За чертой. Без имен и лиц

Отлюби меня так, чтоб ребра — как струны — звенели,
Чтобы воздух в груди превращался в расплавленный воск,
Чтобы мы в потолок, словно в черное небо, смотрели,
И белели глаза, и слепой нарастал небосвод.
Отлюби меня так, чтобы время, споткнувшись, упало
И разбилось на сотню осколков — секунд, тишины,
Чтобы сахаром та — на губах твоих соль закипала,
И два сердца, как два океана, сшивались в волны.
Чтоб в позвоночник мне вписались твои позвонки,
Как в старую рукопись — новые, жгучие строки,
Чтобы мы, как из одной и той же реки,
Вытекали в предсмертные, дикие стоки.
Чтоб на простыне оставался не пот — а узор
Из созвездий, что мы выжигали друг в друге
Вслепую, чтоб потом, через год,
Я ловил твой странный привкус и не знал —
Где тело мое, а где — черный твой взгляд.
Отлюби меня так — как отстреливают патроны
На последнем рубеже, где уже некому наступать.
Чтобы кости мои, как речные крутые затоны,
Размывались тобой и уже не хотели всплывать.
И когда этот мир, наконец, перестанет быть нужным,
Мы застынем в петле из сплетенных локтей и колен,
И я выдохну тихо: «Ты стала моим воздухом, женой,
И теперь мы — одни. За чертой. Без имен и без лиц».
Так отлюби — до прозрачности, до кислорода,
До той точки, где тело и дух — это два лезвия,
Где кончается слово и начинается «ода»
Безглагольная, черная, дикая, вшитая в кожу мою.
Отлюби — не оставь ни царапины, ни шрама,
Кроме той, что под сердцем, как метка живого огня.
Я хочу быть твоим до последнего, главного, самого,
Пока свет не погаснет и мы не утонем вдвоем в тиши.