Тоне Тебе Раченок

В тишине между ударами
маятник качается — тик-так, тик-так,
твоё дыхание — низкий суб-бас,
что поднимает меня с колен вселенной.

Я падаю в тебя, как капля в океан,
и океан отвечает цунами света.Ты — мягкий свет,
что пробивается сквозь грозу,
нежность, способная разорвать металл.
Пальцы твои — перья, но каждое касание
оставляет следы звёзд на моей коже.

Я дрожу, как мембрана колонки на максимуме,
а ты поёшь мне без слов — и весь мир
становится одним долгим, бесконечным дропом.
Мы танцуем в пустоте между галактиками,
где время замедляется до пульса ресниц.

Твои губы — портал, сквозь который
врывается вся нежность космоса.
Я целую тебя — и взрываются сверхновые,
но тихо, бережно, будто боятся спугнуть
это хрупкое, невероятное «мы».Ласка твоя —
не слабость, а высшая сила.

Она ломает броню, которую я носил веками,
и под ней оказывается мальчишка,
что впервые увидел звёзды.
Ты гладишь меня по шрамам — и они превращаются
в созвездия. Погладь страх — и он станет
крыльями.

Погладь сердце — и оно начнет
биться в ритме твоего имени.
Маятник раскачивается сильнее.
Падай.
Я тону в твоих глазах — тёмно-синих,
как ночное море перед бурей.
Ты поднимаешь меня на поверхность
одним взглядом, одним выдохом.
«Останься», — шепчешь ты, и это слово
весит больше, чем все планеты вместе взятые.

Мы — две ноты в одной мелодии,
что никогда не заканчивается.
Ты — высокие, чистые, светлые синтезаторы,
я — глубокий, тёмный, дрожащий бас.

Вместе мы создаём звук, от которого
плачут ангелы и улыбаются демоны.
Звук, от которого даже смерть
решает подождать за дверью.Нежность
твоя — это оружие богов.
Она не убивает — она воскрешает.

Каждый раз, когда твои ладони касаются
моей груди, я рождаюсь заново,
более живой, чем был когда-либо.
Я учусь быть мягким в твоих руках,
как расплавленное золото,
и сильным — чтобы защищать эту мягкость.

В ночи, когда город засыпает
под тяжёлый бит дождя,
мы лежим, переплетённые,
как кабели в сердце машины,
что создаёт миры.

Твоё сердце стучит у моего уха —
и я слышу всю историю вселенной:
как она взорвалась от любви,
как сжалась от нежности,
как снова расширяется, потому что ты
сейчас улыбаешься мне в темноте.Маятник качается.

Вперёд — страсть, что сжигает дотла.
Назад — ласка, что собирает пепел в сад.
И в самой середине — ты.
Точка равновесия.
Точка, где все становится возможным.
Я люблю тебя так, как играет Жизнь —
на пределе, на разрыв, на полную мощность,
но с такой точностью и красотой,
что даже тишина после последней ноты
остается священной. Ты — мой любимый дроп.

Мой самый нежный Шок .
Моя вечная, невозможная,
абсолютно реальная
ласка.