Кричу, но не услышишь

Мои стихи всё простеют,
И оттого возвышать Вас не случится.
Голова моя всё пустеет.
Изучать ее как пустые листать страницы.
Я б посвятил вам все строки мира,
Если б только они имели ценность.
Босым бы дошел до Алжира...
Я б отменил пошлость,
Я б ваш лик в святыню возвел.
Главная моя оплошность:
Мои буквы острые и минуты нежности Вашей не передадут.
Любая грубость, равнодушие Ваше — по спине мне кровавый прут!
Я бы всё на алтарь возвел.
Деньги, славу, любовь и честь.
Лишь бы только видеть дверной проем,
Где вы счастлива, где вы есть.
Я графоманом был, им и остался.
Я плевал на совесть, растрачивал жизнь.
Пульс мой с каждой новой строкой прерывался,
С каждым новым концом,
С благоговением за вами наблюдая,
Я кланялся в ноги, и голос молвил
«молись».
Я молился за вас, за детей и Вашего мужа,
И кричал Вам с бездны «держись».
Я молился потому лишь,
Что в этом всем есть Вы.
Знаете, нет ничего дороже,
Чем упоминание мелодичного имени вашего.
Я не видел лица краше...
Души чище вашей не вижу.
Летите, я своим телом вас прикрою.

Кричу я, но вы...
Но ты меня не услышишь.