коммуникаций, начертанную на куске старого пергамента. — Стражники думают, что заперли бобы в подвалах монастыря Сан-Пабло. Но они не знают, что стена их хранилища граничит с нашей главной винной галереей. Той же ночью произошла грандиозная подмена. Но команда «Святой Эльзы» ничего не украла — они лишь возвращали свой честный груз, который Канцелярия пыталась обречь на гибель. Пока Усико де Гама на крыше монастыря мастерски имитировал жуткие кошачьи концерты, отвлекающие суеверных стражников, сотни крыс Грызло, действуя бесшумно, как тени, перетаскивали бобы через узкий пролом в стене. Взамен они оставляли в мешках... окатыши дорожной глины, тщательно вымоченные в дегте. Уже к утру весь спасенный шоколад был надежно спрятан в тайных подвалах заброшенной сукновальни. Фрай Педро, засучив рукава, без устали вращал тяжелые жернова, превращая какао-бобы в драгоценную пасту. Начиналась эпоха первой подпольной шоколадной сети Европы. Опасность подстерегала на каждом шагу. Священная Канцелярия назначила огромную награду за поимку «черных бестий, похитивших охраняемую собственность». Улицы Севильи заполонили шпионы в черных плащах. Но дон Мурчелло понимал: чтобы легализовать шоколад навсегда, его нужно продвигать не в трущобах, а на самой вершине. Шоколад должен был стать культом испанских грандов.Через продажных слуг и доверенных лиц Грызло начал поставлять первые плитки прессованного какао с сахаром и корицей в дома самых богатых вельмож. Зависимость была мгновенной. Герцоги и маркизы, попробовав ночное лакомство, уже не могли начинать утро без чашки черного нектара. Шоколад стал главным секретом севильской аристократии, символом запретной роскоши и тайного бунтарства. Кульминацией этой авантюры должен был стать Большой Королевский Бал в Алькасаре, приуроченный к возвращению флота. Именно там, среди блеска тысяч свечей,  воротников-фрез и шелеста парчовых юбок, должна была решиться судьба этого мира. Дон Мурчелло, облаченный в крошечный бархатный колет, пробрался на антресоли бального зала. Рядом с ним, как всегда элегантная и смертоносно опасная, сидела Долорес. Французская шпионка не уехала в Париж — она осталась, чтобы увидеть финал этой исторической пьесы.— Ну что, шевалье, — прошептала она, обмахиваясь веером из петушиных перьев. — Весь цвет Кастилии внизу. Но и ваш враг, Домин де ла Крус, тоже здесь. Он приготовил королю Карлу доклад о «заговоре черных магов». Если ваше варево не сработает прямо сейчас, завтра нас всех объявят вне закона.— Наше варево никогда не подводит, дорогая, — спокойно ответил Мурчелло, глядя, как штурман Усико де Гама, переодетый в поваренка (благодаря кошачьей маскировке и глупости дворцового шеф-повара), приближается к огромному серебряному титану, где варился парадный королевский напиток. В этот титан Усико точным движением лапы опустил колоссальный кусок чистейшего, ароматного шоколада, смешанного с королевской ванилью и мускусом. Когда слуги разлили дымящуюся массу по золотым кубкам, зал замер. Аромат, хлынувший под своды Алькасара, затмил самые дорогие персидские благовония. Король Карл сделал первый глоток. Его суровое, утомленное войнами лицо разгладилось. Он зажмурился от абсолютного, королевского наслаждения.— Что это?! — воскликнул монарх, поднимая кубок. — Это не напиток земных королей. Это нектар самого неба! Кто создатель сего чуда? Домин де ла Крус, бледный как смерть, выступил вперед, собираясь произнести слово «контрабанда», но король строго прервал его:— Если Священная Канцелярия посмеет назвать ЭТО запретным, я объявлю саму Канцелярию лишенной королевской милости! Отныне сей напиток — высшая ценность короны!С балкона за этим триумфом наблюдали коты. Человечество было окончательно и бесповоротно покорено. Шоколад победил пушки, запреты и штормы. Наступила ночь после бала. На крыше башни Торре-дель-Оро, откуда открывался вид на серебряную Гвадалквивир, стоял дон Мурчелло. Долорес подошла со спины, ее белая шубка светилась в лунном свете.— Вы победили, капитан. Испания у ваших лап. Моя доля груза уже на пути во Францию. Пакт выполнен. И всё же... мне жаль, что вы не едете со мной. Мы могли бы править этим миром.— Миром править скучно, Долорес, — Мурчелло повернулся к ней и в последний раз поклонился с истинно барочным шармом. — Им гораздо приятнее манипулировать, оставаясь в тени. Прощайте, Долорес. Пусть ваш Париж будет сладким. Она растворилась в ночи, оставив лишь легкий шлейф вербены. Мурчелло посмотрел на звезды. Рядом с ним уселся Фрай Педро, довольно поглаживая сытый живот, и Усико де Гама, который крутил в лапах новую золотую астролябию — подарок благодарного короля. Из темноты высунулась мордочка барона Грызло, жующего марципан. Они сделали свое дело. Они скользнули по волнам истории, слегка коснувшись их лапами, смешали правду с вымыслом, но главное — человечество навсегда осталось с шоколадом, а они со своим бессмертием...