Комиссаржевка

Я могу называться дитем театра.
Ребенок актеров, плод недостатков,
Где есть место мне в толпах широких залов,
Что впускают в фойе ещё шире размахом.

Я могу обозвать себя тем, кто знает,
Что там прячется посреди сцены, в изгнании,
В изнанке задника, вены и далее
Несущие их провода куда-то в высокие дали.

Я могу называть себя путешественником
Коридоров, дверей комнат и их отсеков.
Почти пилигримом, за исключением
Того, что в вере ребенка нет никакой цели.

Я не столько смотрел, сколько изучал.
Я всегда был ближе, чем просто зритель.
Кулисы это или невзначай
Подсмотренный в поиске риска смысл.

Я гулял по развалинам декораций,
Пересекал эпохи, их жанры, клоки
Одежд, бутафории, избегал дистанцию
С тем миром, что похож на наш. В итоге

Мне казалось, что нет здесь предела счастью, –
Познавать что-то, что не дано другому.
Так и было, и знаю, что будет снова,
Моя радость с театром, не разлейте воду.

Так и детская ножка по черным подмосткам.
Теперь они черные из-за сажи.
Слились по цвету с колосниками
И мазками угля и воспоминаниями.

И актерами, коих больше нет,
Что о смерти шутить любили. Не
Спектаклей, названий которых след
Простыл в сегодняшнем репертуаре.

Ничто не вечно, хотя лишь то,
Что замерло в темном портале.
Комиссаржевский ребенок театра был
И останется в том же театре.

И здесь нет ни трагедии, ни проблемы,
Нет задачи, нет катастрофы.
Есть периоды, годы, недели времени,
Есть актеры, а также их роли.

И их вечность в пространстве короба,
И извне, даже если рай или ад пиромана и дня простого,
Театр, не забывай меня,
Как и я не забыл про слово.


Посвящается театру им. В.Ф.Комиссаржевской в связи с пожаром его сцены.