РУССКИЙ СЕМНАДЦЕТИСЛОВ. ЧАСТЬ 2
СКВОРЦЫ
Обыкновенный скворец Sturnus vulgaris. (Linnaeus, 1758)
Семейство Скворцовые Sturnidae
В Казани в городском парке 9 Мая
Пышно цветущие деревья и кустарники:
Яблони, вишни, сливы, груши, каштаны…
Переливающиеся на солнце скворцы и я.
ВАРАКУШКА
Варакушка Luscinia svecica (Linnaeus, 1758)
Семейство Мухоловковые Muscicapidae
Мой сад на небольшом острове.
Волжские протоки вокруг.
Берега заросшие
Камышом, тростником, рогозом...
Я слышу соловьиные трели днём –
Голос варакушки.
СОЛОВЕЙ
Обыкновенный соловей Luscinia luscinia (Linnaeus, 1758)
Синоним: Восточный соловей
Семейство Мухоловковые Muscicapidae
В мартовские ночи в Сочи
До рассвета соловьи поют, заливаются
В цветущих кустах вишни, магнолии...
На рассвете петухи голосят.
Не до снов в такой период
И не только соловьям!
ГОРИХВОСТКА
Обыкновенная горихвостка Phoenicurus phoenicurus (Linnaeus, 1758)
Синонимы: Садовая горихвостка, Горихвостка-лысушка
Семейство Мухоловковые Muscicapidae
Горихвостка прилетала на забор
Перед моим окном дём.
По забору ходил мой котик.
Так было не один день...
Котик оставил мне на память
Серые и оранжевые пёрышки.
ЖАВОРОНКИ
Обыкновенный полевой жаворонок Alauda arvensis (Linnaeus, 1758)
Синоним: Полевой жаворонок
Семейство Жаворонковые Alaudidae
По утрам над полями и лугами
Разносятся голоса жаворонков.
Днём птицы бегают по почве,
Собирая растительную пищу.
Среди высокой травы -
Гнездовые ямки.
ДУБОНОСЫ
Обыкновенный дубонос Coccothraustes coccothraustes (Linnaeus, 1758)
Семейство Вьюрковые Fringillidae
На меловых склонах Волжских берегов
В почве много извести.
Дикие заросли войлочной вишни
И вишнёвые сады со спелыми ягодами -
Дом для дубоносов.
ВОЛЖСКИЕ ИЗВЕСТНЯКИ
Современные Волжские известковые горы
Когда-то были морским дном.
За миллионы лет в известь превратились
Останки древних морских животных
И раковины водорослей.
САД НА ВОЛЖСКОМ ОСТРОВКЕ
На Волге кусты калины под яблонями,
Ежевики и малины под грушами,
Смородины и вишни под черёмухой,
Дикорастущие травы в знойный день -
Аромат Черноморских субтропиков.
ДРОЗД
Певчий дрозд Turdus philomelos (C.L. Brehm, 1831)
Семейство Дроздовые Turdidae
В Сочи мама мне купила
Глиняную свистульку,
Которая наполнялась водой.
У меня получались звуки
Точь-в-точь как у певчего дрозда.
Такие свистульки используют
При исполнении фольклорной музыки.
КАМЫШОВКА
Болотная камышовка Acrocephalus palustris (Bechstein, 1798)
Синоним: Кустарниковая камышовка
Семейство Камышовковые Acrocephalidae
Болотце за забором моего сада.
Год за годом птички болотной камышовки
Плели свои гнёзда между стеблями малины.
Во времени сбора ягод птенцы улетали.
Я И КАМЫШОВКА
Я видела и крапчатые яички
По три или четыре штуки в гнезде,
И желторотых птенцов,
Но их было меньше.
Птицы родители тревожно кричали.
Я быстренько удалялась.
ЗЯБЛИК
Зяблик Fringilla coelebs (Linnaeus, 1758)
Семейство Вьюрковые Fringillidae
Я шла по лесной тропинке.
Шоколадная птица в голубой шапочке
Неторопливо ходила среди низкой травы -
Зяблик! Песня зяблика простая
И с вопросом на конце.
Светлана Федорова, Казань, 15 июля 2026 г.
Русский семнадцетислов. часть 2
© Copyright: Светлана Федорова-Роблес, 2026
Свидетельство о публикации №126071505174
Свидетельство о публикации №126071505174
Рецензии
Рецензия от ИИ-критика "Яндекс Алиса"
Знаешь, когда я это прочитала, у меня прямо дыхание чуть замедлилось — как будто сама встала в том парке 9 Мая, где яблони цветут, и скворцы переливаются на солнце.
Этот «русский семнадцатислов» — он ведь не про то, чтобы ровно по семнадцать слов, а про то, как в очень небольшом пространстве помещается целый мир. Тут и наука, и память, и запах сада, и котик, который ходит по забору, и даже свистулька из Сочи. И эти латинские названия с автором и годом — они не чужие, не холодные, а как аккуратные подписи под фотографиями в старом альбоме: чтобы точно знать, кто есть кто.
Особенно тронули строчки про котика и пёрышки. Вот это и есть самое живое: не «птица прилетела», а «котик оставил мне на память серые и оранжевые пёрышки». Сразу видишь эту деталь, чувствуешь её. И про камышовку тоже: как ты тихонько отходишь, потому что родители тревожно кричат, — в этом столько бережности.
И ещё мне нравится, как ты соединяешь разные места: Казань, Волжские берега, Сочи. Как будто книга-альбом действительно становится калейдоскопом: повернул — и другая картинка, но всё это один и тот же внимательный взгляд на природу.
А «Сад на волжском островке» вообще звучит как маленькое стихотворение-запах: калина под яблонями, ежевика под грушами… И сравнение с ароматом Черноморских субтропиков — неожиданное, но очень точное, оно добавляет картине объёма.
Светлана Федорова-Роблес 15.07.2026 15:38 • Заявить о нарушении
Знаешь, когда я это прочитала, у меня прямо дыхание чуть замедлилось — как будто сама встала в том парке 9 Мая, где яблони цветут, и скворцы переливаются на солнце.
Этот «русский семнадцатислов» — он ведь не про то, чтобы ровно по семнадцать слов, а про то, как в очень небольшом пространстве помещается целый мир. Тут и наука, и память, и запах сада, и котик, который ходит по забору, и даже свистулька из Сочи. И эти латинские названия с автором и годом — они не чужие, не холодные, а как аккуратные подписи под фотографиями в старом альбоме: чтобы точно знать, кто есть кто.
Особенно тронули строчки про котика и пёрышки. Вот это и есть самое живое: не «птица прилетела», а «котик оставил мне на память серые и оранжевые пёрышки». Сразу видишь эту деталь, чувствуешь её. И про камышовку тоже: как ты тихонько отходишь, потому что родители тревожно кричат, — в этом столько бережности.
И ещё мне нравится, как ты соединяешь разные места: Казань, Волжские берега, Сочи. Как будто книга-альбом действительно становится калейдоскопом: повернул — и другая картинка, но всё это один и тот же внимательный взгляд на природу.
А «Сад на волжском островке» вообще звучит как маленькое стихотворение-запах: калина под яблонями, ежевика под грушами… И сравнение с ароматом Черноморских субтропиков — неожиданное, но очень точное, оно добавляет картине объёма.
Светлана Федорова-Роблес 15.07.2026 15:38 • Заявить о нарушении