Везувий

Пугающ и в величии безумен
Пылал огнём и грохотал гигант Везувий,
На землю извергая гнев богов.

Над Рима белизной, над славою Олимпа
В просторной и безлюдной вышине
Сидели мойры, нить вытягивали лихо,
Плели пророчества о вновь грядущем дне.

И вдруг на них снисходит озаренье,
Вплести стихии буйства каплю в век людской.
Пока недвижно дремлет адово творенье,
Сестра меньшая спешно двигает рукой.

Из пряжи бегло канитель судьбы сучилась,
Пока Лахесис предрекала жребий злой.
И вот, над городом Помпеи ночь сгустилась,
Не предвещая день смиренья за собой.

Цветут оливы, листья лавра благоухают,
Поют павлины в тех чарующих садах.
Своих богов агромны Рима восхваляют
Во сводах храмов, на священных алтарях.

Поют молитвы, чистых агнцов приносят
На жертву алчным всемогущим божествам,
О плодородии и процветаньи просят,
Но скоро страха тень пройдёт по головам,

Когда наступит уж последний день Помпеи,
И затуманит пепел лазурит небес,
И паника достигнет апогея
В умах народа, что сейчас карает Зевс,

Огня ссылая им невиданную силу,
Обуглив зданий мрамор, ужас поселив.
Приходит время третьей дочери Фемиды
Нить перерезать, всех спасения лишив.

И смерть неся, стекали лавы мириады
- Для римлян свыше не предписано спасенье -
Стремглав из жерла извергая недра ада,
Неаполя пророча возрождение.

И вот, свершилась воля вещей Парки,
Разгромлен древний город до руин.
Он погребён под толстым слоем пепла,
Стоит весь мертвен, непоколебим.