Что значит жить?

В аптечных склянках спит ночная мгла,
И фонаря мучительное око
Глядит в окно, где жизнь моя текла
Так медленно, так странно и жестоко.

Что значит — жить? Считать по каплям яд,
Что время льет в серебряную чашу?
Или смотреть, как призраки стоят
И молча пьют тоску и гибель нашу?

Быть живым — не значит ли дышать
Тяжелым ветром с ледяных окраин,
Где каждый вздох пытается отнять
Твой хрупкий мир, что сумраком изранен?

Не значит ли — идти на смутный свет,
На зов трубы, что плачет в подворотне?
И знать, что впереди ответа нет,
Лишь тени тех, кто пал еще сегодня.

Быть живым — гореть. Но не огнем
Земных костров, что греют только тело.
А тем огнем, что в сумраке ночном
В душе восстал и жжет её без дела.

Тем пламенем, что видит сквозь туман
Иные дали, бледные зарницы,
Где правит бал серебряный обман,
Где вечный Шут меняет сны и лица.

Сквозь муть вина и забытья угар,
Сквозь хохот шлюх и лепет сумасброда
Ловить, как дар и как святой удар,
Дыханье звезд и музыку исхода.

И понимать — вот этот крик немой,
Вот этот стыд за собственную робость,
И есть та нить, что связана с землей,
И та петля, что тянет душу в пропасть.

Быть живым — извечный поединок.
В твоей груди сошлись, как два клинка,
Небесный сонм и легион песчинок,
И длится бой — столетья и века.

И в этом — жизнь: в разломе, в трещине,
В неутолимой жажде, в вечном «где?».
В слезе, упавшей на чужой морщине,
И в отраженье собственном в воде.

Быть живым — любить. Но не святою
Любовью книг, где все давно мертво.
А той, что пахнет глиной и землею,
И горькой страстью тщится волшебство.

Любить вот эту грязь, и этот холод,
И пьяный бред, и колокольный стон.
Знать, что ты слаб, и вечно будешь молод
Лишь тем, что в хаос гибельный влюблен.

Быть живым — сквозь ткань вещей истлевших,
Сквозь мертвый блеск заученных речей
Услышать хор теней осиротевших,
Бредущих в мгле без звезд и без свечей.

И стать одним из них. И, спотыкаясь,
Идти за ними в ледяную синь.
И в бездне вдруг, отчаяньем спасаясь,
Пролепетать, как вечное: «Аминь».

Не знать — зачем. Не верить — для чего.
Лишь чувствовать, как кровь стучит в висках.
И в этом стуке — мира торжество,
И в нем же — первозданный, смертный страх.

Вот — бытие. Туманный коридор.
Ни двери в нем, ни ясного окна.
Лишь чей-то вечно пристальный узор,
И в глубине — немая тишина.

И ты идешь. И шаг твой — есть ответ.
И каждый вздох — предсмертная строка.
И в этом — жизнь. Иного смысла нет.
И в этом — Бог. Наверно. Навека.