Казанец

Величайшая моя работа за 2023-2026
Спасибо, Казань. Мои 14 лет жизни благодаря тебе прекрасны.
Особые благодарности:
Татарка by Ясмина Сибаева
Федор вдохновлен произведениями А.С.Пушкина
Вдохновение нашел в стихах Г.Тукая
За изучение города благодарю родителей и близких



Из градов всех, что на земле стоят,
Что своей славою блистают,
Есть город, что услада всех услад
Его Казанью называют.

И город тот прекрасен и богат,
Собрал в себе невиданные дива.
Там каждый день чудес парад,
И затаились в нем чудесные мотивы.

Он красотой своей людей обогащал,
Он ярче делал солнца свет.
Он слезы вытирал в печаль,
И давал на все ответ.

По правде вам сказать: милее града
Вы не найдете, как бы ни искали.
И взору хорошо, и сердце очень радо,
Ведь любовь Казань вовеки освещала!

Ах, как прекрасны улочки Казани,
А как прекрасен его сладкий дух…
И в разуме теплится осознанье:
Все хорошо; прошла пора разлук!

И неизвестный вдруг прохожий
Очистит душу всю от мук!
Он улыбнется, и все, что было сложно
Превратится в легкий пух!

Казань видала столькое,
Что можно и упасть.
И вера ее стойкая
Жила сквозь каждую напасть!

Ей сроду больше десяти веков,
И за свое существованье
В ней, пришедшие из снов
ЖилИ любовь и созерцанье.

И словно чаша дополна
Была наполнена она
Душой, улыбкой, красотой
И вечной радостью мирской!

Пятьсот далеких лет назад,
Ее три раза штурмом брали,
В итоге-все ж не проиграли,
А стал казанцам русский точно брат!

И казанцы жили в мире и покое,
Казань блистала красотой,
Не накрывало ее облако плохое,
И воздух был прекрасный и чуднОй!

И близ Казани, недалёко
Где жизнь мила и не жестока,
Село стояло на холме
Где виды-точно на Луне.

Там люди жили; люди дела,
И пока небо свою песню пело,
Они трудились-в хлеве, поле,
И были они с ленью в ссоре.

Там жизнь кипела, как везде,
И в яркой поля красоте
У всех свои были заботы,
У всех своя была работа.

И там любили, там дружили,
Там люди очень ладно жили,
И среди жизни и трудов
Селянин жил с фамилией Долгов.

Звали его Федей; безо всяких странных штук,
Он был другом и рабочим,
Что с утра до поздней ночи
Проводил в селе досуг.

Он просто жил, имел обиды,
Имел друзей и солнца свет.
Имел он красочные виды,
Имел закат, имел рассвет.

Но Федор счастлив очень был,
Он был отвергнут грустью.
Ведь он искренне любил,
И был в достатке этим чувством.

Он думал, все идет по плану,
Он думал, что взаимна их любовь,
Он думал, добрым мужем станет,
И не имел плохих он снов.

Но вот однажды в вечер,
Когда собралось все село
На дружественной встрече
Он потерял все то, что вверх его вело.

Его любимая сказала,
Мол, что она совсем другая,
И не подходит ею он,
И что напрасно он влюблен.

Что другого она любит,
И с ним у ней женитьба будет,
И что вот уже как день она
С другим совсем помолвленА.

Он сел на пол в непониманье,
И в разум приходило осознанье:
Все кончено, и все он потерял,
И безвозвратно проиграл.

Слезы навернулись на глаза,
И он совсем не понимал:
Как так, что превратились чудеса
В такой ужаснейший кошмар.

Он стал другим: нахмурив брови,
Он бесцельно просыпался,
И, не говоря ни слова,
Он уходил и возвращался.

Друзья его не понимали,
Куда его энергия пропала,
И почему молчал он, глядя в пустоту
Всегда, не видя красоту.

В его жизни страсти появились:
И днем, и ночью, и всегда
В его главе стихи крутились,
Про кои не говорил он никогда.

Он излагал свои мысли на бумагу,
Он горечь чувствовал в душе,
И постепенно, шаг за шагом
Все хуже становилось в голове.

И вот в один из ярких дней,
Когда никто проблем не знает,
Вдруг в дом зашли его пятеро друзей,
Сказав, что разговор их ожидает.

Его лучший друг сказал:
«Что-то ты совсем пропал,
На тебя без слез не взглянешь,
И взглядом ты своим караешь.

Что случилося, дружище?
Стал ты хмурым, стал ты тише,
В чем проблема? Расскажи,
И ничто не утаи.»

Бросив томный взгляд на них,
Отложив в сторонку стих,
Начал тихо говорить,
Чтобы душу свою наконец-то излить.

«Ты знаешь, друг, проблема в том,
Что целиком я осушен,
Что потерял я смысл в дне,
Что все прекрасное осталося во сне.

Все, что было хорошо,
Стало плохо. Ведь она
Полоснув по мне ножом,
Молвила, что в иного влюблена.

Остался я ни с чем; ни счастья, ничего,
Ни смысла каждый день вставать,
Лишился, в общем, я всего,
Что имел и о чем мог мечтать»

Друзья минуту постояли,
Подумали, поразмышляли,
И вновь они заговорили,
С неведомою слова силой.

«Так значит, все ее вина!
Так значит, с нею ничего не получилось?
Ух, ну и подлая она!
Что так с тобою поступила!»

Прервав внезапно разговор,
Снова его лучший друг вступил,
Облокотился он на стол,
И Феде он проговорил:

«Ты, брат, мыслишь не о том,
Любовь-не вся жизнь целиком,
Я понимаю-тебе сложно осознать,
Но должен ты это принять.

А знаешь, друг, подумал я
Для печального тебя
Есть лечение чудное,
Что спасает всех от горя.

Поезжай, Федя, лечиться,
Не в какую-то больницу.
Поезжай в Казань, родимый,
Будешь там ты ввек счастливый.

Город тот такой красивый,
Город тот и вправду диво!
Он душой излечит всех,
И вернет всем чистый смех!»

Федор долго препирался,
Не хотел он уезжать.
Но в итоге все же сдался,
Стал он вещи собирать.

Вот уж день другой приходит,
Долгов на дороге стоит.
Он в смятенье: ходит, бродит
Да и кучера свистит.

Он сердечно распрощался,
С каждым другом он обнялся,
Вещи взял да сел в повозку,
И уехал по дороге жесткой.

Друзья его махали долго,
Жалко было им терять
Друга. Но они знали: для Долгова
Пора другую жизнь искать.

Спустя два часа дороги
Въехал Федор в град Казань.
Спрыгнув вниз и став на ноги,
Он понял-сколько не видал.

Лишь огляделся он вокруг,
Как ослеп он от красы.
И в разуме зашевелилась вдруг
Мысль, чище всяческой росы.

На каменной дороге он стоял,
Мимо проходили люди.
Мир вокруг сиял, блистал,
А в душе теплилось чудо.

За свою жизнь он никогда
Не видел столько зданий.
И наконец, пришло к Долгову осознанье:
Его место здесь абсолютно навсегда!

Придя в себя, пошел он дальше,
На время для себя искать жильё.
Он не видал вовеки краше
Мест, где так мило и тепло.

Стояли домики рядами,
Красивые, с душой.
И словно вот оно-то место из мечтаний,
Где лад в гармонии живет с тобой.

Он в людях чуял чистую любовь,
Такими милыми их были лица…
И все вокруг как будто бы пришло из снов,
А на лице улыбка продолжала виться.

Для Федора, что поле матерью считал,
Все было сказкой наяву.
Он никогда такого не видал,
И вдохновенье в душу заползло к нему.

Он вышел на улицу-нет, к райским вратам,
Он вышел на Баумана, что волю дает чудесам.
Столько ума и работы здесь было,
Что Долгова сразу всего осветило.

Сидел музыкант, на курае играя,
То-казанская дудка чудная.
Рядом-Богоявленский собор,
Что видом лишь грусти ставит забор.

Дальше пошел он, улыбаясь, светясь,
Ведь столько чудес не видал отродясь.
Театр Качалова он увидал,
Рядом с Казанским котом он стоял.

Вышел и замер; ведь увидел внезапно
Кремль, стоящий смело и статно.
А там-красота, что тешит глаз,
Что лучше всего во сто раз.

Там-Кул Шариф, там Никольская церковь,
Там-стены, что веками служат верно,
Башня там Сююмбике,
И стоит это все на Казанке реке.

Спустился он по Ивановскому спуску,
Забыв про проблемы, усталость, нагрузку,
Он был в наслажденье от того, что он видел,
Забыл все обиды и всех, кто обидел.

И вот гостиницу Федор нашел:
В дверь постучал да и внутрь вошел.
Тут же снял себе он номер,
И спать пошел, ведь был он сонный.

Проснулся утром; солнце светит,
В окно глядит чудесный вид.
И счастью ничего не претит,
И каждый злой момент забыт!

И вот он начал жить в Казани,
По-новому на мир смотреть.
Занимался Федор своими делами,
Стихи писал, и вновь он начал блестеть.

Его тот град чудесно излечил,
В нем он залатал дыру.
Федор про печаль и тоску позабыл,
И вновь он начал доверять нутру.

У него в Казани друзья появились,
С ними он время свое проводил.
И хорошо ему там жилось,
Ведь город грусть всю победил.

Он видел красу каждый день из окна,
Он по паркам казанским гулял,
И сила, и радость ему воздана,
И мук и тревог он вовсе не знал.

И так три месяца прошло,
И Федор стал Казанцем.
И счастие его нашло,
И стало ему милым братом.

Он изучал историю активно,
Он много нового узнал.
Стал душевно очень сильным,
И добрым другом всем он стал.

Был он культурно образован,
На балы, в оперу ходил,
И вдохновение нашел он снова,
И просто счастливо он жил!

Но вот однажды темной ночью
По набережной он гулял.
Казанку наблюдали его очи,
И ничего чудного он не ждал.

Но вдруг увидел у ограды
Прекрасно диво, чудо града.
Стояла девушка прелестна,
Что видом своим пела песню.

За время, что Казанец в граде жил,
Он никогда такой красы не видел.
И затаился целый мир,
И радость из металла вдруг отлита.

Прекрасней девы в граде
Он представить и не мог. Отрада
Вдруг наполнила его,
И не осталось злого ничего.

Ее прекрасное лицо,
Ее чудесная улыбка,
Делали вокруг светло,
И затмевали все ошибки.

Он улыбнулся; ближе подошел,
Он подумал, счастие нашел,
Рядом он облокотился,
Да и речью обратился:

«О, здравствуйте! Разрешите вам сказать,
Что я поближе вас хотел б узнать.
Мне интересно очень сильно,
Узнать: какое ваше имя?»

Он был в чудесном восхищенье,
Он был рад такой судьбе.
Быть может, наконец-то сквозь забвенья
Он спутницу найдет себе?

Она же, точно не проста-
Та девушка была из тех,
Что ночью, что в белизне утрА
Не знает простоты потех.

Она взглянула не него,
Уверенно сверкнув очами.
Проникла в душу вмиг его,
И лишь потом она сказала:

«Здравствуйте-с. Мое имя могу вам сказать,
Камиллой меня вы можете звать.
Ну, будем знакомы. Как вас величают?
Федор? Хорошо, теперь друг друга мы знаем»

Он предложил ей пройтись вдоль реки,
Она согласилась. Но понял уже
Что не проста она, и взгляды ее велики,
И не добьешься ее тотчас же.

И вот, он начал воевать,
Он вел былинную борьбу.
Себя он стал полировать,
Чтобы найти свою судьбу.

Он с ней гулял почти что каждодневно,
Он много с нею говорил,
Ломал он шаг за шагом стены,
Ведь яркий луч его манил.

Он приглашал ее куда-то,
На балы, в оперу и на балет,
Незаметно, он будто стал солдатом,
Что сражается, пока льется свет.

Он начал много размышлять,
О том, достигнет ли мечты.
Хотел он до вершины добежать,
И внять всю прелесть красоты.

Все он сближался с ней,
Он все возможное творил.
Он дарил подарки ей,
И много с ней он говорил.

Страдал Казанец временами,
Ему казалось, что она
Не хочет знать его; и все его старанья
Просто вылезли из сна.

Иногда, ему хорошее чудИлось,
Что с каждым шагом ближе он.
И что душа его с ее уж слилась,
И что все это не сон.
Спустя полгода долгих мук,
Он наконец-таки решился.
Он решил: «Пора, мой друг,
Признаться ей, что ты влюбился»

Он лучший свой надел костюм,
Гладко выбрил он лицо,
Перекрестился; сотни дум
Делали вокруг светло.

Он подошел к ее окну,
Он позвал ее с собой.
Вышла вот она к нему,
И пошли они тропой.

Федор решил, что сейчас,
Когда вышли они к белому Кремлю,
Он остановил ее; и проговорил тотчас:
«Камилла, я тебя люблю!»

В ступор впала вмиг она,
Потом вдруг улыбнулась.
И внезапно жизнь стала светла,
И духи счастия проснулись.

Но вдруг какой-то человек,
Отделился ото всех, переменив свой вид.
Он гневен был, как будто век
В нем жили бестии обид.

Он подошел к Казанцу; злостно посмотрел,
И начал вдруг он говорить:
«Слушай ты, бессовестный пострел,
Ты совсем решил свой разум загубить?

Я девушке этой законный жених,
И никто не посмеет ей так говорить!
И что ты головой поник?
Скажи, что просто решил пошутить!»

Но тут Камилла сказала с мольбою:
«Иван, зачем же ты споришь с судьбою?
Я же тебе сказала давно,
Что между нами нет ничего!

Я любила тебя всем своим сердцем,
Но оказался ты многожЕнцем!
Я тебя видела с дамой другой,
Так что, уйди, изменщик ты злой!»

Иван свирепо посмотрел,
Перчатку снял он зло.
И вдруг сказал он: «Дуэль!»
И просил ею Казанцу в лицо.

Казанец рот открыть хотел,
Но Камилла прорыдала вдруг:
«Откажись от этих грязных дел!
Сохрани себе ты жизнь, мой друг!»

Но Казанец не пошатнулся,
Спокойно вдруг проговорил:
«Согласен.» время назначили тут же,
Так он ушел, и слезы не лил.

На деле ж он придумал план,
На деле все уже он знал,
«Завтра утром быть дуэли»-
Мыслил он, лежА в постели.

Утро раннее настало,
Улыбнулось, и подняло
В небо яркое светило,
Что на город злато лило.

Федор улицей идет,
Тихо песенку поет,
И готовится тотчас
Принимать врага сейчас.

Вот собрался вмиг народ,
И взволнованно глядит
Камилла, стоя у ворот,
И сердце быстро все бежит.

Встретились враги уже,
В стороны пошли.
И стояли в мираже
Яркой солнечной зари.

Первый выстрел на Казанце,
Весь свой путь припомнил он,
Кружились его мысли в танце,
Как любовь свою нашел.

Вот-конец мышлений, вот
Тот самый роковой момент.
Не глядя в сторону невзгод,
Он в душе призвал весь свет.

Он прицелился, наконец
Нажал он на крючок.
И вот сейчас-один конец,
И истины момент жесток.

Со свистом вылетела пуля,
И летит она, летит,
И дымится револьвера дуло,
И сердце сильно так стучит…

И вот дошла свинцовая коса
До цели. Раздался лязг, неровен час
Полетела вмиг искра,
И выронил Иван оружие свое тотчас.

Ведь Казанец специально,
Не желая делать раны,
Целился  в прицел
Прямо во вражины револьвер.

И тотчас раздался крик,
И Камилла в тот же миг
К Федору тут прибежала,
Да его поцеловала.

И назначили они,
Не зная никакой беды,
Свадьбу эдак через месяц,
И утонули они в лести.


И вскоре свадебку сыграли,
И счастливыми вмиг стали.
И Казанец, и Камилла
Супруги сейчас милЫе.
Здесь сокрыта мудрость мира:
Если в разуме беда,
Казань всегда собой дарила
Лучезарного добра.

Мил и весел, чист, воспет,
Этот город на века.
Сколько не прошло бы лет,
Казань всегда была светла.

И в ней познаешь ты себя,
Если душу распахнешь.
И тот город полюбя,
Счастье истинно найдешь.

Всегда тоска бывает излечима,
Всегда во тьме припрятан свет.
Тогда вперед-смотреть на дива,
И чудный разума рассвет!

476 строк