С привкусом горчинки
курил «Прибой», горбом грузил вагоны.
Все звёзды щедро юным раздарил
давно, себе оставил лишь погоны.
На блиндажах давно цветет полынь,
качает ветер полые тычинки.
Прохожий бросит в спину: «Эй, бобыль…» —
ну что с него — солома без мякинки.
Струится дым прожжённых сигарет,
окутывая горечью газеты,
в которых не найти ему ответ —
лишь стих Марины, как весны приметы.
Грудной карман от горечи саднит,
фуражка в кулаке до боли смята.
Он ладно скроен, вновь врачами сшит,
но главное — спаслись тогда ребята.
Он помнит всё: забвение и плен,
и жизнь что «до», как Новый год с картинки.
Учился сам без рук вставать с колен.
Да, он такой — он с привкусом горчинки.
Свидетельство о публикации №126071204499
Она сидела на полу…
__
Она сидела на полу
И груду писем разбирала –
И, как остывшую золу,
Брала их в руки и бросала –
Брала знакомые листы
И чудно так на них глядела –
Как души смотрят с высоты
На ими брошенное тело…
О, сколько жизни было тут,
Невозвратимо-пережитой!
О, сколько горестных минут,
Любви и радости убитой!..
Стоял я молча в стороне
И пасть готов был на колени, –
И страшно-грустно стало мне,
Как от присущей милой тени.
1858 г.
Тауберт Ортабаев 12.09.2026 16:48 Заявить о нарушении
Раушания Фасхутдинова 12.09.2026 18:52 Заявить о нарушении