Голубощёкий бородастик
явился мне в тверском болоте.
Тропической зелёной масти
пропрыгал чёртик на приходе.
Красноголовый, с толстым клювом,
с хвостом, отлитым из лазури
берлинской, с ангельским прищуром.
Явился в миг, когда я птичку
свою читал по телефону,
ту птичку, орган неприличный
в которой поражает громом.
И это было, я скажу вам,
почище откровенья бумом,
сильней, чем просто причаститься.
Ко мне пришла с поклоном птица.
Из сердцевины ананаса.
И хоть я к чудесам привыкший,
я всё ж не Маркес, не Кортасар.
Но если вспомнить всех тех птичек
писал которых я явленье,
выходит я их сотворенье.
Свидетельство о публикации №126071401292