***
В чаще лесной, где туман молоком
Спрятал тропу за гнилым буреломом,
Ведьма живет в старом доме пустом,
Травы толчет под вороньим псалмом.
Ты приходил к ней просить приворот,
Клялся в любви у заросших ворот.
Только слова твои — пепел и дым,
Станешь навеки ты чьим-то чужим.
Не играй с огнем болотной воды,
Если сам не боишься беды.
Не обманывай ведьму в ночи,
Лучше просто замри и молчи.
Ее сердце острее осоки,
А любовь ее бьет прямо в сроки.
Заиграешься словом пустым —
Растворишься во мраке густом.
Она знает все тайны на вкус,
На тебе отработает грусть.
Не смотри в этот омут зрачков,
Ты для сильных оков не готов.
Лунная нить оплела твой висок,
Сделан последний неверный глоток.
Зелье из слез заколдованных дев
Превращает гордыню в напев.
Ночью очнешься в трясине глухой,
Волосы спутаны мертвой травой.
Голос любимой звучит над тобой,
Но обернешься — лишь волчий конвой.
Ведьма не терпит расчетливых игр,
Для нее каждый лжец — сувенир.
Не обманывай ведьму в ночи,
Лучше просто замри и молчи.
Ее сердце острее осоки,
А любовь ее бьет прямо в сроки.
Заиграешься словом пустым —
Растворишься во мраке густом.
Она знает все тайны на вкус,
На тебе отработает грусть.
Не смотри в этот омут зрачков,
Ты для сильных оков не готов.
Она плакала так же, как все,
На холодной и мокрой росе.
Доверяла мужским зеркалам,
Пока душу дробили по швам.
Теперь в венах не кровь — серебро,
И проклятье легло на ребро.
Хочешь власти? Бери, получи.
Только правду теперь не кричи.
Шепот становится громче шагов...
Запах полыни... Тяжесть долгов...
Шаг. Еще шаг. Ты идешь на алтарь.
Прощай, мой красивый, бездушный январь.
Свидетельство о публикации №126071300241