Я есмь...

Я липа у распахнутых ворот,
Изрешечённых майскою порой,
Когда вершился жизни поворот,
Для тысяч ставший вехой роковой.

Я конура в пустом теперь дворе.
В былые времена здесь службу нёс
Приветный к старикам и детворе
Сейчас голодный одичалый пёс.

Я грядка с развороченной землёй,
Без всходов: им родиться не судьба,
Когда сжигают семена грозой,
Когда идёт смертельная борьба.

Я крыша. Из моей большой дыры
На звёзды ночью комнаты глядят,
Не знавшие до нынешней поры,
Как смертоносных птиц летит отряд.

Я детская коляска у крыльца,
Бесхозная, без ручки и колёс,
Начало жизни, часть её конца,
Свидетельница страха, боли, слёз.

Я книга сказок, что хранил народ
Наследникам премудрости святой.
Намеренно раздавлен переплёт
Кощунственной, бездушною пятой.

Я трещина на кухонном окне.
Христос глядит с иконки на меня,
Винясь: в братоубийственном огне
Не уберёг семейного огня.

Я осень жизни в маленьком селе,
Где дружно вековали сто семей.
Теперь пылится путь их в ковыле
От вваленных глазниц земных дверей.

Я память о безвременной войне –
Проклятии народов на века,
Чудовищной, немыслимой цене
Их жизни без страниц черновика.

Я вера в разум и добро, в людей
И в воскрешенье данных свыше скреп:
Храни в душе любовь, копи друзей,
Во имя мира преломляя хлеб.