Витрина искушения

Души моей тревога, сердца радость -
В витринах ярких затаилась сладость.
Романтика кондитерских шедевров -
Война и мир для гастрофИльих нервов.
Сияет выпечкой огромная витрина,
Не устоять, в ней дивная картина.
Лежит там королевский, пышный торт,
На нем клубника - самый лучший сорт.
Перед глазами крема дивного узор,
А в мыслях  - искушение, позор.
Лежит безе, как облака пушок,
Манит к себе румяный пирожок.
Начинки блеск, изюма аромат,
Для воли - плен, для совести - разврат.
Помадки глянец, сахарная пыль,
Забыта вмиг диет постылых быль.
Румяный бок поджаристой лепешки,
Сметаются ладонью в рот все крошки.
Мечтаний рой, эклера тонкий стан,
В кармане брешь, в сознании туман.
Глядит на покупателя эклер,
Порочности классический пример.
Огнем безумья светятся глаза,
Вновь бдительность теряет тормоза..
И душу пробирает тайный грех,
А в закромах звучит бесовский смех.
Рулета нежность, ягодная кровь,
К десертам грешным вечная любовь.
Прослойки шёлк, ванили сладкий плен,
Дрожанье рук и слабость у колен.
Орехов хруст, цукатов пестрота,
Для взора - рай, для чрева - лепота.
Многообразие слоек - хрупкая стена,
И аппетита мощная волна.
Повидла лик, корицы пряный дух,
Сомнений рой, надежд угасших пух.
Творожный круг, глазури синева,
От вожделенья кругом голова.
Малины сок, помадки чистый снег,
И разума стремительный побег.
Конфетный ряд, печенья хрупкий строй,
И совести проигранный мной бой.
Желе каприз, зефира мягкий бок,
И воздержанья горький мой урок.
Сиропа капля, кружево мечты,
И лишних килограммов уж черты.
Чуть откушу, еще... греха порыв,
Над пропастью диет отчаянный обрыв.
Сдаюсь я без борьбы, вдыхая аромат,
Где каждый мой укус - для совести набат.
Твержу себе: "Пора умерить пыл",
Чтоб защитить души усталый тыл.
Но вновь зефира мягкая гора,
Манит к себе, как летняя пора.
Лежит горой хрустящее печенье,
Неся уму и сердцу огорченье.
Рогалики сулят покой и нежность,
Но в них таится горькая безбрежность.
Пончик в пудре - круглая ловушка,
Для совести опасная игрушка.
Слойка с джемом, мягкая чертовка,
Против пОста - коварная уловка.
Пирожные как дивные творенья,
Достойны кисти или же варенья.
Круассан воздушный, словно птица,
Перед которой воля лишь частица.
Кекс с изюмом - тайное желанье,
Приносит телу только наказанье.
Профитроли в шоколадной бездне,
Напоминают о души моей болезни.
Маффин с вишней - яркая отрада,
Но после ждет души моей преграда.
Пряник мятный, золотая корка,
Во рту моем - блаженства оговорка.
Булочка с корицей - искушенье,
И разума немого сокрушенье.
Ром-баба в соке, влажная истома,
Влечёт меня из собственного дома.
Слойки, штрудель, яблочные дольки -
На талии жирок да совести иголки.
Души порывы - тяжкая беда,
Когда на блюде вкусная еда.
Опять раскаянье и вновь слеза...
Как вдруг на прянике из айсинга лоза.
Забыты клятвы, совести укор,
Веду с собою вечный этот спор.
В плену десертов тонет человек,
И так проходит весь его короткий век.
Не в силах разум побороть порок,
Когда в помадке каждый уголок.
Глаза застлала сахарная мгла,
И совесть как сожженная зола.
Опять сдаюсь я в этот сладкий плен,
Не ожидая в жизни перемен.
А правда шепчет горькие слова:
Когда не властвует над чувством голова,
Тогда десерт - минутная забава,
Чревоугодие - души отрава.
Даю себе зарок, что буду я кремень,
Но завтра  наступает вновь пирожных день.
Калорий яд течет по венам быстро,
В глазах от сахара так ярко и искристо.
И нет спасенья у гастрономических витрин.
Кто я, раба им!? Но кто им господин?
Гортанобесие свергает в бездну ада,
Чему толпа чертей там сильно рада.
Мораль ясна: где правит аппетит,
Там разум терпит тяжкий дефицит.
Коль нету сил умерить чрево злое,
То не видать тебе вовек покоя.

Декабрь 2025г Петрова Алена @alenadrive


Написано на фоне ежедневного поедания пироженок перед новым годом. Рождественский пост не выдержала, чревоугодие не победила. Отказаться от мяса или рыбы не сложно для меня, куда сложнее отказаться от мучного, от выпечки. Великий пост преодолела без мучного только с Божьей помощью. Чувствую, сейчас снова побеждаюсь пироженкоядением. И вот как быть, если, к примеру, одна подруга нажарила мне чебуреков, другая ягодно-яблочную шарлотку. Старались, вкусно получилось. Грех не съесть. И съесть грех. Потому что у такой вкуснотищи мера теряется.