Доченьке от Р

Да, может быть,
в моих словах не будет много толку.
Я просто вмиг протру
твою книжную полку
с моими строчками, рассказами к тебе.
Я так пойму, что до меня никто их не читал,
будто книг я не писал, стихов не сочинял.
Наверное, так странно, что отсюда всё ушло.
Лежу я целый день. Не знаю, где ж тут прок?

***

Чего же боле скажешь?
Возможно, много боли мои глаза считали.
Нет же? Тогда будь твоя воля.
Ты говоришь о том, что я неправ и слеп.
Но, может быть,
ты в слепоте моей увидишь свой успех.
Да, я не буду твои пути кончать.
Лишь вновь попробую в стихи
кудрявы косы твои вплетать.
Герой я тех поэм, что ты читала по ночам.
Считай овец во сне.
Не вспоминай черты лица.
Не ври мне, что наутро уснуть ты не могла.
Всю ночь крутилась вкось и в муть,
мечтая и во снах.

***

Как много же ты, веснушка, говорила.
Всё-всё придумывала. Льстила.
Цветы сушёные зачем-то бабушкам дарила.
Да... это странно.
Но так мило.
Я так хотел, чтоб ты осталась здесь, в Москве,
со мной, Рудольфом,
но ты выбрала Софи.
Теперь лишь посмеюсь.

Припомнив это всё,
я вмиг пойду стихи свои писать.
И с каждым днём всё больше.
Опять, опять, опять.

Знаешь.
Наверное,
тебе когда-нибудь придётся их принять.
Когда отправлю, соберу странички все в тетрадь.
А так, пока, тебе я предлагаю ждать.

***

Веснушка, дурачься меньше. Ложись пораньше спать.
Учись всё больше. Слушай мать.
Софи всегда была права, и непослушен был тут я.
Не повторяй моих ошибок. Будь добра.
Старайся про меня... нечасто вспоминать.
Ведь твой отец чуть не посмел тебе
искусства крылья оборвать.
Рисуй картины, луч надежды и мой свет.
А я стихи о твоей детской радости
все буду сочинять.

***

Но знаешь, доченька,
я сквозь все города
буду твои картины
ждать.