Пощёчина, или услужливый дурак опаснее врага

Валерий МАлышков — так точно!
Быть может, с ним встречались вы
В среде серьёзных полномочных,
А также питерской братвы.

Мы с ним учились в разных классах.
Он старше был на пару лет.
Ему уже вручили паспорт.
Он был здоровый, как атлет.

Не думал о плохих оценках
В своём помятом дневнике.
Любил на школьных переменках
Девчонок тискать в уголке.

Он был вихрастым бойким парнем
И выделялся средь других,
И если в чём-то был ударник,
Так это выпить на троих.

И если чем-то увлекался,
Так это бегать со шпаной.
Ментам частенько попадался.
Ну, в общем, парень был плохой.

При этом нравился девицам.
Встречался с бабою одной.
Он к ней из Северной столицы
Стремился в каждый выходной.

Мотался он к любимой тёлке
И полон был больших надежд.
Она жила в глухом посёлке,
Где мой отец купил коттедж.

Я с ней ни разу не встречалась,
Не знала я её семью.
Моя подруга с ней общалась
И подложила мне свинью.

Что мы в одной с Валеркой школе,
Я Таньке проболталась вдруг:
Он симпатичен мне, не боле,
Он не товарищ мне, не друг.

По глупости, а не по злобе
Татьяна всё переврала,
Пришла к Валеркиной зазнобе
И ей легенду наплела:

Как будто я давно с Валерой,
Мы вместе в школе и везде,
А к ней он бегает, наверно,
По половой своей нужде.

Тут у зазнобы сносит крышу,
Она с Валеркой тотчас рвёт.
Я ничего о том не слышу,
И мне, вообще, всё невдомёк.

На сердце рана у Валерки.
Страдает, бедный, каждый миг.
И вот, как чёрт из табакерки,
Передо мною он возник.

Я шла с подругами из школы.
Был тёплый солнечный денёк.
А тут Валерка невесёлый
Мне путь под аркой пересёк.

Ничто не предвещало ссоры.
Вдруг, размахнувшись что есть сил
И не вступая в разговоры,
Он мне пощёчину влепил.

Застыли в ужасе подруги,
У них в глазах немой вопрос.
И я сама лечу в испуге,
Как будто поезд под откос.

Валерка сразу испарился,
Ничтожный трус, тупой подлец,
Под землю словно провалился
Сей похотливый мелкий бес.

Меня окутали сомненья,
Обида, ярость, стыд и боль.
Такое в жизни оскорбленье
Со мной случается впервой.

Смекнула я, откуда уши
Могли предательски торчать.
Я еду к Тане, чтоб послушать,
Что это может означать.

Татьяна долго отпиралась,
Со мной юлила так и сяк.
И, наконец, она призналась,
Что это был её косяк.

Она плохого не хотела.
А чтоб Валерка был со мной,
Большую ложь пустила в дело,
Не согласуясь с головой.

С тех пор я помню эту мудрость:
Любой услужливый дурак
Когда применит свою дурость,
Всегда опаснее, чем враг.