Придорожный баннер

Мама, я знаю ты едешь в такси.
Вечер. Июнь обнимает дорогу.
Город плывёт, выдыхая тревогу,
Приторный, липкий, как пектусин.

Мы так давно не молчали вдвоем,
Чаем несладким разбавив эклеры.
Не обижайся на Бога и веру,
Это судьба ворожит о своем.

Мы уходили не умирать...
А умирали так коротко, просто,
Август роняет за шиворот звезды.
Где я сейчас? Как тебе рассказать?

Там, где кончается вся пустота,
Несправедливость и подлость людская,
Где облака собираются в стаи,
Девочки в белом  играют с листа.

Там, где совсем не бывает дождя.
Правда и лета совсем не бывает.
Там, где  меня ты во сне не узнаешь,
Просто почувствуешь, что это я.

Вышло, как вышло. Прошу не грусти.
Кто-то же должен был это делать!
Здесь очень тихо, искристый и белый
Ветер, по мечному бродит пути.

Ветер хранит тайны наших невзгод,
Как обгоревшие хрупкие листья.
Ведь, на войне место смерти и жизни
Так не стабильно, как нечет и чет.

Вот и не пожил... Не слушай их мам!
В ветре моем сохранилось сто жизней!
Тех, кто слабее, моложе, капризней,
Тех, кто не вздрагивает по ночам,

От кононады и звона стекла,
Тех, кто не знает бинтованых, рваных,
В смраде сгоревших до тла караванов,
И не узнают пускай никогда.

Так, что не плачь, пахнет ладаном храм,
Память всегда остается солдату.
Только грущу по Донскому закату,
Да по Азовским его берегам.