Вкус вечности Хроники шоколадных контрабандистов

Глава 2: Искусство подлога и крысиный трон

План Дона Мурчелло отличался той изысканной наглостью, какая присуща лишь котам благородного происхождения и отчаянным завсегдатаям портовых таверн. Подмена должна была произойти в те мгновения, когда предрассветный сон человека глубок, словно колодец, а туман с озера Тескоко заволакивает землю белесой шалью. Испанский интендант, толстый и грозный дон Родриго, спал, положив свою тяжелую голову, увенчанную засаленной шляпой, прямо на заветный кожаный баул. Внутри этого баула, шурша, словно сухие листья в садах Севильи, покоились отборные плоды какао — дань, вырванная из рук жрецов. Усико де Гама действовал с хирургической точностью. Словно тень скользнув к изголовью спящего конкистадора, он принялся деликатно, едва касаясь лапкой, щекотать его левую ноздрю кончиком своего самого длинного уса. Дон Родриго заворчал, перевернулся на бок, дёргая носом и открывая доступ к кожаным завязкам. В тот же миг Фрай Педро, чье грузное тело в эту секунду обрело сверхъестественную легкость, пустил в ход свои когти. Кожа дрогнула, поддалась, и горькие, ароматные бобы тонкой струйкой потекли в заранее приготовленный шелковый мешок из-под епископских облачений. Взамен же — о, это был триумф кошачьего презрения! — Дон Мурчелло лично, с вежливым поклоном ночной луне, заталкивал под голову спящего кастильца сухие сучья, глиняные черепки и мелкую речную гальку. Вес был соблюден идеально.— Спите сладко, дон Родриго, — прошептал Мурчелло, затягивая узел на опустошенном бауле. — Завтра вы проснетесь с камнями под головой, но с чистой совестью. Вы ведь все равно не отличили бы этот божественный нектар от козьего помета. Спустя час, когда первые лучи солнца позолотили верхушки мачт «Святой Эльзы», мешки были уже на борту. Галеон, тяжело вздыхая деревянными ребрами, расправил белоснежные паруса с огромными алыми крестами и взял курс на восток, прочь от берегов Нового Света. Но если на залитой солнцем верхней палубе звенели шпоры, лился ром и матросы распевали сомнительные куплеты, то в самом низу, в удушливой, сырой утробе корабля, зрела измена.Трюм встретил кошачий орден запахом мокрой пеньки, тухлой воды и пороха. Среди бочек с солониной, на троне из старого канатного костра-бухты, сидел барон Грызло. Его левое ухо было надорвано в старой схватке с португальским догом, морду пересекал глубокий шрам, а длинный голый хвост нервно постукивал по палубе, выбивая зловещий ритм. Вокруг него впотьмах зажигались сотни крошечных, злобных желтых огоньков — его верная серая гвардия.— Глядите-ка, кто пожаловал в мои владения, — прохрипел Грызло, обнажая желтые, острые резцы, от которых разило колониальным сахаром и тухлой рыбой. — Сам великий Дон Мурчелло и его святоша. И что же вы прячете в этих шелках, господа аристократы? Неужели золото?— Держи свои зубы при себе, Грызло, — холодно отозвался Мурчелло, встав в оборонительную позицию. Его хвост слегка распушился, а лапа легла на невидимую шпагу. — В этих мешках то, что твоему плебейскому уму не постичь. Это будущее Европы. И мы заплатим тебе стандартную пошлину — три сырные корки и свободу передвижения по левому борту. Грызло хрипло расхохотался, и этот смех подхватил писк сотен крыс в темноте.— Три корки? За ЭТО?! Я, может, и живу в грязи, Мурчелло, но мой нос чует запах власти. От этих зерен пахнет так, что у интенданта слюнки потекут. Стоит мне шепнуть коку или дону Родриго, ЧТО именно вы пронесли на корабль, и вас вздернут на рее за контрабанду. А я… я получу весь сахар из капитанских запасов. Вероломство — отличное ремесло, капитан, когда оно приносит прибыль! Крысы начали медленно сжимать кольцо вокруг мешков с драгоценными какао-бобами. Усико де Гама приготовился к прыжку, Фрай Педро выставил свой боевой левый кулак. Атмосфера в трюме накалилась до предела.

«Шоколадно-исторический навигатор»

Морские тайны и корабельный быт:

Трюм — самая нижняя комната внутри корабля под палубой. Там темно, сыро и хранятся все грузы, бочки с едой и бочонки с порохом.
Утроба корабля — образное выражение. Так называют самую глубокую, темную и скрытую часть судна (будто животик корабля).
Трап — специальная корабельная лестница. По ней матросы спускаются в трюм или поднимаются на палубу.
Кок — самый главный человек на корабельной кухне, то есть повар.
Мокрая пенька — грубое волокно из стеблей конопли, из которого плели толстые морские канаты. Когда пенька намокает в морской воде, она начинает пахнуть очень узнаваемо и специфически.
Солонина — сильно засоленное мясо. Триста лет назад холодильников не было, и чтобы мясо не испортилось в океане, его засыпали горами соли и заколачивали в бочки. На вкус оно было ужасным, но другой еды у моряков не было.
Вздернуть на рее — грозное пиратское наказание. Рея — это длинное деревянное бревно, подвешенное поперек мачты для удержания парусов. За сильные преступления на ней могли повесить нарушителя.

Законы, звания и характер:

Контрабанда — тайный и незаконный провоз ценных товаров через границу или на корабль, чтобы не платить налоги королю. Наш кошачий орден везет шоколад именно как контрабанду!
Пошлина — специальный налог или плата, которую нужно отдать за право привезти или продать какой-то товар. Барон Грызло требует пошлину за проход через его трюм.
Плебей (плебейский ум) — в древности так называли простых, небогатых людей из низшего общества. Благородный Дон Мурчелло использует это слово, чтобы намекнуть крысе: у нее слишком простой ум, не способный оценить великую культуру шоколада.
Вероломство — коварство, жестокое предательство и нарушение своего слова ради выгоды.
Барон и его Гвардия — «Барон» — это высокий дворянский титул, а «Гвардия» — лучшие, отборные войска правителя. Коты называют так вожака крыс с иронией, ведь они считают себя настоящими аристократами, а крыс — разбойниками.


Метафоры и ценности:

Епископские облачения — праздничная, дорогая и очень красивая одежда высшего церковного служителя (епископа). Наш Фрай Педро сшил из нее мешок, чтобы спрятать священные какао-бобы.
Антрациты (глаза горели как антрациты) — антрацит — это особый, очень древний вид угля. Он не матовый, а блестит на солнце глубоким, красивым стеклянным блеском.
Дублоны — старинные тяжелые испанские монеты из чистого золота. За ними охотились все пираты Карибского моря.
Резцы — самые передние, длинные и острые зубы у грызунов (крыс и мышей). Ими барон Грызло может прогрызть даже толстую дубовую бочку.