Варвара

Озябший, у травницы дома, в тепле,
Я сердце лечил в полнолуние.
Недуг-то я вылечил, но заболел
Прелестной хозяйкой, ведуньей.
 
И брагой студёной унять не под силу
Любви колдовского пожара.
Не жаба грудная меня погубила —
Меня погубила Варвара.
 
В былое такого безумного дива
Во сне б не привиделось даже:
Она по ночам мастерит из крапивы
Искусную тонкую пряжу;
 
А я на болоте, от бесов тайком,
Срываю шалфей и фиалки.
В бессоннице думаю только о том,
Не грустно ли милой за прялкой.
 
Все тропы опасные стали родными
С тех пор как ведунья Варвара,
Над чашей с теплом прошептав моё имя,
Меня напоила отваром.
 
В сей чаше великое счастье пророчили
Незримые тайные духи;
И привкус полыни той сказочной ночью
Был слаще густой медовухи.
 
А ныне изгнанник, в цепях колдовских,
Прошу, хоть просить и неловко:
«Но если же я непутёвый жених —
Скорей обрати меня в волка.
 
В плешивого волка в ничтожном обличье,
Что б в морок беззвёздный и в холод
Во век не сыскать мне чумному добычу.
Я этакий вынесу голод.
 
Но если увидишь следов вереницу,
Ведущую к ро'дным воротам,
Подбрось отворотного яду в криницу,
Скажи отворотное что-то».