Грешная любовь

История-исповедь одной подруги, в которой живут миллионы людей, но не осмеливаются об этом рассказать. Написано и опубликовано с её согласия. Имя изменено по понятным причинам.

Это повествование не призыв к изменам,  связям на стороне и разрушению семьи, а призыв к сохранению любви, чувств, отношений, чтобы предотвратить или значительно сократить возникновение таких связей.


Утро. Звенит будильник. Даша протянула руку, чтобы его выключить, бросила беглый взгляд на стрелки часов и с удовольствием констатировала, что утро действительно наступило. Она радовалась каждому утру. Для неё это было не только начало нового дня, но и возможность раствориться во множестве дел современной замужней женщины. Возможность отвлечься и забыть прошедшую ночь. Отвлечься и не думать о наступающей. У неё впереди невероятно короткий  длинный день, который пронесётся так же быстро, как и предыдущая неделя, месяц, год, пол  жизни...
 Но сейчас она не хочет об этом думать. У неё впереди целый день свободы, она останется одна со своими мыслями,  растворится среди людей... знакомых..., незнакомых...,  просто пассажиров метро, коллег по работе, среди тех, кто будет стоять с ней в очереди в кассу магазина, да и мало ли где ещё... Иногда она обменяется с кем- то  двумя-тремя  банальными житейскими фразами о погоде или о том, что в этом году наверно снова поднимут налоги, цену на электричество, воду или продукты. Неважно... Они все заполнят пустоту её существования, она сделает глоток свежего воздуха и когда наступит вечер, ей уже будет не так одиноко проводить его с когда-то горячо любимым мужем, теперь, с безразличным ко всему и даже к самому себе, человеком. От прежнего мужа не осталось и следа, но оставшаяся его тень, его оболочка всё так же гордо носит это имя. За весь вечер, с трудом отрывая взгляд от телевизора, он скажет ей спасибо за ужин, какую погоду передали на завтра и в лучшем случае  они смогут обменяться ещё несколькими истёртыми от старости фразами.  И только ночью он оживится на какой-то момент, чтобы доставить себе удовольствие.  Себе, потому что ей это не доставляет удовольствия уже давно. Он оживится, чтобы воспользоваться телом женщины как куклой, телом, которое с ним уже ничего не связывает, кроме супружеского долга. Какое страшное словосочетание: «супружеский долг». Она никогда не думала, что он может быть так нестерпим. Это не любовь, а долг. Любовь была раньше. Она  стучала в его сердце и не достучалась, она расправляла крылья, чтобы уберечь его от испытаний, она самоотверженно проходила через все лишения, она закрывала глаза  на его истинную натуру, на безответственные поступки и на возникшую и непомерно растущую пропасть между ними, она умела всё прощать и находила силы и возможности всё исправить, она билась как раненая птица, но так и осталась незамеченной и неоценённой, и в конце концов оказалась выброшенной умирать на обочину. Она истекала слезами, умоляла её спасти. Все мольбы были тщетны. Когда не осталось больше сил, она умерла. Когда это произошло? В какой день и час? Даша не знала. Только знала, что это измеряется годами. И она ненавидела ночи. Сколько времени? Она не знала. Только знала, что это измеряется годами.
Еще час и он уедет на работу. Она останется одна, снимет с лица тягостную улыбку и станет сама собой. Ночь прошла, занавес упал, спектакль окончен. Очередной спектакль, нескончаемый, без смены декораций и действующих лиц. Спектакль, где надо играть страсть, любовь, чувства, желания. Надо, но не хочется. Надо, потому что прожито вместе много лет, 15 лет... Это пока что вся её взрослая жизнь. Из них половина лет была самоотверженно отдана на построение простого человеческого семейного счастья, на погоню за его любовью, погоню без правил, погоню, где не указана дистанция и временные  рамки. Только бы его завоевать, только бы не разрушилась семья. Надо было научиться терпеть и прощать все глупости и безответственность взрослого человека, безответственность за детей и семью. И любовь умела прощать. Юношеская, безумная, слепая любовь, которая охватила когда-то всё её существо, которая не давала спать по ночам, окуная ещё совсем молоденькую девушку в грёзы о предстоящем счастье, которая не слышала голоса разума и не видела валунов, стоящих на своём пути, которая верила, что пройдёт по тернистому и каменистому жизненному пути к своему заоблачному счастью, пройдёт не споткнувшись и не упав. Она верила, что палящее солнце зависти не опалит её крылья, но тёплое весеннее солнце любви растопит льды несправедливых обид, что холодный пронизывающий ветер испытаний не вырвет её с корнями, но высушит её слёзы.
В ногу с любовью шла надежда, надежда, что поймёт, оценит, изменится и всё ещё будет хорошо. Годы и её разбили вдребезги. Сначала она разрушилась, как грандиозное строение, которое нельзя было восстановить,  со временем  всё растопталось в мелкие осколки, которые в свою очередь превратились в песок и в конце концов смешались с дорожной пылью. Она умерла вместе с любовью.
На смену слепой любви пришло прозрение повзрослевшей женщины. Чувства  отступали и терялись. Она судорожно и упорно собирала их остатки и снова закладывала в сердце. С каждым урожаем их оставалось все меньше и меньше. Сердце пустело, холодело и уже не щемило когда он уходил и она не знала куда, и не знала когда вернётся, вечером ли, ночью ли, в котором часу и в каком состоянии. И оно уже не трепетало при его возвращении: «Вот он, твой любимый!»
Ну, вот, все разъехались. Даша осталась одна. Машинально налила себе кофе, не потому, что она его хотела, а по привычке, так же как она принимала по привычке всё, что происходило вокруг неё. Наверно она и замужем была всё ещё по привычке. Медленно размешивала сахар. Ничего не нарушало тишину, кроме тихого звона, идущего от соприкосновения ложечки со стенками чашки. Она наслаждалась этой естественной тишиной одиночества, которая не имела ничего общего с той давящей, гнетущей, которая составляет ей компанию и проводит с ней каждый вечер, в кругу семьи. В этой тишине она отпускала свои мысли и они парили в свободном полёте. Они мечтали,  жили, творили... До вечера они свободны.
Даша собиралась на работу и в тысячный раз пыталась проанализировать свою жизнь. Задавала себе сотни вопросов, еще больше давала себе ответов, осуждающих и оправдывающих его и себя, но правильных не находила. Почему так всё случилось? Почему они не смогли сделать счастливыми друг друга? Когда он потерял свою значимость? Она искала в себе любовь к нему, но не находила. Осталось уважение, уважение к хорошему человеку, к другу, к отцу её детей. Её... Они никогда не были его. Даша перелистывала прошлое как книгу, чтобы найти те места, параграфы, абзацы, яркие незабываемые моменты, где они были счастливы, где они были одним целым и не находила. С горечью она понимала, что эти поиски в прошлом не изменят сегодняшнюю ситуацию. Так уже сложилось и с этим надо жить... или оборвать всё и больше так не жить. Они так и не смогли построить пресловутую пирамиду счастья, о которой много говорят, слагают стихи и песни, о которой все мечтают и которую почти никто не смог построить. Не смог, потому что для полного завершения её строительства, до полного её совершенства, всегда чего-то не хватало. Какой-то  элемент выпадал и грани нарушались. Но все её рисуют в своём воображении и твёрдо верят, что построят. Молодость верит. И идя к этой благородной цели, молодость, объединённая с неопытностью, всё сокрушает на своём пути, идёт на предательство друзей, против воли родителей, вопреки разуму. Для достижения цели все средства хороши. А там будь, что будет. И будет, будет…много слёз, разочарований, взаимных упрёков. Со временем мы понимаем, что праздник закончился и нас неприятно поражает рутина будней, быт, затянувший как трясина. Пирамида счастья так и не построена, а выпавшие камушки уже дали трещину, которая с годами углубляется. И мы уже ждём полного распада как неизбежного. Мы знаем, что это случиться, но не знаем когда. Одни опускают руки и всё рушится очень быстро. Другие не хотят мириться с поражением и продолжают жить вместе несмотря ни на что. Даша не была исключением. Сначала чувства, словно вихрь  охватили всё её существо, ослепили, оглушили, парализовали разум. Её эгоизм требовал заполучить, иметь, владеть. Когда страсти улеглись, так не хотелось признаваться себе, что она ошиблась, что она любила образ, который себе нарисовала. Так не хотелось потерять любовь. Что она только не делала, чтобы изменить ситуацию, этому было отдано много лет. Сейчас она  оплакивала их разбитые судьбы и сокрушалась над ними словно над обломками потерпевшего крушение корабля. Она проиграла... Они проиграли...
 А раньше Даша боролась. Как только она не пыталась притянуть его внимание к маленьким семейным радостям и текущим проблемам, пробудить в нём желание обсудить планы на будущее. А может, это она нарисовала себе будущее, которого нет и не должно быть?  Всё было тщетно. Каждая такая попытка всегда заканчивалась одними и теми же, набившими оскомину, словами : « Ты умница, сама разберёшься, что надо делать». Затем следовала святая фраза, которая повторялась бесконечно и эхом отзывалась в её мозгу : « Мне всё равно». Казалось, она заполнила целые пласты  сознания молодой женщины, она уже не вмещалась в её голове, но он продолжал её повторять по-любому поводу,  как молитву « Мне всё равно, Мне всё равно» … И в один день Даша почувствовала, что это ей стало всё равно.
Он даже не заметил, что жена уже давно не спрашивала, где он проводит свободное время и с кем, как они проведут выходные дни и не хотел бы он пообщаться с детьми, не хотел бы он увидеть, что возле него живут еще три человека, которые нуждаются в его внимании, а двое из них, любят безусловной любовью. Если бы только он хотел понять, что женщина не может любить мужчину, который не любит её детей, не говоря уже о жестоком обращении с ними. Если бы только он хотел понять, что папа- это не оружие устрашения. Быть папой- это не только накричать на детей и выплеснуть на них своё раздражение. Как легко чувствовать себя сильным на их фоне, не правда ли? Быть папой – это взять детей под свое крыло ( как уютно и надежно под папиным крылом!) и рассказать им интересную историю, или отремонтировать вместе велосипед, или отвести сына на тренировку и поддержать его на соревнованиях, или пойти вместе на рыбалку. Папа – это не тот человек, который приходит каждый вечер домой угрюмый, раздражённый, безразличный ко всему, часто с запахом перегара, молча съедает свой ужин и проводит весь вечер перед телевизором. К нему нельзя подойти, поцеловать, прижаться, поделиться радостями или неприятностями прошедшего дня. И всё это нельзя ни один день, ни два, а многие годы, Проще сказать, нельзя никогда. И любовь детей оставалась без ответа. А как они искали его любви! Но папа был закрыт для них. Уж и дети выросли. Выросли, поняли, успокоились. Больше не ждут. На днях сын подошёл к отцу и он увидел, что сын уже стал выше него. Как же он был удивлён! Они выросли, но не получили тот щит, с которым ребёнок вступает во взрослую жизнь, вступает твёрдой поступью и идёт смело по жизни. Щит родительской любви, который растёт и крепнет вместе с ребёнком, благодаря которому он вырастет гармоничной личностью без комплексов. А если у него не было родительской любви, может ли он ждать чьей-то? Может ли он верить, что кто-то может его любить, если даже самые близкие люди, родители, его не любили? Кто же ему даст уверенность в себе, если не они? Кто же его поймёт и прижмёт к себе, если не они?
Наконец-то он заметил, что дети выросли, а он уже немного постарел, что вся  молодость жены и детство детей прошли в ногу с его безразличием. Его : « Я люблю тебя» стало пустым звуком, брошенным в пропасть, возникшую между ними. Эти три слова стали заученной фразой, которую он повторял без конца, как будто в противовес всему остальному, но они звучали, как битые осколки от разбитой чашки, разлетающиеся по полу, потому что он не подтверждал их на деле. « Я люблю тебя», а Даша проводила ночи напролёт, борясь с детскими болезнями. « Я люблю тебя», а она всеми мыслимыми способами боролась с нищетой. « Я люблю тебя», а она унижалась перед всеми, чтобы наладить их жизнь и даже найти ему работу, чтобы разрешить текущие проблемы. « Я люблю тебя», а она принимала все удары на себя (ведь бьют того, кто борется). «Я люблю тебя», но он никогда не переступал порог школы, никогда не присутствовал на собраниях, учителя не знают есть ли вообще у детей папа и какой он. « Я люблю тебя», а она всегда одна с детьми и в праздники и в будни, и  один на один с жизненными трудностями. « Я люблю тебя» превратилось в пустой звук.  Они оказались на разных берегах. И вот он, крах. Крах тотальный и кажется бесповоротный. Любви больше нет. Остался супружеский долг. Остались «холодные» ночи. Остались поцелуи. Нет, это больше не поцелуи. Это просто его мокрые губы, которые неприятно увлажняют её. Под покровом ночи, быстрым движением руки, чтобы он не увидел, чтобы его не обидеть, она их вытирает. Остались его руки, жадно бегающие пальцы, ласки, которые больше не волнуют, а раздражают. Она не принадлежит самой себе. Она кукла, которой играют. Играют когда хотят. Целуют когда хотят. Пользуются её телом когда хотят. Нет, не её. Ей оно не принадлежит, а её мужу. Его нежность и ласки, которые когда-то сводили её с ума, теперь воспринимались как насилие. Она закрывала глаза, чтобы не обдать его холодом, которые они излучали. Он наверняка думал, что она их закрывает от удовольствия. Пусть думает, что хочет, лишь бы ему было хорошо. Лишь бы скорей это закончилось. Да, если ночи превратились в пытку, значит она его больше не любит. Когда оборвалась ниточка, связывающая их, которая когда-то была стальным канатом? Даша машинально открыла свой блокнот и рука, словно больше не принадлежа ей, написала: «Мне эта опостылела дорога, по которой мы с тобой идём.»
Тогда может лучше не мучить ни себя, ни его и…расстаться?  Расстаться?! Уже от этого слова пересыхает в горле. Расстаться- это значит сломать привычный ход вещей, это значит сломать четыре жизни, выбить почву из под ног у четверых человек. Расстаться, значит остаться один на один с жизнью, с её несправедливостями, с проблемами и делами, которые лежали на её плечах до развода и добавить еще массу других, которые не на кого будет переложить после него. И зарабатывать надо будет в два раза больше, чтобы покрыть нужды детей. Вечером некого будет ждать. Огромная кровать будет принадлежать только ей и  в ней будет также холодно и неуютно, потому что другого мужчину она рядом тоже не представляет. Никто её трогать больше не будет.   Расстаться, значит остаться взрослой круглой сиротой. Он  не помогал Даше бороться с трудностями, но умел пожалеть, умел сказать, что она умница и всё выдержит, он умел вытереть слёзы. Расстаться, значит некому будет вытереть слёзы. И даже погоду на завтра придётся смотреть самой. А вдруг потечёт кран или сломается розетка?  А кто поднимет сумки с продуктами на пятый этаж? А кто понесёт чемодан, когда они поедут в отпуск? И поедут ли они в отпуск? А кто останется с детьми, если Даша попадёт в больницу? Конечно он. При этих мыслях в ней волной поднималась масса нежных чувств …, но как к брату, старшему брату, за которого она пошла бы в огонь и в воду. Она ругала себя за несправедливое отношение к нему.  А вдруг соседка со скверным характером устроит скандал? После развода, она станет первой мишенью для выплеска её гнева. Это сейчас она Дашу не трогает, зная, что есть кому за неё заступиться. И ещё она станет объектом для сплетен. Любой мужчина, идущий рядом или вошедший к ней в квартиру, будет расцениваться, как её любовник. А вдруг кого-то из детей обидят на улице, кто за них  заступится? Расстаться, значит стать «разведённой», она в этой роли никогда не была. При заполнении любого документа, в графе о семейном положении, она поставит крестик напротив слова «разведена». На вопрос «Вы замужем?», ответит «Нет» и почувствует на себе пристальный любопытный взгляд вопрошающего. О чём бы вы не говорили, чтобы не выражали глаза вашего собеседника до этого вопроса, после него, его взгляд будет изучающим. Осматривая вас, он обязательно попытается предположить «Почему? Скверный характер? Её бросил муж? Значит и мужу не нужна?». И даже если ваш собеседник хорошо воспитан, умеет владеть собой, и его взгляд не изменится, вы чувствуете кожей, душой, как эти вопросы проносятся в его голове. Если это собеседница и она замужем, а вы еще не потеряли свою привлекательность и обаяние, забудьте о дружбе с ней. Вы будете как две планеты в огромной Галактике, где путь каждой предопределён и  между вами навсегда проляжет  бездна. Разведённая женщина- это особый статус не защищённости и отторженности. Даже если вы не слишком чувствовали себя защищённой в браке, об этом никто не знал кроме вас. Да, надо себе признаться, что с ним удобно, привычно, спокойно. Нет, она не должна разрушать семью. Всё налажено, обязанности поделены, привычки изучены, быт устроен. А главное, в глубине души Даша себе признавалась, что она этого не хочет, потому что понимает, что никто из них не станет счастливее. Подумаешь много лет пустоты. Она не уникальна. Все так живут. Если не все, то большинство. Она скажет себе, что нельзя поддаваться инстинктам. Семейная жизнь-это не только постель. Да, не только, но когда не остаётся больше чувств, когда воспринимаешь мужа как друга, как проводить эти ночи, сколько еще лет притворяться? Ответ напрашивался сам собой. Если быть вместе, значит всю оставшуюся жизнь. Если расстаться, значит потерять друга... Скучного, неинтересного, но верного друга и отца  детей. От её решения зависит судьба ещё двух человечков, которых они вмешают во взрослые игры- это их дети. Они еще не знают, какую горькую пилюлю им приготовили родители. И родители их запутают в объяснениях и причинах, которые сами для себя с трудом сформулируют, забросают их многозначительными фразами и утомят длинными успокоительными беседами. Они им скажут, что разлука с папой – это не страшно, и что у них всё будет хорошо. Они сломают им жизни, поставят жирный рубец на душе и скажут, что у них всё будет хорошо, не зная при этом, что делать с собственными жизнями. Нет, нельзя оставить детей без отца. Нельзя объяснить детям, что они разводятся, потому что не могут больше спать вместе, что им больше не о чем говорить и что их больше уже ничего не связывает. Дети этого не поймут и не простят ни ему, ни ей.  Да, когда нас уже ничего не связывает со спутником жизни, остаются дети- наша радость, боль и отрада. За них мы цепляемся, как за спасительный оплот. Они становятся единственным связывающим звеном, которое удерживает нас на плаву. Мы выдвигаем для себя новый девиз «Надо жить ради детей» и продолжаем свой жизненный путь, как жертвы обстоятельств, как звери, загнанные в ловушку. Мы наивно думаем, что дети не видят нашу взаимоотчуждённость.  Напрасно. Они самые чуткие существа на свете, их нельзя обмануть. Но они тоже делают вид, что ничего не замечают, они поддерживают  игру взрослых в иллюзию счастья. Для них главное, чтобы родители были вместе, главное, что есть мама и папа и они ответственно выполняют свою часть не писанного контракта, свою часть игры в крепкую семью. Недавно им дети рассказывали, что в школе, при заполнении анкет о составе семьи обнаружилось, что у бОльшей половины детей в классе родители разведены. Как они были рады, что не входят в число этой грустной статистики, статистики неполных семей, раненых детских душ, разрывающихся между мамой и папой. Значит, Даша должна сохранить семью, или, вернее то, что от неё осталось. Это был её выбор, это её муж и значит это навсегда. Навсегда, потому что на другую любовь она не имела права.
Кофе допито. Вердикт вынесен. А впереди еще целый день, работа и масса дел как у каждой современной замужней женщины.

Шло время. Вернее оно не шло, а влачилось. День за днём. Месяц за месяцем. Даша перестала анализировать свою семейную жизнь, перестала копаться в прошлом, а начала жить настоящим, пытаясь его обрамить какими-то мелкими радостями, ничего не ожидая от будущего. Но видимо природа не терпит пустоты. И рано или поздно она потребует своё. Она взбунтуется. Она перевернёт горы, вздыбит реки, разбудит вулканы, она сделает всё, чтобы заполнить пустоту. Даже если люди находят её законы несправедливыми, она  всё равно их диктует, а мы, даже если этого не хотим, все равно подчиняемся. Наводит ли она порядки во Вселенной или в судьбе одного человека, она не потерпит пустоты нигде. И вот, в один ничем не примечательный день, любовь снова пришла к ней. Нет, она просто ворвалась в её жизнь, чтобы наполнить собой каждую клеточку её существа, чтобы натянуть нервы как струны, чтобы заставить её расстаться с существованием ради жизни.  На это способна только природа. Она не подчиняется законам общества, но диктует свои. Она послала молодой женщине любовь. Любовь, которую она не ждала, не искала и на которую не имела права… , потому что  она –грешная. Зрелая, осознанная, но грешная, недопустимая, порицаемая обществом, друзьями, всеми. Ее называют предательством и изменой. Вам её никогда не простят. Вас казнят сотни раз во время пересудов, какие только пытки вам ни придумают за такое предательство. Вы станете порочна даже в глазах собственных детей. О ней нельзя ни думать, ни говорить, её надо прятать за семью замками и за семью печатями. Но когда она приходит, только вы знаете, что эта любовь спасала ваш, уже давно источенный изнутри распавшийся союз. Да, осмелимся сказать о той «грешной любви», которая помогает сохранить семью ( как бы странно это ни звучало), удержать необратимые процессы её распада, в которой о сколько людей находят утешение. Когда это становится ваша отдушина, когда она заполняет целые пласты вашего существования, ничего не требуя взамен. Вы получаете то, чего были лишены много лет. Эта зрелая любовь, которая не обещает, а делает, не говорит,  но ведет по жизни. Она не крушит все на своем пути, чтобы обладать, но остаётся незамеченной. Она скромно идёт рядом, но если видит на вашем пути препятствия, то не даст упасть. Она ни на что не претендует: ни на руку, ни на сердце, ни на совместную территорию, ни на гордое звание называться «мужем» или «женой». Она просто есть, идёт рядом с вами по жизни и уже от этого вам хорошо, хорошо знать, что она есть. Сердце, душа, эмоции, всё оживает. Вы смотрите на мир другими глазами, вы смотрите на себя в зеркало другими глазами.
 
К Даше она пришла когда, однажды, как всегда одна, решая очередные житейские неурядицы, воля случая привела её к порогу его кабинета. Сейчас уже и не важно, какой был сюжет и какой вопрос волновал её уставшую голову.  Почти отчаявшись и почти не веря в удачный исход своего предприятия, она вошла в его кабинет и начала излагать суть своего вопроса уже на уровне автоматизма, выработанного годами. Она предполагала, что он отмахнётся от её проблем, ссылаясь на занятость или на то, что « по этим вопросам не к нему», но он внимательно слушал и смотрел на неё. В этих глазах можно было утонуть, они выражали тепло и понимание. Он слушал и слышал. Даша продолжала что-то говорить и вдруг поймала себя на том, что она не слышит себя и не понимает, что спрашивает. Его губы что-то говорят, но она не слышит. И сердце немного стало щемить, то-ли тревожно, то-ли радостно. В какой-то момент ей показалось, что оно вовсе остановилось.
Даша не могла оторвать взгляда от него. Не потому что он поразил её своей красотой, а потому что на неё смотрели глаза, в которых она читала то же самое, что и он читал в её. Это было отражение её глаз. Она вдруг поняла, что вот это тот мужчина, о котором она не имела права даже думать, не то что смело смотреть на него. Она только спрашивала себя : « Что это? Любовь с первого взгляда? Не может быть. Никогда не верила. Никогда не была влюбчивой. Наверно показалось. Просто воспитанный приятный человек. Не больше. А я просто уставшая от быта и от однообразного существования женщина. Не больше». После беседы, Даша оставила краткое смущённое «До свидания» и вышла. И снова улица, метро, мужские взгляды, пристальные, жадные, любопытные, разные, которые сопровождали её повсюду и  которые всегда оставались без ответа. Этот раз не был исключением.  Только теперь она никого не видела кроме этих двух глаз, которые смотрели на неё уже из памяти. И сердце всё так же пощипывало, словно его побеспокоили. Она ещё не верила, что он туда уже вошёл. Вошёл, чтобы ... остаться.
Домой Даша вернулась смущённая, но в приподнятом настроении, оживлённо рассказывала о каких-то житейских мелочах и ничего не значащих событиях, которым ещё час назад она не придавала никакого значения, но которые уже приобретали какие-то оттенки и даже краски. И вечер ей показался не таким длинным, и молчаливый муж, сидящий перед телевизором не так раздражал, и ночь она уже ждала не с таким отвращением. Случилось что-то важное. Это был сигнал к тому, на что она не имела права по своему статусу замужней женщины.
Прошло несколько месяцев и судьба подарила им новую встречу. В другое время, при других обстоятельствах, но ощущения Даша испытала те же. То же смущение, то же приподнятое настроение. И неожиданно для себя  она заметила, что он тоже смущён, взволнован и рад их встрече. Они оба как-то растерялись, не зная о чём говорить, но цеплялись за это мгновение, как за соломинку, чтобы снова не разойтись и не потерять друг друга, в этот раз может быть навсегда. Казалось, время остановилось. Пошлёт ли судьба ещё такой шанс? Неизвестно. С этого момента у Даши начался отсчёт новой жизни, грешной, но счастливой, наполняющей всё её существо смыслом.
Это было красивое сумасшествие. Перевоплощение. Слияние душ и тел в одно целое. Они черпали из себя неимоверную энергию и жизненную силу, чтобы отдать друг другу. Казалось, до их встречи они оба жили на необитаемом острове, где не с кем было общаться, некому было открыть душу, некого было любить. Они испытывали жадность, сопровождающую любой голод, духовный, моральный или физический. В их случае все его стороны. О чём бы Даша ни подумала, он продолжал её мысль вслух. О чём бы он ни заговорил, Даша продолжала его фразу. И даже ничего не говоря, им было хорошо вместе. Каждое прикосновение друг к другу  приводило их тела в трепет. Каждый его телефонный звонок бросал Дашу в сладостную дрожь в предвкушении близости. Он словно вырывал её из глубокого сна и возвращал к жизни. Цифры его номера телефона, казалось, имели магическое действие. За одну секунду, еще до поднятия трубки, до того как она услышит его голос, они способны были круто изменить её настроение, привести в движение её мысли, заставить вылетать из груди сердце. Они не искали оправданий отношениям. Они просто любили и полностью отдавали себя этому чувству, не претендуя на всецелое обладание друг другом.  И не говорили о неимоверной любви. Слова здесь были ни к чему. Красиво говорить - это удел молодости. Зрелость чувствует настоящее.

Она не спрашивала, любит ли он её? Зачем? Зачем задавать лишние вопросы, чтобы вытянуть желаемый, ожидаемый ответ ? Хватит лжи. Лишние вопросы убивают чувства. Уметь наслаждаться тем, что имеешь, не требуя того же взамен.  «Лишние вопросы» нарушают гармонию, что-то неосязаемое и лёгкое исчезает между вами. Вы задали вопрос, и потом долго и подетально будете вспоминать, как он на него ответил: « он смутился и отвел глаза. Значит, не любит, или, не очень любит. Он ответил не таким тоном, не с тем восторгом, которого вы ожидали. Это произошло не так, как вы представляли. И вы чувствуете, что какая-то волна напряжения, едва уловимая, но пробежала между вами. А разве плохо просто любить, но не превращать это чувство в экзамен для партнера. Глазами, жестами, действиями, он умел выразить всё и не сказать ничего лишнего. И она не просила ничего взамен, и они не строили планов на будущее. Да и какое у них могло бы быть будущее? Он женат, она замужем. Строить счастье на осколках чужой разбитой судьбы, на детских слезах, проклятьях? Стоит ли чего-нибудь такое счастье?  Устроить соревнования «кого он любит больше?»   Поставить его перед выбором «Я или она!» «Она», которая родила ему прекрасных детей, которая , как и Даша со своим мужем, прожила с ним всю свою взрослую жизнь, скорее всего была хорошей женой и матерью, но что-то тоже пошло не так...
Они не вторгались в земную жизнь каждого, но знали, что эти встречи её продлевают и поддерживают. Он возвращался домой в отличном расположении духа и уже жена не раздражала. Он находил ужин очень вкусным, а провинности детей виделись не такими уж страшными, чтобы их наказывать. Получили плохую оценку в школе ? Так папа сейчас поможет сделать уроки и завтра оценка будет лучше. Эх, эмоции, эмоции! Как круто вы можете изменить взгляд на одни и те же вещи! Мы в вашем плену, плену из которого мы не спешим освободиться! Вы способны возродить в нас самые невероятные ощущения, вы можете поднять нас до небес, где от счастья перехватывает горло и так же легко бросить в пропасть, где мы задыхаемся от горя и одиночества.
У них был свой мирок, своё маленькое, огромное, яркое, незабываемое, грешное счастье. Короткое в рамках одной встречи, продолжительное в рамках прошедших лет. Оно как топливо поддерживало пламя прогоревших углей семейного очага. Даша не искала подробностей о его семейной жизни, не искала недостатков его жены, не призвала все средства женской хитрости, чтобы с милой улыбкой, как яд, впрыскивать в его душу неприязнь к супруге. Нет... Это был параллельный мир, который не пересекался с другим и так было хорошо, что эти два мира мирно сосуществовали, ничего не зная друг о друге и не нарушая, отведенных им границ.

Они словно две кометы, заблудившиеся в огромном космосе и наконец обретшие друг друга, неслись по своей орбите вопреки всем законам Галактики. Они знали, что рано или поздно разобьются о какую-то планету, но не знали в какой день и миг, поэтому наслаждались каждым мгновением этого бытия. Казалось, весь мир перед ними отступал и даже сам Господь Бог закрывал глаза и всё им прощал.

Так прошло пять лет. Пять лет встреч и расставаний и ожиданий новых встреч. Пять лет «Здравствуй» и « До скорой встречи». Как Даша боялась, что однажды придётся сказать «Прощай» и снова потерять почву под ногами и снова погрузиться в небытие. Только теперь это небытие стало бы ещё более не выносимым. Боялась, потому что ничего не вечно в этом мире и когда есть начало, значит будет и конец. Как нам кажется, вечной может быть только Вселенная, а мы всего лишь её гости. А как жаль...
И они не смогли избежать неизбежного. И конец настал, но вовсе не потому, что они сгорели в страсти отношений или устали друг от друга, не потому, что эти отношения сошли на «нет» или  их чувства себя изжили и им больше нечего было дать друг другу. Совсем наоборот. С годами они крепли и давали все новые и новые побеги. Ни одна встреча не была похожа на другую.
Конец настал не их «грешной любви», а тайне, которой она была окутана. Ведь рано или поздно,  всё тайное становиться явным. И мы не буду спорить с этой истиной. Супруг Даши не был исключением, он искал источник её радости и нашёл. Вернее, когда он подошёл слишком близко к истине, Даша сама не хотела больше её скрывать. Ей хотелось, чтобы всё закончилось и больше не притворяться и не жить во лжи, в миражах, в пустых надеждах и ожиданиях, больше не жить так, как она жила. Как она не искала в себе угрызений совести, так и не нашла. Как муж не призывал Дашу «забыть этого подлого человека, который РАЗБИВАЕТ их семью», это оказалось невозможным. Это было бы равным,  как отказаться дышать свежим воздухом в чистом поле или в лесу и заменить это на затхлый, спёртый воздух заброшенного чулана с наглухо забитыми ставнями. Он метался и страдал как раненый зверь в клетке. Его предали! Почему? За что? Кто-то посмел сделать его жену счастливой. Наказать подлеца!  Он обещал всех убить, всем отомстить, только бы не признать свою слабость, вину, ошибки. Оскорблённое самолюбие затмевало разум, разбудило, расшевелило…увы, не самые лучшие из человеческих качеств: убить, отомстить, уничтожить. Но не отпустить. Нет, не отпустить… Он кричал: «… у нас семья, дети!» Надо было изменить мужу, чтобы он об этом вспомнил. Он призывал к порядку, взывал к совести, к исполнению долга перед семьей. Но за всеми этими красноречивыми фразами, стояла одна: «призыв к верности», потому что было бы не легко и не справедливо обвинить Дашу в неисполнении  обязанностей перед семьёй. Он обещал ей «всё простить» и измениться, стать другим, заботливым, понимающим, нежным, только бы сохранить семью. Он вдруг стал разговорчивым, объясняя, что Даша может спокойно забыть «ЕГО» и прожить без «ЕГО любви». Вместо «НЕГО» муж предложил ей свое широкое крыло, поддержку и защиту от всех жизненных невзгод. Эти обещания казались призрачными, готовыми лопнуть как мыльный пузырь от малейшего дуновения ветерка. Даша даже не знала, что ей делать с таким всеобъемлющим покровительством. Это было похоже больше на агонию самца, готового отстаивать свою собственность любой ценой. Теперь их семейные вечера проходили в беседах о том, какие Даша должна приложить усилия, чтобы забыть «свою грешную любовь». Хотя особых рекомендаций по этому поводу не давалось. Решение мужа было простым:  "достаточно просто его больше не видеть. А дальше дело за временем. Оно всё перетрёт и всё забудется. Это просто как наркотик, от которого надо отказаться и выздоровление наступит быстро и безболезненно». По его собственному умозаключению,  страсть Даши- это просто похоть, не имеющая ничего общего с настоящими чувствами и с настоящей любовью. А уж он-то, муж, знает, что такое любить по-настоящему ! Он ей говорил, что долго спал и её любовь к другому мужчине смогла его разбудить и он хочет Дашу вернуть... Обещания любить, помогать, ценить, поддерживать, делить все трудности, обязанности и радости, сыпались непрерывным потоком словно ливень.
"Какой ужас, какое счастье ! Надо было решиться на измену, чтобы муж пробудился и захотел всё изменить.- думала Даша -Как легко можно отмести, выбросить на помойку чужие чувства, потому что она на них не имела права, они не были подкреплены печатью в паспорте. Она должна снова принести в жертву свои чувства, отдать их на суд и попирательство ради восстановления уже разбитой, втоптаной в пыль вместе с болью и слезами, любовь.
С мужем Даша прожила всю свою взрослую «правильную» жизнь, а с ним лучшие её «грешные» моменты."

Даша вернулась в прошлое, где никогда так и не будет будущего. Все пылкие слова мужа остыли быстрее, чем прогорают дрова в камине и всё вернулось на круги своя. Телевизор, пиво, пустота...
И только грешная любовь, иногда, едва заметно, словно нежный шёлк  прикасалась к памяти Даши, давая силы идти вперёд.


2007 год