Невинно убиенные

Их подняли по первому приказу,
Ещё безусых, юных — и в штыки.
Им не дано ни выбора, ни срока,
Лишь марш-бросок вдоль стынущей реки.
Они шагали молча, без гордыни,
Без жалоб, без оглядки на житьё.
Их ожидало первое крещенье
Не в храме — в поле, где гниёт жнивьё.

Их матери седые у околиц
Всё ждали писем, скомканных в горсти,
Но вместо строк — казённый треугольник,
Где в двух словах: «Без вести… Не спасти».
Они легли в сырую землю-матерь,
Не распознав, где враг, а где их брат.
Им Родина шептала: «Будьте святы»,
Но превратила только в дым и смрад.

Кто дал приказ — не ведал этих лиц,
Не знал имён, не слышал колыбельной.
Он просто двинул тысячи единиц
На страшный пир, на праздник беспредельный.
А те, кто выжил, — те не говорят
О том, как пахнет смерть на поле бранном,
Как стынет кровь на выжженной траве,
Как небо давит куполом стеклянным.

Я не могу их подвиг оценить
Ни словом пафосным, ни звоном славным.
Им просто выпало — страну любить
И стать в веках упрёком безымянным.
Но я шепчу над братскою плитой:
«Простите нас, оставшихся под небом,
За то, что гнали вас на смертный бой
Залитым кровью, почерневшим хлебом».

И если есть тот свет, где нет войны,
Где ангелы не носят автоматов,
Пусть примут их, простив земные сны,
Безгрешными — не нужно им расплаты.
Они ушли, не зная ничего,
Исполнив долг, как сердце приказало.
Их души — белый снег над целиной,
Их память — нашей скорби покрывало.