Каждая вещь помнит руки мастера
В селенье, где пылились дни,
Где вечер пах смолой и хлебом,
Жил мастер тихий у двери,
Не споривший ни с кем, ни с небом.
Он шил не обувь — чью-то жизнь,
Стежок к стежку, без лишней спешки.
И каждый, уходя, носил
Не только кожу, но и веру.
А у стены, в углу пустом,
Лежал сапог — простой, потертый.
Он был когда-то молодцом,
Да стал свидетелем работы.
Не раз хозяин брал иглу,
Но, посмотрев, её откладывал.
Чужую боль он видел вдруг —
Свою опять не разглядывал.
Сапог молчал. Он не роптал.
Не знал ни зависти, ни злости.
Он только тихо ожидал,
Когда наступит день для гостя.
И как-то вечером седым,
Когда затихли разговоры,
Сапожник сел совсем один,
Устав смотреть на все дороги.
Он взял забытый свой сапог,
Провёл ладонью по заплатам
И вдруг подумал:
— Видит Бог…
Я всем служил, а жил ли сам когда-то?
Игла качнулась в тишине,
Как маятник у старых башен.
И первый стежок был не коже —
Он был душе, что стала старше.
С тех пор никто не замечал,
Что изменилось в той избушке.
Но каждый путник уходил
Чуть тише…
И немного лучше.
Свидетельство о публикации №126071205041