Wilhelm Busch. 2. 65. Ich bin Papa

               

   Mitunter schwitzen muss der Schreiner,
Er stoesst auf manchen harten Ast.
So geht es auch, wenn unsereiner
Sich mit der Gruebelei befasst.
   Zum Glueck hat meine gute Frau,
Die liebevoll an alles denkt,
Mir einen kleinen Fritz geschenkt,
Denn oft erfreut mich dieser Knabe
Durch seinen kindlichen Radau,
Wenn ich so meine Schrullen habe.
   Heut mittag gab es wieder mal
Mein Leibgericht, gespickten Aal,
Und wie ich dann zur Koerperpflege,
Die Weste auf, die Augen zu,
Die Haende friedlich auf dem Magen
Im Polsterstuhl mich niederlege,
Oh weh, ein Schwarm von dummen Fragen
Verscheucht die heissersehnte Ruh.
   Ach, wird es mir denn niemals klar,
Wo ich gewesen, eh ich war?
Schwamm ich, verkruemelt in Atome,
Gedankenlos im Wirbelstrome,
Bis ich am Ende mich verdichtet
Zu einer denkenden Person?
Und jetzt, was hab ich ausgerichtet?
Was war der Muehe karger Lohn?
Das Geld ist rar, die Kurse sinken,
Dagegen steigt der Preis der Schinken.
Fast jeden Morgen klagt die Mutter:
Ach Herr, wie theuer ist die Butter!
Ja, selbst der Vater wird geruehrt,
Wenn er sein kleines Broedchen schmiert.
Und doch, trotz dieser Seelenleiden,
Will keiner gern von hinnen scheiden.
Wer weiss?
   Ei sieh, wer kommt denn da?
Hallo, der Fritz! Nun wird es heiter,
Nun machen wir den Eselreiter.
Flugs stell ich mich auf alle Viere,
Indem ich auf und ab marschiere,
Und rufe kraeftig mein Ih – ah!
Vor Waehligkeit und Uebermuth.
    Ih – ah! Die Welt ist nicht so uebel.
Wozu das naerrische Gegruebel?
Ich bin Papa, und damit gut.

  2.65. Я папа (По изданию
"Вильгельм Буш.  Казаться и быть.
Перевод Б.Красновского".
М. Изд. КнигИздат. 2025)

   Порой потеет старый плотник
Над сучковатою доской.
Как и наш брат, решать охотник
Загадки сложности мирской.
   Счастливый я, и даже гордый!               
Моя жена, что так мила,
Мне сына Фрица родила,
Он всех нас радует, курносый,
Своим мальчишеским восторгом,
Когда вокруг одни вопросы.
   Сегодня в полдень был опять
Печеный угорь. Благодать!
Я в этом благостном дурмане,
Глаза прикрыв легко рукой,
К окошку, там, где воздух свежий,               
Ложусь удобно на диване,
И тут, вот черт, проблемы те же               
Желанный рушат мой покой.               
   Что! Я неужто б не узнал               
Где был я прежде? Кем я стал?               
Как плыл, на атомы дроблённый,
Без мыслей, в вихрях искривленных,
Пока в конце не превратился
Я в Homo sapiens уже?
И что теперь? Зачем томился?
И есть ли что-то в багаже?
Все цены скачут, денег мало,
Растет, увы, цена на сало,
Мать каждым утром жизнь ругает:
Мой Бог, как масло дорожает!
Да и отец кривит свой рот,
Когда готовит бутерброд.
Но, несмотря на душ страданья,               
С ними не жаждут расставанья.               
Кто понимает?
…Эй, кто здесь? Прокачу!
А, Фриц! Нам будет веселее,
Мы ж для езды осла имеем.
И вот, я, встав на четвереньки,               
Вверх-вниз гарцую по ступенькам.         
«И-а!» я весело кричу,               
Смеясь и радуясь душой.
   «И-а!» Наш мир не так ужасен.
И спор любой о том напрасен.
Я папа. Вот что хорошо.