Хирургу...

  Сергею Фёдоровичу Гусеву.

 
«Вы не просто спасаете жизни — 
Вы умеете вселять надежду,
и это дорогого стоит.
Пусть и Ваша жизнь будет такой же ровной
и успешной, как самый удачный шов:
без лишних узлов, без натяжений и
на долгие-долгие годы.
Здоровья, сил, вдохновения и
побольше поводов для радости!
Пусть всё складывается так,
как хочется, и даже лучше!»

                ***

И вот над городом сгущаются туманы,
И жёлтый свет больничных тусклых ламп
Рисует тени, яркие, как раны, —
Он входит в ночь, как капитан на трап.

Холодный шов остыл от острой стали,
Часы застыли, в палатах свет застыл,
Глаза усталые всю правду мира знали,
Но он на это право миром избран был.

В чужой беде он каждый раз по горло,
Ему не спрятать сердца за халат,
Когда у двери плачет чьё-то горе хором,
Он молча гасит в голосе раскат.

Он хрупкий шёпот превращает в утро,
В морской прибой и сердца стук,
И там, где смерть уже стояла люто,
Он делает для жизни новый круг.

Ночные смены, кофе, пульс, тревоги,
Звонки из дома — «Ты приедешь? Ждём…»
Но ждут его стерильные  дороги,
Где каждый шов — мосток над днём и сном.

Он сильный тем, что позволяет боли
Пройти же сквозь него, но не ломать,
И этот крест, что взял по своей воле,
Он выбрал сам: лечить, беречь, спасать.

О нём не пишут в звёздных очевидцах,
Не дарят сцену, луч прожекторных огней,
Но каждый вдох спасённого в больнице
Звучит как гимн без слов и без речей.

Пускай же ночь всё гуще и суровей,
Пускай в окне не гаснет жёлтый свет —
Есть люди, чьё призванье — быть основой
Лишь там, где выхода другому нет.

И если вдруг устанешь, доктор, честный,
И кажется: «нет сил, и где их взять» —
Вздохни: в тебе живёт огонь небесный,
Который от души уж не отнять.

И вновь халат, как облако, на плечи,
И лезвие — как  тонкий луч средь темноты,
Ты — тот, кто превращает жизни свечи
В неугасимые,  упрямые мечты!


2000-'26гг.